Кубинский опыт и русское будущее

CDR_Cuba

«Война – великая проявительница» – утверждал русский мыслитель Николай Бердяев. Частичная мобилизация, объявленная Верховным главнокомандующим с целью придания большей эффективности Специальной военной операции на Украине и Донбассе, выявила множество недостатков нашей мобилизационной системы, а также то, что значительная часть населения морально и эмоционально к мобилизации не готова.

На совещании Совета безопасности глава российского государства Владимир Путин заявил о необходимости совершенствования которой говорил недавно

И это не удивительно, учитывая, что несколько месяцев официальные СМИ успокаивали нас, утверждая, что СВО – военно-полицейское мероприятие, которое вполне по силам осуществить армии мирного времени. И будем честны: идеологическая мотивация для участия в СВО тоже пока не на высоте. Но иначе и быть не могло в обществе, где долгое время, не без участия власти, распространялась потребительская мораль.

Против России воюет весь коллективный Запад, и вполне логично предположить, что в нашей стране возобновятся мобилизационные волны. Поэтому выявленные частичной мобилизацией проблемы надо решить, как можно скорей. Причём годных для мобилизации людей необходимо обучать не только владению оружием, применению к местности, оказанию первой помощи при ранении и прочим навыкам, востребованным на театре военных действий, но и объяснять им смысл и цели как непосредственно Специальной военной операции на Украине и Донбассе, так и глобального противостояния России и глобального Запада. Нынешние структуры, как показала практика, с этими задачами справляются плохо.  

Вручение повесток на улице, охота за теми, кто подлежит мобилизации, и прочие авральные ходы оборачиваются дискредитацией не только мобилизации, но и того, ради чего она проводится. В мобилизационный режим общество необходимо вводить шаг за шагом, постепенно. И для того, чтобы этот процесс не вызывал отторжения общества, государство должно найти решения, которые позволили бы вовлекать в этот процесс низовые инициативы.

В последнее время много говорят о тех, кто сбежал из России, чтобы избежать мобилизации. Действительно, начиная с 24 февраля, по разным подсчётам из страны выехало около миллиона человек. Далеко не всем им грозила мобилизация, и всё же они сбежали в истерическом порыве. Но одновременно с этим истерическим бегом мы видим в стране и другие явления. Множество неравнодушных людей тратят свои последние деньги на помощь российской армии и ополчению Донбасса. Есть и патриоты-предприниматели, которые закупают снаряжение и медикаменты для бойцов, не афишируя это. Большое число отставных офицеров и ветеранов боевых действий изъявляют готовность тратить своё свободное время на подготовку тех, кто потенциально подлежит мобилизации. Патриотическая интеллигенция пытается осмыслить СВО и выработать её идеологию, проводя различные «философские соборы», в том числе выездные. Так, в Донбассе идёт конференция «Философия на линии фронта». Государство просто обязано задействовать весь этот патриотический потенциал.

Но патриоты и те, кто потенциально подлежит мобилизации, не имеют пока в нашей стране «точек сборки», и их надо создать под эгидой военкоматов. Предлагаем их назвать Территориальными советами гражданской обороны. Эти структуры будут заниматься как непосредственно военным обучением потенциально мобилизованных, так и психологической и идеологической работой с ними, а также собирать информацию о реальном числе тех, кто подлежит мобилизации в случае, если она будет объявлена вновь.

При создании Советов гражданской обороны, на наш взгляд, следует использовать богатый опыт комитетов защиты революции на Кубе. Напомним, что Комитеты защиты революции начали возникать на острове Свободы с 28 сентября 1960 года в связи с непрекращающимися попытками США, которые привыкли видеть в Кубе своё задний двор с борделями и казино, свернуть революционный режим.

Российский учёный и публицист Сергей Кара-Мурза, который проработал на Кубе в 1966–1968 и 1970–1972 годах, сообщает, что Комитеты защиты революции (КЗР), будучи  органами прямой демократии, являются «связующей структурой» всей кубинской политической системы. «Что-то подобное и у нас появится, когда нынешний хаос станет нестерпимым, а цельной обобщающей идеологии ещё не созреет», – прогнозировал он несколько лет назад. «КЗР были везде и объединяли самых разных людей, согласных лишь в одном – защитить страну, избежать гражданской войны и обеспечить действие простых принципов справедливости», – рассказывает Кара-Мурза. «Идеология размытая, но в таком положении достаточная. Правда, для существования такой системы нужна большая терпимость в людях и способность к рассуждениям и диалогу», – считает он. Отметим, что КЗР появились до того, как лидер кубинской революции Фидель Кастро объявил о строительстве на Кубе социализма (сделал он это 16 апреля 1961 года).  

Комитеты защиты революции функционируют как многоступенчатая система. Комитет защиты революции существует в каждом квартале. Председателей квартальных комитетов избирают непосредственно жители. Председатели квартальных комитетов образовывают, в свою очередь, комитет блока (микрорайона), выбирая председателя из своей среды, а председатели комитетов блока создают комитет муниципалитета. «Каждый комитет состоит приблизительно из 20 домов (одноэтажных) – в небольших городах, или из одного многоэтажного дома. В каждом комитете есть свой президент (presidente переводится на русский язык как председатель – прим. ред.), о чём сообщает табличка на дверях его дома, поэтому не стоит удивляться тому, что даже на одной улице живет много президентов. Комитеты по защите революции образовывались в каждом квартале и на каждой улице, их представители жили в каждом доме», – поясняет российско-кубинская публицистка и писательница Надежда Диас-Паскуаль.

В комитет защиты революции принимают всех, начиная с 14 лет. Система негосударственная и существует за счёт членских взносов.

Изначально главной задачей КЗР была борьба с контрреволюционным подпольем и преступностью. Члены КЗР, патрулируя кварталы, выявляли подозрительных лиц и информировали о них полицию и власти. «КЗР сделали большое дело, “растворив” банды и хулиганство – даже в трущобах, которые были обширными и в конце 60-х годов. Конечно, тут участвовали и милиция (почти поголовная), и школа – героические молодые учительницы», – подчёркивает Кара-Мурза, который наблюдал за процессом изнутри.

У движения комитетов защиты революции есть свой символ – это кукла Фефа. «В 1983-85 годах каждый комитетчик имел свой день дежурства: для мужчин – это пять часов в месяц, для женщин – два часа, – рассказывает Надежда Диас-Паскуаль. – Фефа позаботится о том, чтобы вы не забыли о своём дежурстве. В десять вечера она обязательно появляется на экране телевизоров для того, чтобы зайти за своей подругой и отправиться на дежурство. Всё это происходит в виде мультфильма, после которого начинается художественный фильм. В двенадцать часов он кончается и снова перед нами возникает старая знакомая. Фефа отдаёт тетрадку присутствия на дежурстве своему соседу по комитету. Теперь до утра будут дежурить мужчины».

Затем КЗР включились в важные государственные кампании, в том числе по ликвидации неграмотности и искоренению полиомиелита, помогая властям массово прививать население. «Я лично видел работу бригад профилактической медицины с опорой на КЗР в 1971 году – моей дочке сделали прививку от кори, – свидетельствует Сергей Кара-Мурза. – То же – при угрозе эпидемий тропических болезней. На всей территории страны программы выполнялись буквально за пару недель. Быстро наладили донорство крови – до нормативов ВОЗ (500 тысяч доноров). В городах ликвидировали комаров – переносчиков лихорадок (трудоёмкие массовые устранения мест размножения, вплоть до яичной скорлупы в дворике, служащей “водоёмом”)». Во многом благодаря комитетам защиты революции Куба обладает огромным банком крови и в стране побеждён полиомиелит. В каждом комитете есть человек, ответственный за раздачу маленьким детям конфет-прививок против полиомиелита. «Прививки в виде конфет не пугают маленьких кубинцев, и почти полностью преграждают путь опасному заболеванию», – подчёркивает Надежда Диас-Паскуаль.

Кроме того, КЗР участвуют в организации эвакуации населения в случае стихийных бедствий, например, ураганов. Комитеты защиты помогают не только  милиции, но и армии в проведении военных учений, они даже участвуют в них в качестве вспомогательных подразделений: их задействуют для «тушения пожаров», переноски «раненых» и т.д. Что это, если не функции гражданской обороны, о необходимости совершенствования которой говорил недавно глава российского государства Владимир Путин на совещании Совета безопасности?   

В каждом комитете есть человек, ответственный за бдительность. Он наблюдает за повседневной жизнью жителей квартала, отмечая, например, откуда они получают почтовые посылки, и кто их посещает в качестве гостей и так далее. В случае, если приехали гости, хозяин должен пойти в комитет и сообщить об этом.

Без всякого сомнения, такой контроль имеет все признаки вторжения в личное пространство граждан. Однако не будем забывать, что комитеты защиты революции появились для эффективной борьбы с бандитами, диверсантами и американскими агентами. Кстати, приблизительно те же функции, что и ответственные за бдительность на Кубе, в России до революции выполняли дворники. А что касается «цивилизованной Европы», особенно северной её части, то в ней наблюдение граждан друг за другом и взаимное доносительство развиты и без каких-либо ответственных за бдительность. На Кубе наблюдение за жизнью граждан ведётся открыто. Все всё знают. «Девиз организации (КЗР ­– прим. ред.): “С широко открытыми глазами!”» – не скрывает Надежда Диас-Паскуаль.

«Когда Комитеты Защиты Революции начинали свою работу в начале 60-х годов, их основной задачей была борьба с контрреволюцией, с выявлением недобитых бандитов, врагов молодого социалистического государства, – дополняет она. – Эта задача осталась и теперь, ведь международный империализм никак не может смириться с тем, что существует остров Свободы, но, всё же, в настоящее время комитетчикам, в основном, приходиться вести борьбу с нарушителями общественного порядка, с нарушителями закона. Так, в одном из кубинских журналов мне довелось прочитать о том, как двое дежуривших задержали воров, уносивших ценное оборудование и товары с фабрики».

Также в комитете защиты революции есть человек, который занимается идеологической работой на территории, распространяя печатные материалы, проводя семинары с жителями или устраивая кинопоказы или встречи с интересными людьми.

И конечно, в комитетах защиты революции есть люди, ответственные за проведение общественных работ (например, субботников), организацию отдыха людей и поддержание порядка и чистоты в домах и на улицах. В задачи КЗР входит проведение конкурса «Мой дом веселый и хорошенький».

«Под всеми этими функциями – идеология взаимопомощи, – разъясняет Сергей Кара-Мурза. – В целом масса участников создавала обстановку, когда основные виды социальной помощи действовали как бы сами собой, никакой организации не было видно. Так же с помощью старикам, поддержанием чистоты, проведением субботников и т.п. Избирательные кампании тоже возлагаются на КЗР».

Сегодня в движении комитетов защиты революции на Кубе участвуют 7,6 миллиона человек из 11,062 миллиона населения, всего на острове действуют 133 тысячи комитетов. И эта система полностью добровольная. Хотя, конечно, участие в ней позволяет получить определённые льготы. Так, рекомендательные письма Комитета по защите революции помогают при поступлении в университет или приёме на работу.

То, что эта система эффективна, подтверждает хотя бы тот факт, что кубинский социализм продолжает существовать, хотя после краха СССР, от которого он серьёзно зависел, многие ждали его смерти. В 90-е годы, когда Кастро объявил «особый период», комитеты защиты революции участвовали в распределении продуктов и боролись со спекулянтами.

Удастся ли скопировать кубинский опыт в России? В нынешней, наверное, нет. Наша политическая культуры отличается от кубинской. Да и общество наше сильно атомизировано. Но копировать-то чужой опыт и не надо, а вот использовать принципы комитетов защиты революции по вовлечению граждан процесс мобилизации, как минимум, моральной, необходимо. Как верно замечает Сергей Кара-Мурза, «изучить систему функций, которые можно возложить на самоорганизацию, полезно – легче искать формы, когда понимаешь функции». Наверное, в нашей стране не надо создавать совет гражданской обороны в каждом дворе – достаточно уполномоченного. Важно донести до народа мысль: Россия воюет за своё будущее, за свою независимость, поэтому если мы не мобилизуемся, нас уничтожат.

Георгий Маев

Вам будет интересно