Перейти к содержимому
Главная страница Манифест Богомолова – прорыв или конъюнктурщина?

Манифест Богомолова – прорыв или конъюнктурщина?

Обсуждение манифеста Богомолова дошло до стен Кремля, по его поводу высказался пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Худрук театра на Малой Бронной, режиссёр Константин Богомолов, по-видимому, затронул тему, которая тем или иным образом волнует многих, иначе откуда такой лавинообразный отклик, желание согласиться или парировать и вообще как-то отреагировать на его публикацию? По просьбе «Родины на Неве» авторы и постоянные собеседники издания поделились своим взглядом на манифест и высказали предположение о причинах повышенного интереса к тексту человека, которого значительная доля общества знает в основном как мужа Собчак.

Режиссёр Константин Богомолов – автор резонансного манифеста Фото: ТАСС

Манифест режиссёра «Похищение Европы 2.0» был опубликован десятого февраля в «Новой газете». Издание выпустило нехарактерный для себя текст с ремаркой, «делаем это в порядке приглашения к дискуссии». Дискуссия в самом деле развернулась: своё мнение по поводу написанного высказали и представители мира искусства, и политики, и общественники, и бесчисленные владельцы бесконечных страниц в различных соцсетях, преимущественно, правда, в «Фейсбуке». Нет смысла пересказывать содержание — публикация невелика, с ней можно ознакомиться по ссылке, да и не так много осталось людей, кто хотя бы на уровне слухов не получил представление о содержании манифеста. И, возможно, к настоящему моменту больший интерес представляет не первоисточник, а реакция на него.

Председатель экспертного совета международного общественного движения «Гражданский мир», историк Дмитрий Рущин:

«Это любопытный документ, который активно обсуждают в сети. Но манифест довольно спорный, и странно, что он опубликован именно в «Новой газете», ведь он ближе к консервативным позициям, а не либеральным. Кстати, слово “манифест” вызвало ассоциации с Манифестом коммунистической партии Маркса и Энгельса. Помните, “Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма”?

Вообще, Европу хоронят уже лет двести, и наши мыслители, типа Константина Леонтьева, да и в самой Европе. Кстати, мы в общем-то тоже часть Европы. Впрочем, по манифесту понятно, что речь идёт о западной Европе, и представлен взгляд со стороны. Россия здесь в чистом виде особо и не упоминается, хотя к нам переходили и у нас преломлялись многие европейские идеи. Западный марксизм у нас перерос в крестьянский, переработанный марксизм-ленинизм, то же самое произошло и с либерализмом. Это, кстати интересная тема — что происходит у нас с западными идеями.

В Европе действительно много проблем, но сколько она уже пережила, за 20 век, например: и мировые войны, и революции, и фашизм, и коммунизм. Я думаю, что алармистские настроения в этом отношении востребованы скорее у нас, в том числе, среди власть имущих. Но в общем-то они не в полной мере отражают сложившуюся ситуацию, хотя это не значит, что они не указывают на реально существующие проблемы. Проблемы есть, но утрировать их и превращать в ужас, да ещё и с намёком, что у них там кошмар, а у нас тут островок благоденствия, тоже, по-моему, нельзя.

Я думаю, что алармистские настроения в этом отношении востребованы скорее у нас, в том числе, среди власть имущих.

Что касается бурного отклика, то отчасти он вызван тем, что многим показалось — режиссёр занялся не своим делом. Для этого всегда были маститые аналитики, а здесь вдруг человек занялся творчеством в ином, чем привыкли, плане. Во-вторых, поднятые темы, именно в изложении Богомолова, выглядят несколько конъюнктурными. Отсюда даже возникают некоторые подозрения, не Сурков ли за него писал. То есть, насколько он вообще сам мог это переосмыслить и написать.

Если вспомнить биографию Богомолова как мужа Собчака, который на катафалке ехал на свою свадьбу, то его выступление воспринимается как «шут гороховый снова чем-то разразился». Это тоже вызывает некоторую оторопь и удивление. Хотя, скорее всего, манифест – это своеобразная компиляция: взять какие-то западные консервативные издания, взять труды наших философов типа Леонтьева и соединить это всё — и мы увидим примерно то же самое.

Я думаю, что такие рассуждения, конечно, вызывают интерес, но в значительной степени этот интерес связан с тем, что автором выступил муж Собчак. Человек мною лично как серьёзный мыслитель не воспринимается, хотя, может быть, я ошибаюсь. Я не знаком с ним и недостаточно знаком с его трудами. Каюсь».

Историк и публицист, главный редактор «Родины на Неве» Дмитрий Жвания:

«В принципе, Константин Богомолов не написал ничего нового. В данном случае важно не что написано, а кто написал. Богомоловэпатажный режиссёр. Его театральные постановки злят людей с консервативными представлениями об искусстве. Например, его спектакль “Идеальный муж” по мотивам произведения Оскара Уайльда, когда он шёл в МХТ, пикетировали “патриотические активисты”. Они обвиняли Богомолова в оскорблении чувств верующих, в пропаганде употребления наркотиков, гомосексуализма и даже педофилии. Активисты назвали спектакль Богомолова “творческим блудом, который приводит к общественной шизофрении”. Что касается фильмов Богомолова, то его сериалы “Содержанки” и “Хороший человек” выносят приговор семейным ценностям. Свадьба Богомолова и Ксении Собчак вызвала возмущение в консервативной страте нашего общества, точнее не сама свадьба, а то, как она была обставлена — поездка в чёрных гробах на венчание и так далее.

Для либеральной общественности Константин Богомолов был своим — “умным мальчиком из интеллигентной еврейской семьи” (по выражению Ксении Собчак). Она воспринимала его как человека, провоцирующего консерваторов на “мракобесные реакции”.

В манифесте Богомолова, несмотря на его вторичность, содержится очень актуальный тезис: “Пора ясно и внятно сформулировать новую правую идеологию, идеологию вне радикальной ортодоксальности, но строго и непримиримо отстаивающую ценности сложного мира в опоре на сложного человека”.

При поверхностном взгляде на творчество Богомолова действительно создаётся впечатление, что для него ничего святого нет. Но это на первый взгляд. Если на то пошло, то и для Достоевского нет ничего святого, коли он создал таких героев, как старший Карамазов и его ублюдок (в старом русском понимании этого слова) Смердяков. Богомолов, как и Достоевский, показывает ад в человеке. Он, как и Достоевский, исследует человека, а человек — сложное существо, обречённое всю жизнь метаться между ангелом и бесом. И порой эти метания заканчиваются трагедиями, причём не только для самого мечущегося, но для тех, кто попался на его извилистом пути. А спектакль Богомолова “Идеальный муж” — это ещё и сатира, которая изобличает вырождение нашей “элиты”. Жаль, что патриотические активисты не увидели этого.

Ещё раз повторю: для тех, кто читал Герберта Маркузе, Мишеля Фуко, Алена де Бенуа, Богомолов, по сути, не написал ничего нового. Механизмы “репрессивной толерантности” показал и Эдуард Лимонов в “Дисциплинарном санатории”. Эфиры с идеями, похожими на идеи богомоловского манифеста, едва ли не каждый день появляются на каналах “Царьград” и “Спас”, которые ведёт Анна Шафран, да и Никита Михалков в своём “Бесогоне” не устаёт развенчивать либеральные смыслы и развенчивать либеральные ценности. Но “приличные люди” давно заклеймили Шафран и Михалкова “пропагандистами” и не обращают на их творчество никакого внимания. А тут прилетело откуда они не ждали! От Богомолова! Поэтому-то манифест Богомолова и взорвал информационное пространство. “Предатель!”, “Продался!”, “Написал под диктовку АП” — бьются в нервном припадке люди со светлыми лицами.

Наши “приличные люди” — очень нетерпимы. У них манихейское сознание: всё российское для них это — грязь, мрак, зло, а всё западное — добро, свет, чистота небесная. Любые попытки критики западного общества эта публика встречает в штыки. Ибо эта критика оскорбляет их чувства — чувства верующих в прекрасный Запад. “Как Богомолов посмел!” — возмущаются они.

В манифесте Богомолова, несмотря на его вторичность, содержится очень актуальный тезис: “Пора ясно и внятно сформулировать новую правую идеологию, идеологию вне радикальной ортодоксальности, но строго и непримиримо отстаивающую ценности сложного мира в опоре на сложного человека”. В принципе эта идеология давно сформулирована Аленом де Бенуа. Нужно просто перевести её с французского на русский. Богомолов молодец, что сделал акцент на идеологии. Без идеологии нельзя. Государство без идеологии — это просто машина для обогащения карьеристов. И нашей идеологией, как верно заметил Богомолов, должен стать просвещённый консерватизм. Консерватизм без капусты в бороде и зипунов с кокошниками. На мой взгляд, местом, где такая идеология может наиболее успешно выковаться, является Санкт-Петербург, столица Российской империи, которая была оплотом консервативной Европы». 

Политолог, директор Института современного государственного развития Дмитрий Солонников:

«Богомолов — молодец: он пишет красиво, эмоционально, с яркими эпитетами. Читать приятно и интересно. Раньше красивым языком статьи на политические темы писал Сурков. Сейчас Богомолов перехватил инициативу. Написано действительно хорошо, но на мой взгляд, очень многое из написанного не сказать, что банально, но говорилось уже очень много раз. В числе первых об этом неоднократно говорил Владимир Владимирович Путин: что да, мы хотели идти в Европу, но тогда Европа была другая. Когда мы туда шли, мы имели в виду другое, не то, что там есть сейчас — Европа изменилась.

Дальше всё, что пишет Богомолов, так и есть. Это подробное обсуждение изменившегося дискурса в Европе, в Америке. В Америке тоже много об этом рассуждают — что та Америка, которой гордились американцы в 60-70-80-е годы, уже потеряна. Всё, она совсем другая. У многих людей людей, которым сейчас 40-50 лет, образ Америки сформировался по фильмам — с Сильвестром Сталлоне, Арнольдом Шварценеггером, даже ранним Брюсом Уиллисом. Со впечатлением о Европе то же самое: это прекрасные французские фильмы, на которых не одно поколение выросло, любимые итальянские фильмы… Но той Европы тоже больше нет. Всё изменилось. Образ современной Европы у нас мало транслируется, европейских фильмов стало заметно меньше, да и мы их и не очень смотрим. Америка же стала, в основном, свой культурный контекст представлять в виде нарисованных мультиков, которые сейчас называются спецэффектами, они ничего общего не имеют не только к Америке, но и вообще с реальным миром. Дискурс, действительно, совсем изменился. Это взгляд с одной стороны.

Богомолов пишет об изменениях как о произошедших самостоятельно. Но это не так. Это целенаправленная политика по изменению человеческой природы, человеческой психики-то уж точно.

С другой стороны, мне кажется, то, что пишет Богомолов, немножко наивно. Он пишет об этих изменениях как о произошедших самостоятельно. Но я думаю, что это не так. Это целенаправленная политика по изменению человеческой природы, человеческой психики-то уж точно. И есть группы, которые это транслируют, которые ставят себе целью такое изменение человечества. В ближайшее время, как мы все понимаем, роботизация, автоматизация производства, участие искусственного интеллекта в процессе управления, превратит 99 процентов человечества в ненужный хлам. Человек не будет задействован в производстве, соответственно, перестанет производить прибавочную стоимость, и смысла в его существовании не будет. Те, кто управляют мировыми финансами, будут жить в замкнутом мире для самих себя, где управление всем ведёт искусственный интеллект, а производит всё робототехника. Остальные семь или десять миллиардов населения просто будут не нужны, их нужно будет как-то утилизировать. Речь идёт о подготовке к этой утилизации, это вполне целенаправленная акция, на мой взгляд. Европа не сама себя каким-то образом случайно модифицировала. Нет, это просчитанный организованный процесс, и ситуация более жёсткая, чем пишет Богомолов.

Он пишет — так получилось, они свернули не туда, новый фашизм появился, европейцы себя кастрировали. Это не они сами, это их. Процесс был над ними произведён специально, как над европейцами, так и над американцами, над золотым миллиардом, который должен был быть. Остальных уничтожат и так, сбросят очередной вирус в Азию или в Африку, и там будет другой процесс вымирания. А здесь используется вот такая технология, может быть, более гуманная».

Юлия Медведева

Поделиться ссылкой: