Виктор Корчагин: «Уже нет бандитов, все чиновники»

23к423

Дела давно минувших дней незримой нитью связаны с настоящим, во всяком случае, когда речь идёт о преступлениях. Такой вывод «Родина на Неве» сделала после общения с бывшим оперуполномоченным 12-го отдела УБОП (управления по борьбе с организованной преступностью) Виктором Корчагиным. В ведении его отдела находились Выборгский и Приозерский районы. В 2021 году эти районы стали эпицентром громких коррупционных скандалов, а в 90-е там и вовсе процветал бандитизм.

Виктор Корчагин во время службы в Вооружённых силах / Фото из архива Виктора Корчагина

До начала работы в управлении по борьбе с организованной преступностью Виктор Васильевич Корчагин много лет отдал Вооружённым силам. Уйдя в армию в 1986 году, вернулся из неё он только в 1995-м, и был поражён тем, насколько изменилась жизнь в стране.

«Я ушёл в армию при СССР, вернулся, когда всё развалили. Какие-то бандиты в городе появились, группировки. Приехал, чуть с ума не сошёл», — описывает свои первые впечатления о 90-х собеседник нашего издания, добавляя, что на дальнейшем профессиональном пути оставаться долгие годы помогало советское воспитание и советская закалка. А путь оказался связан с борьбой с бандитизмом.

Что творилось в те годы, известно многим: 90-е, начало двухтысячных, прославились как самый криминальный период. В Приозерске в эти годы тоже был разгул бандитизма: грабежи, вымогательство, поджоги, убийства. «Предпринимателей было в Приозерском районе убито несколько десятков человек. Их убивали на протяжении нескольких лет», — рассказывает Виктор Корчагин. Орудовала комаровская преступная группировка, ею руководил криминальный авторитет Юрий Комаров, известный тем, что ещё в 80-е годы начал контролировать деятельность фарцовщиков и валютчиков, промышлявших десятилетиями на трассе «Выборг-Ленинград», а в 90-е годы создал преступное сообщество, которое контролировало почти все предприятия вдоль этого шоссе.

Чтобы победить преступников, областным правоохранителям и петербургским правоохранителям пришлось объединить усилия. В итоге к 2010 году всех посадили, кого за убийство, кого за вымогательство. Правда, сам Юрий Комаров осуждён не был, хотя в советские годы он трижды находился в местах лишения свободы. Он мирно скончался в Германии 3 мая 2010 на 58-ом году жизни.

Бороться с принципиальностью целенаправленного капитана Виктора Корчагина преступники пробовали по-разному: от уговоров и попыток подкупить до прямых угроз и покушений на жизнь

Позже РУБОП преобразовали, и отдел Корчагина занялся коррупционными преступлениями. Предположение о том, что работать будет спокойнее и безопаснее, оказалось неверным.

Спектр дел оказался обширным. Корчагин, например, расследовал многомиллионные хищения средств, предназначенных по президентской программе на капитальный ремонт детского дома для детей-инвалидов в Приозерске. Целевые деньги утекали на сторону, акты выполненных работ подделывались. Ценой огромных усилий клубок удалось распутать, в итоге госконтракты были отменены судом, деньги возвращены, а преступники наказаны.

А, например, по делу о поддельных медсправках пришлось организовать спецоперацию. «Медкнижки для торговли, для продавцов, продавались направо и налево. Организовали операцию: нашли в Выборге двух девушек. Они стояли в наркодиспансере на учёте, были ещё ко всему ВИЧ-больные, имели целый букет заболеваний. А здесь в Приозерске им легко продали медкнижки, что они якобы полностью здоровы. Занимался этим тогдашний начальник СЭС, деньги брал только через своих доверенных лиц, в тот раз через начальника морга, — продолжил перечислять собеседник. — Начальник ГАИ такой же был, обложил весь город взятками. Тоже по нему работал».

Бороться с принципиальностью целенаправленного опера преступники пробовали по-разному: от уговоров и попыток подкупить до прямых угроз и покушений на жизнь. «Много было всякого. Пришлось жену свою прятать с ребёнком — их обещали убить. Увозил её за пределы области, а ребёнку было тогда шесть месяцев. По телефону звонили и говорили: “Ну раз не можем договориться…”. Я им отвечал: “Ну приезжайте, встретим”. Бодрился. Но на самом деле страшно было — не за себя, за семью, — делится воспоминаниями Корчагин. — Бандиты мне два раза могилу копали. Те, которые копали, рассказывали об этом потом. Один раз я не приехал, другой раз приехал, но уже не один, и они побоялись стрелять. У дома меня караулили много раз».

Были и попытки договориться. Бандиты из группировки, торговавшей в Приозерске наркотиками, приходили и сулили денег: щедро и ежемесячно, раза в два больше по сравнению с главковской зарплатой. Эти тоже попали за решётку.

С высоты опыта Виктор Васильевич на сегодняшнюю действительность смотрит в целом с оптимизмом, если брать в расчёт характер преступлений. «Полиция действует, бандитов всех пересажали. Кто выходит из тюрьмы, понимает, что всё, ситуация в Приозерске поменялась. И люди изменились, стало больше доверия к полиции. Раньше, когда я работал, надо было уговаривать человека, чтобы написал заявление — боялись за семью».

А вот в плане коррупции — всё гораздо сложнее. Череда громких коррупционных разбирательств с уличением во взяточничестве чудовищных масштабов со стороны представителей власти — плод многолетней работы. Начало было положено давно. Каждое дело сопровождается изучением документов, всей почты, прослушкой и длится не один год. Собеседник прогнозирует, что громкие посадки будут продолжаться ещё лет пять. При всём этом в новой реальности достигать результата в работе по коррупционным делам архисложно:

«Я сколько дел в своё время передавал — сразу же начальнику звонки ото всюду с требованиями как-то прикрыть, развалить дело. Везде во власти все друг друга прикрывают, повсеместно — поручительство. Уже нет бандитов, все чиновники высшего ранга, к ним уже с обыском не пойдёшь. У всех неприкосновенность», — говорит Корчагин.

Бывшая замглавы Приозерского района Гумилина не так давно была задержана экономической полицией Приозерского района по делу о мошенничестве в особо крупном размере.

Как считает следствие, в период работы Натальи Глумилиной с 2015-го по 2019 годы администрацией был заключён контракт на санитарные работы с муниципальным предприятием «Приозерское районное агентство услуг» (ПРАУ), которое привлекло в качестве субподрядчика ООО «Элодорс», а его директором был сын чиновницы — Кирилл Глумилин.

Корчагин не исключил, что и власти более высокого уровня замешаны в деле — деньги берут, и глаза на всё закрывают. Ржавые трубы из металлолома, купленные и проложенные вместо новых при прежней администрации, постоянно аукаются городу в виде регулярных прорывов. А кто-то хорошо нагрел на этом руки. С землями под фермерские хозяйства тоже всё как-то мутно: на словах они есть, на деле — нет, обращает внимание Корчагин.

«Местная власть нас не слушает, ей до лампочки. Во главе её нужен человек, который не деньги в свой карман гребёт, а радеет за людей», — заключил Виктор Васильевич.

P.S.

Виктор Корчагин скромно умолчал о своей длительной командировке в Чечню на рубеже первого и второго десятилетий XXI века. Работая в горной республике, где тогда было ещё весьма неспокойно, он выезжал на задания на обычной «буханке».

Юлия Медведева

Поделиться ссылкой: