Михаил ИГНАТЬЕВ: «Меня лично и губернатор Ленобласти может опознать»

Михаил Игнатьев (1987) – муниципальный депутат города Мурино

«Родина на Неве» продолжает знакомить читателей с новыми муниципальными депутатами Мурино. В прошлый раз мы поговорили с Алексей Фёдоровым, который представлял на выборах партию «Родина». Наш нынешний собеседник – молодой программист Михаил Игнатьев, который избрался муниципальным депутатом при поддержке партии «Яблоко»…  

Отметим, что Михаил Игнатьев не только активист–жилищник, но и путешественник. Так, чтобы ощутить всю ширь родной России, он совершил путешествия на Курилы, на острова Кунашир и Шикотан.

Михаил, расскажите о движении жителей западного Мурино, в котором Вы активно участвуете…

ИГНАТЬЕВ. Наше движение появилось на основе группы в «ВКонтакте», которая называется «Инфраструктура западного Мурино». Когда начали сдаваться новые дома в западном Мурино, первые жители обнаружили, что реальность сильно отличается от обещаний застройщиков. В Питере-то обещания тех, кто занимается уплотнительной застройкой немного размываются той инфраструктурой, которая есть, и ситуация ухудшается медленно…

Основала сообщество «Инфраструктура западного Мурино» Мария Кикоть. Обычная девушка, у неё не было никаких политических целей. Она приехала из небольшого городка, в котором, как она говорит, всё было. А в Мурино она этого не обнаружила. У неё появился личный запрос. И вот из этого личного запроса она начала формировать это сообщество, и сторонники, люди, которые смотрят похожими взглядами, начали присоединяться, в том числе я. Я стал активным пользователем. Полтора года назад Кикоть уехала из Мурино, решив оставить это сообщество нам, её сторонникам, людям, которым она доверяла. Её вклад недооценён. Когда она была активисткой, многие вопросы живей решались. Её вклад очень большой, но сейчас не все помнят об этом. Но мы стараемся идти в фарватере начатого ею движения, имея какие-то новые идеи, новые мысли.

Михаил Игнатьев на акции протеста, на которой жители западного Мурино требовали развития городской инфраструктуры (февраль 2018 года)

А какие основные проблемы в западном Мурино с инфраструктурой?

ИГНАТЬЕВ. Западное Мурино отрезано от восточной части железной дорогой и ЛЭП. Это серьёзная преграда, которая не позволяет людям с ограниченными возможностями перемещаться в восточное Мурино. В переходе метро есть спуски для колясок, но этого явно мало. Нужен либо помощник, либо нужно вызывать служащего метрополитена, чтобы он отвёз инвалида на другую сторону. Не знаю, есть ли такая услуга в метрополитене… Метрополитен помогает только в метро, а там надо на другую сторону… То есть практически микрорайон в западном Мурино отрезан и от Петербурга КАДом, и от старой части Мурино железной дорогой и ЛЭП. Есть такая инфраструктура, как врачи, полиция – жителям западного Мурино к ним не добраться, и им не добраться к жителям. Слишком сложно.

А что с безопасностью в западном Мурино? Я видел на входе в микрорайон пункт охраны порядка.

ИГНАТЬЕВ. Но он уже переименован. Замазали слово «полиция». Хотя, как оказалось, у полицейских есть ключи от этого помещения. Но когда он действовал, то был открыт по четыре часа два раза в неделю. Он, по сути дела, использовался для продажи квартир. Люди выходили из метро, смотрели, что там есть будка с надписью «полиция», успокаивались и покупали квартиры, при этом два или три года эта будка вообще не действовала – стояла, как украшение. Потом после того, как собственники первых проданных квартир провели пикеты, эта будка стала действовать в том режиме, что я сказал. Приезжал человек из Кузьмолово, осуществлял приём, принимал заявления. А тогда уже в западном Мурино проживало 50-70 тысяч человек. Сейчас эту будку не используют, а используют другое помещение, которое принадлежит бывшему депутату. Думаю, что эта схема непрозрачна. Почему они перестали использовать будку, а арендовали у депутата помещение за деньги? Будка в итоге не используется.

С медициной что?

ИГНАТЬЕВ. С медициной такие же проблемы. В западном Мурино дома изолированы…

Это понятно. Если человек заболел, ребёнок, не дай Бог, – к кому и куда обращаться за помощью?

ИГНАТЬЕВ. Сейчас ситуация такая, что действуют несколько частных центров, которые называются «Семейный доктор», они предоставляют некоторый объём услуг по ОМС, во всяком случае, они могут выписывать больничные листы. Но перечень бесплатных услуг очень ограничен. Получается такая получастная медицина. Постоянно какие-то проблемы возникают. Деньги до частников не доходят, и они могут взять и прервать обслуживание. Это какая-то отдушина в части медицины, но всё равно – плохо. Есть частные клиники, которые просто как частные работают.

Что есть хорошего, так это то, что два года назад у нас появились машины скорой помощи, для них создана стоянка в западном Мурино. Там они дежурят. Это машины экстренного вызова. Если что-то случилось серьёзное, могут приехать довольно быстро: за 10 минут, ну за 15, если, например, ребёнку стало плохо. На стотысячный район это мало всё равно. Но они есть. Они доезжают до места, могут оказать первую медицинскую помощь. Но дальше становится всё гораздо хуже. Если человек требует госпитализации, то его повезут либо в больницу в Токсово, либо во Всеволожск. Люди говорят, что и там, и там настолько всё плохо с обслуживанием, что никто по своему желанию в этих лечебных заведениях не хочет оказаться. Поэтому что делают, например, женщины, если чувствуют, что начинаются схватки, роды? Они берут такси, переезжают КАД, выходят на Гражданке и звонят уже в скорую помощь. Вот такие ситуации.

Вам не кажется, что разделение Мурино и Петербурга, а шире Петербурга и Ленобласти – это административный абсурд?

ИГНАТЬЕВ. Это абсурдно потому, что в Мурино, чтобы появились дома, недостаточно иметь пространство. Нужны соответствующие коммуникации и некоторые обязательства по инфраструктуре. Обязательства брались Ленинградской областью. Они в документах были, они постепенно исчезают, но они были. А водные коммуникации тянутся из водоканала Санкт-Петербурга. И правительство Санкт-Петербурга не может сказать, что оно здесь не при чём. Оно часть этого процесса. 10 лет назад строители это лоббировали.  Правительство Санкт-Петербурга пошло на это. Но я считаю, что теперь это общая проблема. И нельзя никому из правительства Санкт-Петербурга говорить, что это не их вопрос, потому что согласие дало оно. Кроме того, около 40 процентов жителей Мурино прописаны в Санкт-Петербурге. В Кудрово соответственно так же. Это люди активные, молодые, они голосуют, и очень неосмотрительно отказать своему электорату в том, что он хочет. Поэтому я считаю, что это абсурдно, когда правительство Санкт-Петербурга говорит, что проблемы Мурино или Кудрово их не касаются, что это другой регион. Чиновники занимаются самообманом, но время их поправит.

То есть Вы бы поддержали движение, которое бы ратовало за объединение Санкт-Петербурга и Ленинградской области?

ИГНАТЬЕВ. Конечно, в принципе я поддерживаю это. Но я понимаю, что для этого должны быть более конкретные обстоятельства. Просто так, по доброй воле жителей, два региона не объединятся. В Санкт-Петербург вошло бы большое количество районов, где творятся страшные вещи в области инфраструктуры. Потому что Ленобласть считает, что это – Санкт-Петербург, а Петербург считает, что это – Ленобласть.  На границе с Петербургом идёт бесконтрольное строительство. Должен появиться какой-то документ, над генпланом Санкт-Петербурга и Ленинградкой области, по строительству, развитию.

Почему решили попробовать себя на муниципальных выборах?

ИГНАТЬЕВ. Ну это вполне естественный процесс. Сначала начинаешь просто определять зону своего комфорта, потом видишь, что в эту зону попадает не только твоя квартира, но и часть улицы. Потом ты понимаешь, что тебя что-то не устраивает. Ты находишь единомышленников. Потом, если ты занимаешься этим как активист, люди начинают тебя поддерживать, и на фоне этой поддержки встаёт вопрос, идёшь ты на выборы или не идёшь. Обратной дороги нет. Какое-то количество людей ждёт, что ты пойдёшь на выборы. А иначе за кого голосовать? Ведь на выборы можно идти по-разному, и в нашем Мурино, и в Кудрово были люди, которые пошли от действующей власти, или в команде с представителями действующей власти, которая, по мнению многих, создала эти проблемы, конкретно – Совет депутатов Мурино.

А в Мурино кто пошёл от действующей власти?

ИГНАТЬЕВ. Я не хочу называть имена. Мы ещё можем дать им шанс изменить ситуацию. Они не прошли ещё точку невозврата, где человек из достойного превращается в очень неуважаемого.

В Мурино Совет депутатов из двадцати человек. 13 человек – это ваша команда…

ИГНАТЬЕВ. Пять человек из «Единой России» прошло. Они все власть поддерживают. Они не стали ребрендинг искать, не стали отделать себя от главы, Валерия Гаркавого, которым все недовольны. Они входили в предыдущие советы и много создавали проблем. Поэтому мы считаем, что все, кто в команде «Единой России», являются нашими оппонентами в Мурино. Есть ещё самовыдвиженка Маргарита Кожокару и Алексей Фёдоров, который шёл в пятёрке Гаркавого.

Февраль 2018 года: пикет жителей западного Мурино за развитие городской инфраструктуры в Мурино. Михаил Игнатьев – второй слева

Я понимаю, что вы победили, но при очень низкой явке…

ИГНАТЬЕВ. Я не думаю, что низкая явка нам помогла. Потому что мы знаем, что конкретно в моём округе были подкупы, они были замечены, ну точно были в одном месте, вот. Нельзя сказать, что у нас не были задействованы политтехнологии, использованные в других местах. Но у нас и ситуация немного другая по сравнению со всей Ленобластью, может, даже с Питером. У нас всё очень компактно, и все молодые, активные. Этим людям не всё равно. И провернуть эти политтехнологии у нас сложней, чем, например, в Гатчине.

У нас в Мурино четыре округа. В трёх у нас были свои команды – пятёрки. Два человека не прошло. Причём им не хватило небольшого количества голосов. По нашим сведениям, в деревне в Лаврики был подкуп избирателей. Видимо, там люди привыкли голосовать за тысячу рублей.

Итак, в Совете депутатов Мурино 20 человек: 13 человек, в том числе – Вы, прошли по спискам «Яблока», есть пять человек из «Единой России», самовыдвиженка и представитель «Родины» Алексей Фёдоров. Наверное, надо какие-то компромиссные фигуры выводить на первый план, чтобы Совет заработал… Может, этой фигурой может стать Фёдоров?

ИГНАТЬЕВ. Про Фёдорова можно сказать, как в поговорке: «Если кто-то плавает, как утка, крякает, как утка, то, возможно, это утка и есть». Но пока не понятно. Как он будет голосовать? Я бы хотел, чтобы он был на стороне людей…

Но когда мы приглашали его на Совет, который прошёл 18 сентября, он сказал, что не хочет ссориться с администрацией. Он, так или иначе, договаривался с нынешней администрацией. Она ему помогла пройти. Иначе он бы не выиграл. По моему мнению, результаты на его участках были сфальсифицированы. Но по одному участку точно сфальсифицированы. Но главное, он оказался в пятёрке «единороссов». По каким-то причинам они решили договориться с Фёдоровым. Вопрос: за счёт чего? На что он готов пойти? Он говорит, что не хочет ссориться с администрацией. Но Совет-то состоит из 20 человек, уже можно сказать, что администрация – это мы. Чтобы у предыдущей администрации вес был больше, чем у нас – такое просто невозможно. У них могут быть какие-то желания, какие-то договорённости…

Словом, у нас и с Фёдоровым есть недопонимание. Может, человек немного запутался. У нас у всех окружение есть. Если его окружили не очень хорошие люди, тогда, долго с ними общаясь, он уже не совсем адекватно всё воспринимает, у него грани какие-то смещаются, что можно, а что нельзя. Он шёл в их команде. Мы же видим результаты по УИКам. Было равномерное распределение голосов по пятёркам. Это значит, что человек приходит и голосует за пятёрку.

Так и делают на муниципальных выборах…

ИГНАТЬЕВ. Да, так Фёдоров был в команде Гаркавого.

А вы убеждённый яблочник?

ИГНАТЬЕВ. Я… сторонник…. Просто я считаю, что люди, представляющие «Яблоко» – это достойные люди. По сравнению с другими партиями, которые существуют, зарегистрированные, действующие, это конкретно люди – наверное, самые достойные. Потому что остальные вызывают у меня вопрос, где они. Во всяком случае – в Ленинградской области. Их не слышно, не видно.

А «Яблоко» в Ленобласти слышно?

ИГНАТЬЕВ. Их тоже на самом деле не слышно. «Яблоко» слышно в Петербурге. Так исторически сложилось.

Вам нравится то, что слышно от господина Вишневского, например?

ИГНАТЬЕВ. Ну он, скажем, преемник Григория Явлинского в петербургском Заксобрании. Он, скажем, не просто политик, но и ведущий депутат. Он может что-то делать. Из того, что он может делать, по крайней мере, он частично делает… У людей в нашей стране не так много, на самом деле, представителей, даже в Заксобрании Петербурга. И он один из тех, кто является таким представителем. Его можно попросить – и он откликнется.

Откликнется, причём не только на призыв молодой неравнодушной общественности, но и на призыв застройщиков. Мы все знаем его как борца за сохранение исторического центра Санкт-Петербурга, и действительно, когда разбили барельеф Мефистофеля, он был одним из организаторов движения за сохранение сердца Петербурга, но он пролоббировал реконструкцию исторического здания на Лиговском проспекте, дома Малозёмовой 1878 года постройки, которая обернулась его сносом. А это был достаточно прочный дом, на его месте сейчас возводят новодел, в котором разместится гостиница.

ИГНАТЬЕВ. Но реконструкция не подразумевает снос… Аварийное состояние может быть причиной для сноса. Но я не очень глубоко знаю жилищное законодательство.

Жители западного Мурино требуют связать их квартал с Петербургом современными дорогами и провести озеленение территории. Михал Игнатьев на фото в центре (февраль 2018)

Нет, это был довольно крепкий дом, я в нём бывал. Но его снесла та компания, которая была упомянута в депутатском запросе Вишневского. Это лишь один штрих… Кстати, вся ваша команда подписала меморандум «Яблока» 2019 года, в котором не признаётся суверенитет России над Крымом?

ИГНАТЬЕВ. Ну… мы все подписали его. Но, скажем, опять же, людей, которые шли по политической повестке, у нас не было. Для нас это не было принципиально настолько. В вопросе Крыма я, например… скажу своё лично мнение… Что… как бы… ну… то есть…  когда… То есть я не считаю власть в России своей. Я не считаю, что Россией управляют люди, которые представляют интересы моих будущих детей и так далее… родственников. Мне сложно в этом вопросе иметь какое-то жёсткое мнение, потому что я не считаю, что эти люди, которые управляют  государством, Российской Федерацией,… что они являются… ну как бы моими представителями.

Мы вот жители… мы соседи. У нас родственники, друзья в Мурино живут. Как бы вот это важно для нас. Почему опять же пошли от партии «Яблоко»… Но у нас нет политической повестки, мы – активисты, в Мурино мы довольно известны, сложно нас не знать, меня лично и губернатор Ленобласти может опознать…

Вы про Крым не договорили…

ИГНАТЬЕВ. Я говорю, что у меня нет жёсткой позиции. Есть люди, которые как бы там имеют позицию. Я её жёстко не даю, хотя… ну скажем так, под запись я не могу это говорить потому, что… такие политизированные вопросы, в том числе которые касаются «Яблока»… Я могу для интервью сказать, что мы посчитали, что для нас «Яблоко» – это достойные люди… по сравнению с теми людьми, которые представляют другие партии. У нас был выбор из конкретных партий. Ну мы решили с поддержкой пойти.  

Союз с «Яблоком» – это компромисс, всем ли оно нравится, не всем ли… Ну вот, например, к КПРФ у нас вопросы большие. КПРФ – что это за партия: партия олигархов, либералы они или коммунисты?

Это национально-консервативная партия с социальной повесткой…

ИГНАТЬЕВ. Я думаю, что у них минимальная социальная повестка. Как говорится, не можешь противодействовать – возглавь… Это партия олигархов, которая называется коммунистической. ЛДПР – самая системная партия, я уж не знаю, кто они, либералы, ни либералы – называются либералами. Есть «Единая Россия» – я не знаю, какая у них повестка. Популистская – то, что вы хотите, мы пишем в своей программе. Чтобы коммунистов опустить, появилась «Справедливая Россия», она создана сверху. Они называют себя социал-демократами, но никакого отношения к этому не имеют.

Так и про «Яблоко» тоже самое можно сказать. Что это за партия? Социал-демократов, зелёных и олигархов? На какие деньги она существует, учитывая, что она лишилась государственного финансирования, получив на думских выборах 2016 года всего два процента голосов?

ИГНАТЬЕВ. К каждой системной партии есть вопросы. Мы в декабре ещё общались с «Яблоком», оно обещало нас выдвинуть, чтобы нам не нужно было собирать подписи… В итоге мы зарегистрировались как самовыдвиженцы, а в «Яблоко» вступили потом. Но в «Яблоке» есть достойные люди, по составу она выигрышней смотрится, чем другие партии. Я говорю не про верхушку, а низовой уровень, который видел. Их можно считать живыми людьми. «Яблоко» – единственная из системных партий, которая сохраняет свою независимость.

Всё ясно. Вернёмся к проблемам Мурино. Соотносимы многоэтажные муравейники с понятием комфортного обитания человека?

ИГНАТЬЕВ. Жителям Мурино, как и Кудрово, не нравится, когда их дома называют муравейниками. Конечно, здесь плотность проживания выше, чем в кварталах советской застройки или в центре Петербурга. Но когда покупаешь жильё, нужно сравнить похожее – массовый сегмент в Петербурге и в Ленобласти. Есть понятие доступности. Например, от квартала, который строится за станцией метро «Звёздная», до этой станции 20 минут ходьбы, а в Мурино от самой крайне точки до метро 15 минут ходьбы.

Согласны с тем, что написал о Мурино Илья Варламов – что это гетто?

ИГНАТЬЕВ. Когда я прочитал его статью, испытал диссонанс. Я видел в Мурино совершенно другое. Но то, что он пишет – одно, а последствия – другое. Последствия двоякие. Люди, которые принимают решение на основе сказок застройщиков, прочитав Варламова, не купят жильё. Что заставляет застройщиков развивать инфраструктуру.

Михаил Игнатьев (на фото – в профиль) уверен, что, если будут новые выборы, он и его товарищи возьмут власть во всём Мурино (фото пикета, прошедшего в феврале 2018 года)

Бюджет Мурино 200 миллионов?

ИГНАТЬЕВ. Да, но на 150 тысяч жителей этого мало. Если поделить, получится полторы тысячи на человека.

Наверное, основной бюджет – это что-то типа социальной ответственности бизнеса, когда, например, застройщик освещает дороги или разбивает парк, как в восточном Мурино…

ИГНАТЬЕВ. Доходная часть бюджета формируется с земельного налога и частью другими способами, налогами, сборами… Полторы тысячи на человека в год – это очень маленькая цифра. На эти деньги не сделать Лас-Вегас. Но при этом ситуацию не надо усугублять. Мы хотим, чтобы элементарные вопросы, такие, как уборка снега, как озеленение, как открытие какой-то инфраструктуры, которая не относится к местному бюджету, а к региональному… они открывались. У нас такое видение. Мы не ждём, что с бюджета будем по два раза перестилать асфальт. Мы хотим, чтобы там было всё прилично, комфортно для проживания, и чтобы те люди, которые дискредитировали себя в предыдущих советах депутатов, к управлению городом не имели никакого отношения. Это реакция такая нормальная общества. Потому что, если они очень сильно накосячили, им стоит просто уйти.

Вас 13, но, чтобы Совет мог избрать нового главу, нужно, чтобы на заседании присутствовало 14 человек.

ИГНАТЬЕВ. На самом деле там ситуация немножко другая. Кворум – 50 процентов. Но первое заседание должно пройти по регламенту Совета депутатов, и вот в этом регламенте откуда-то прописали, что нужно две трети для кворума. Но следующий Совет депутатов, который пройдёт 8 октября… Чтобы изменить статус заседания, нужно изменить устав, для того, чтобы изменить устав, нужно чтобы присутствовали две трети состава Совета. И если мы в течение какого-то периода новый устав не принимаем, «единороссы» могут инициировать расформирование Совета, чтобы обнулить.

Мы готовы общаться с людьми разных взглядов. Что конкретно по Кожокару, по Фёдорову, то есть по людям, которые имеют остатки совести… Тот же Фёдоров сможет повлиять на будущее Мурино, в том числе сделав так, чтобы Совет депутатов не распустился. Он же избирался депутатом, наверное, не для того чтобы распуститься. Но мы понимаем, что есть соблазны, интересанты в Мурино.

Хорошо, вам удалось сохранить Совет депутатов в этом составе. Какие ваши конкретные шаги будут в западном Мурино?

ИГНАТЬЕВ. Мы сейчас команду вот собрали…Мы поняли, что не будет никакого разделения Мурино на западное и восточное. Мы депутаты, представляющие интересы всех жителей Мурино. У нас не будет перетягиваний вопросов. Тем более что многие вопросы не могут быть решены за счёт других вопросов. Инфраструктурные вопросы по своей природе… Не может быть нагрузки на школы нормальной, если в округе этих школ нет. Вопрос строительства конкретно школ может быть не на прямую к муниципальным вопросам относится…Так или иначе, многие вопросы затрагивают муниципалитет. Не напрямую, но косвенно. И во всех этих вопросах мы будем содействовать… ну… строительство инфраструктуры…. и поддержке, скажем так, строительства её.

Но если конкретно по пунктам программы… У нас в программе – приведение в соответствие Генплана, документации градостроительной в Мурино – она не везде соответствует законодательству. У нас есть такой пункт по уборке… Не уверен, что удастся сразу решить. Есть вопрос передачи власти. И есть остаточные проблемы, которые предыдущая власть захочет оставить. Мы хотим достойную уборку, потому что поначалу Мурино просто не убиралось, даже зимой. Большую часть времени был гололёд, не как в Питере в центре, а просто гололёд, с которым ничего не делали.

А если Совет депутатов доведут до самороспуска, вы уверены в своих силах? Уверены, что вашей популярности хватит, чтобы вновь выиграть выборы?

ИГНАТЬЕВ. Мы об этом думали. Будут факторы, которые усложнят ситуацию, но и будут факторы, которые сыграют нам на руку. Поэтому мы немножко… Если будут ещё раз выборы, мы возьмём все места в Мурино!

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий