Перейти к содержимому
Главная страница Выборы президента Франции: жива ли интрига?

Выборы президента Франции: жива ли интрига?

Автор — Руслан Костюк, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ

В минувшее воскресенье во Французской Республике состоялся первый тур президентских выборов. Очевидно, если говорить о внутриполитических событиях в «Старом Свете», эти выборы можно рассматривать как событие номер один во всём Евросоюзе, одним из лидеров которого является Франция.

Франция, с 1958 года перешедшая к V Республике, является президентским государством, поэтому в отличие от других стран-членов ЕС прямые выборы президента в этой стране имеют более важное значение, чем избрание Национального Собрания — нижней палаты парламента.

С 2017 года Францию возглавляет Эмманюэль Макрон. Несмотря на то, что он позже иных претендентов официально вступил в кампанию, именно Э. Макрон изначально считался главным и наиболее очевидным фаворитом президентской гонки. Вовсе не потому, что Франция добилась каких-то сногсшибательных успехов в экономическом или социальном отношении за минувшее пятилетие. Хотя, конечно, определённые успехи или позитивные моменты имели место. В частности, довольно быстрыми темпами в обществе сокращается безработица.

Но прежде всего фактор «фаворита Макрона» сработал в условиях глубокого кризиса традиционных основ французской партийно-политической системы. В общем-то, вплоть до 2017 года политическая история V Республики имела опыт с управлением правого или левого лагерей. Э. Макрон, запустив тогда центристский или социал-либеральный проект (ныне называется «Вперёд, Республика!»), добился победы, сумев получить голоса избирателей, в прошлом голосовавших за лево- или правоцентристов. Соответственно, это привело к глубокому кризису тех политических сил, которые ранее сменяли друг друга у власти — социалистов и правоцентристской партии «Республиканцы».

Удивительное дело. Движение Макрона, позже преобразованное в партию, так и не сумело закрепиться на политическом Олимпе страны. «Вперёд, Республика!» не управляет ни одним регионом в метрополии. Из более или менее крупных городов под управлением президентской партии сейчас только Гавр. Но, как отмечает парижский историк и политолог Марк Лазар, «и в 2017 году, и сейчас Макрону удалось сформировать такую электоральную группу — проевропейскую, настроенную объединить либерализм и социальное, в целом благополучную», которая и стала ядром этого центристского проекта.

Судя по результатам первого тура, группа эта весьма весома: за действующего президента отдали голоса 27,6% избирателей, на 3,5 пункта более, чем пять лет назад. Таким образом, центристский электорат во Франции продолжает увеличиваться, но это не столько «партийный» электорат, сколько именно поклонники Э. Макрона. При этом логика подсказывает, что львиную его часть составляют избиратели, в прошлом голосовавшие за социалистов или правый центр. Соответственно, сами соцпартия и «Республиканцы» вновь понесли грандиозные потери в голосах.

Вместе с тем, исход первого тура показывает, что в плане политических предпочтений сегодня во Франции ни один из политических лагерей не представляет собой мажоритарную силу. Так, за центристов 10 апреля отдали голоса около 31%, за левых — 32%, тогда как правые кандидаты набрали более 37% голосов. Другое дело, что и справа, и слева усилились позиции радикалов.

Вновь, как и пять лет назад, борьбу с Э. Макроном во втором туре продолжит председатель правопопулистской партии Национальное объединение (НО) Марин Лё Пен, нарастившая потенциал и набравшая 10 апреля 23,4% голосов. М. Лё Пен обещает французам «восстановить национальный суверенитет во всех областях», проводить курс на национальную независимость во внешних делах, поставить безопасность граждан в центр внутренней политики. Очевидно, что правые избиратели решили сплотиться именно вокруг её фигуры, хотя ещё всего несколько месяцев назад опросы показывали, что шансы на выход во второй тур имеют также праворадикальный публицист Эрик Земмур и глава регионального совета Иль-де-Франс от «Республиканцев» Валери Пекресс. Конечно, ведущие позиции крайне правых в правом лагере Франции НО завоёвывало все последние годы, но чтобы около 30% избирателей отдали бы голоса за радикальных правых кандидатов — такого история V Республики ещё не знала…

С другой стороны, и в левом спектре Франции тоже теперь преобладают не реформисты. Третье место на выборах с 22% голосов получил основатель левопопулистского движения «Непокорная Франция» Жан Люк Меланшон, адепт VI парламентской республики и выхода из НАТО, тогда как кандидат соцпартии и мэр столицы Анн Идальго набрала менее 2% голосов.

Второй тур состоится 24 апреля. Очевидно, что его явным фаворитом выступит действующий хозяин Елисейского дворца. М. Лё Пен может рассчитывать на голоса Э. Земмура и лидера движения «Вставай, Франция» Николя Дюпон-Эньяна. «Республиканцы» ни в коем случае не готовы поддержать своих «заклятых» конкурентов по правому лагерю, тогда как абсолютное большинство левых избирателей, как это уже было в 2002-м или 2017 годах, точно проголосует за соперника крайне правого политика во втором туре. Как уже заявил Ж.-Л. Меланшон – «ни одного голоса за мадам Лё Пен».

Отметим, что избирательная кампания во Франции шла на фоне военных действий в Украине. Все без исключения представленные на выборах силы от троцкистов из «Рабочей борьбы» до крайне правого НО в той или иной степени осуждают действия Москвы, критикуя Россию за «нарушение международного права».

С одной стороны, вроде бы России была бы выгодна победа нынешней оппозиции; ещё не так давно и М. Лё Пен, и Ж.-Л. Меланшон открыто призывали к созданию геополитического союза с Россией и, наоборот, выступали за отказ от атлантистских обязательств по отношению к США. С другой, как отметил в недавнем интервью бывший посол РФ во Франции Александр Орлов, в России уже «привыкли к Макрону», видят в нём неформального лидера ЕС и политика, способного вести разумный диалог с российской стороной.

Руслан Костюк, доктор исторических наук, профессор факультета международных отношений СПбГУ

Поделиться ссылкой: