Кто знает, может быть, это первое большое интервью будущей актрисы. Оно появилось так. Я дал студентам-первокурсникам задание – взять друг у друга интервью. Наталья Грибина поговорила с Варварой Просверниной, и та честно призналась, что учится сейчас журналистике потому, что не поступила в Театральный. Перебьётся год – и опять попробует поступить туда. И эта искренность меня подкупила. А, кроме того, сам разговор девушек получился не подростковым «девичником», а достаточно глубоким и развёрнутым. Наталья, которая как раз выбрала журналистику не случайно, сумела показать, что мечта Варвары об актёрстве и театре – отнюдь не блажь, что девушка шаг за шагом идёт к её осуществлению. Кто знает, может быть, вскоре Наталья превратится в популярного интервьюера.
Дмитрий Жвания, доцент кафедры медиакоммуникационных технологий СПбГКиТ
Это история о девочке, которая готова на всё, чтобы добиться поставленной цели. Предлагаю познакомиться с историей Варвары Просверниной поближе.
— Почему ты решила учиться на журналиста?
— Это очень сложная и запутанная история. Вообще, всё началось с того, что я поступала в театральный институт. Я всегда мечтала стать актрисой. И после одиннадцатого класса я решила, что всё в моих руках, и поехала покорять культурную столицу. Но жизнь сложилась таким образом, что меня не взяли, и я стала думать, что же мне ещё интересно, чем бы ещё я хотела заниматься, если не театром. Где бы я ещё хотела учиться, кроме театрального? И подумала, что стоит попробовать себя в журналистике. Прошла вступительные испытания. Ну и в общем, теперь я здесь – в Институте кино и телевидения.
— А почему ты захотела стать актрисой?
— Когда я была совсем маленькой, я очень любила смотреть не мультфильмы, а фильмы. Мне казалось, это так интересно, именно участвовать в съёмках, пробовать, примерять на себя разные роли. Очень часто в моей жизни появлялась сцена, я ходила в театральный кружок в школе, часто выступала на каких-то концертах и мероприятиях, а потом и вовсе решила более профессионально заняться тем, что мне нравится, и пошла в театральную студию при театре «Парафраз».
— То есть тебя вдохновляла больше не картинка на экране, не сама сцена, а то, что происходит за ней?
— Да, мне всегда хотелось прочувствовать, попробовать самой окунуться во всю эту актёрскую кухню. Мне казалось, что гораздо интереснее участвовать, чем смотреть, потому что когда ты смотришь фильм, ты видишь результат. Всегда же интереснее быть участником, приложить свою руку к этому процессу, и потом гораздо приятнее смотреть, зная, что твой труд был вложен, и получился качественный продукт.
— С чего начался твой путь на сцену, в мир актёрства?
— В начале было участие в каких-то школьных концертах, постановках. Это, конечно, не было чем-то профессиональным, но в каком-то смысле я, пусть косвенно, начала прикасаться к тому, что меня всегда интересовало и интересует. Уже более подробно и профессионально мой путь брал начало с момента моего поступления в театральную студию.
— Как ты попала в студию театра «Парафраз»?
— Вообще, я узнала о том, что существует студия при театре благодаря маме. Как-то раз она подошла ко мне и сказала, что знает о том, что я давно хотела заниматься этим, и показала объявление о наборе в студию. Я записалась на прослушивание. Когда я пошла на первое своё прослушивание, мне было 14 лет. Я прошла, меня взяли, но я не стала ходить, потому что на тот момент я училась в музыкальной школе, у меня был выпускной класс, и мне пришлось сделать выбор в пользу музыки, потому что мне всё-таки хотелось закончить музыкальную школу. Занятия в театральной студии требовали очень много времени и усилий, поэтому я решила отложить это на следующий год. Тогда я снова пошла на прослушивание, снова прошла. И я оказалась в театральной студии театра «Парафраз».
— Как развивался учебный процесс в театре?
— Сначала, когда я пришла, поскольку все были новичками, мы занимались пластикой, речью, то есть это были какие-то вводные уроки, нам давали ту базу, которая потом помогает более углубленно заниматься актёрским делом. Я вообще не питала особых надежд, что меня возьмут в какую-то постановку, потому что я занималась только первый год, только началась учёба, и я думала, что я вообще максимально неопытный человек. Я просто ходила, потому что мне было интересно изучать себя через эти тренинги. Потом меня взяли на эпизодическую роль, хотя я считаю, что для моего опыта в этой сфере, это была достаточно большая роль. Дальше роли с каждым разом были всё больше и больше. Больше опыта, больше задач, которые стояли передо мной, которые я должна была выполнить.
Я играла в двух постановках, в одной из которых я исполняла разные роли. В разных сезонах я играла разных персонажей. Наверное, моя самая любимая постановка, в которой я участвовала, это спектакль «Хотите сделать меня счастливой», который был поставлен на основе реальной переписки Астрид Линдгрен с девочкой Сарой. Спектакль был о подростках, о видении мира подростками в трудных ситуациях. Это, наверное, даже больше был спектакль не для ребят этого возраста, а для родителей, потому что подростковый возраст – это не самое лёгкое время для ребёнка, когда часто происходит недопонимание с родителями. Просто спектакль о жизни девочки, о её каких-то проблемах, о её жизненном пути, о её формировании из подростка во взрослого человека. Когда мы только ставили этот спектакль, мне досталась роль такой… оторвы. Персонажа звали Анна-Мари. Это была такая девочка, которая считала себя опытной и сведущей во всех сферах жизни. Она была заводилой, причём не в очень хорошем смысле этого слова. А когда мы играли этот спектакль второй год, мне досталась главная роль, потому что девочка, которая исполняла её до этого, ушла из студии.
— О чём история главной героини?
— Главная героиня – Сара. Её прототип – та самая девочка, которая писала в 70-х годах Астрид Линдгрен и именно с этой девочкой у Астрид Линдгрен завязалась продолжительная переписка. У этой девочки была нелёгкая судьба. Началось всё с того, что она в своём первом письме Астрид Линдгрен просила её помочь стать актрисой. И письмо было написано в очень грубой форме. Соответственно, Астрид Линдгрен ответила на него негативно. После чего Сара написала писательнице другое письмо с извинениями, не ожидая какого-либо ответа, но Астрид Линдгрен ответила, её взволновала история Сары, и так началось их общение.
— Какую роль тебе больше понравилась играть, Анны-Мари или Сары?
— Наверное, мне больше всего понравилось играть роль Анны-Мари, несмотря на то, что это не такая большая роль, как роль Сары. Мне она больше интересна тем, что под образ Анны-Мари мне приходилось максимально перестраиваться, потому что мы с этим персонажем очень разные. Но тем не менее, мне кажется, намного увлекательней погружаться в персонажа, который далёк от тебя, от твоего мировоззрения. То есть чем больше трудностей, тем интереснее для тебя искать какие-то лазейки, чтобы максимально правдоподобно передать этот образ.
— Какая роль была самой сложной?
—Я сказала о том, что, когда я играла Анну-Мари, сложность для меня заключалась в том, чтобы найти какие-то точки соприкосновения со мной, чтобы погрузиться в эту роль и исполнить её максимально правдоподобно. Но в моральном плане гораздо тяжелее играть роль Сары, потому что Анна-Мари, несмотря на все сложности, которые мне встречались, это комедийная роль, более карикатурная. А Сара – это очень тяжёлый персонаж, с тяжёлой судьбой, и, чтобы погрузиться в её мир, нужно было погружаться в её проблемы. Когда ты начинаешь на себя примерять все эти тяготы жизни человека, становится очень тяжело, особенно, если получается войти в это состояние. Не знаю, на душе такая большая тяжесть, особенно в конце, где говорится о том, что Сару изнасиловали, и это очень тяжело. Это такая вещь страшная, и когда ты погружаешься и примеряешь на себя эту ситуацию, это, не знаю, мало с чем сравнится из того, что я вообще, в принципе, испытывала.
— Есть актёр или актриса, на которого ты равняешься?
— Я думаю, что для меня таким человеком является Инна Чурикова, потому что она по праву признана великой актрисой, заслуженной артисткой, но у неё был очень тернистый путь к этому её статусу. Ей много раз отказывали, она несколько раз пыталась поступать в театральные институты, её гнобили за внешность, говорили, что она бездарность, но тем не менее она добилась своего, она осуществила свою мечту, и это очень дорогого стоит, и меня восхищает её воля и упорство.
— Что тебя привлекает в театральной кухне?
— Наверное, это работа над постановкой в самом-самом её начале, когда есть текст, есть распределение ролей по актёрам и больше ничего. То есть, ты слабо представляешь, что вообще по итогу выйдет, и вы потихоньку начинаете разжевывать произведения, искать какие-то особенности, за которые можно ухватиться. Опять же этюды, которые делает каждый актер по своему персонажу, он ищет характерность, которую он как человек с каким-то своим набором эмоций, личностных особенностей сможет вложить в свою роль, чтобы она получилась интересной для зрителя. Наверное, эта стадия разработки меня больше всего привлекает.
— К какому мастеру ты мечтаешь поступить?
— Конечно же, я бы очень хотела учиться у Сергея Витальевича Безрукова, но здесь для меня немаловажную роль играет город, в котором я бы хотела жить. Я бы очень хотела учиться в Санкт-Петербурге, и, наверное, из мастеров, которые набирают здесь, я бы хотела учиться у Анны Леонидовны Ковальчук.
— А почему?
— Я очень люблю эту актрису, потому что, мне кажется, она очень талантливая, она исполнила несколько ролей в моих любимых фильмах. Например, я очень-очень люблю сериал 2005 года «Мастер и Маргарита». Она там сыграла Маргариту. Я считаю, что Анна Ковальчук – это лучшая Маргарита. Самая лучшая. И никакой другой быть не может.
— А чем тебе не понравилась игра Анастасии Вертинской и Юлии Снигирь?
— Экранизация, если я не ошибаюсь, 1994 года, где снималась Вертинская, сама по себе очень сомнительна для меня, в ней, на мой взгляд, очень много пошлости, и Вертинская в роли Маргариты выглядит довольно вульгарно. Я не считаю, что Булгаков задумывал Маргариту именно такой. А Снигирь какая-то чересчур умирающая, страдающая, безэмоциональная. Когда я читала книгу, мне всегда казалось, что Маргарита очень решительная, бойкая женщина, и тем более, когда она становится ведьмой, когда она идёт на сделку с сатаной, то её яркость, её энергия должны идти по нарастающей и раскрываться, но при этом не перетекать в какую-то вульгарность. И я считаю, что Ковальчук очень достойно показала это, и поэтому для меня она ближе всех к булгаковской Маргарите.
— Ты бы хотела служить в театре или сниматься в кино?
— Наверное, я бы больше хотела служить в театре. Не знаю почему, но меня больше всего привлекает именно работа в театре. Но если бы мне предложили сниматься в кино, я бы, конечно, не отказалась.
— У тебя есть любимые постановки?
— Да, мне очень нравится спектакль «Мать», который показывают в Большом драматическом театре. Это из современного. Из такого старого-старого это, наверное, «Женитьба Фигаро», где главную роль исполняет Андрей Миронов. А если говорить про наш театр, «Парафраз», то моя самая любимая постановка – это, наверное, «Досадный мотив».
— Есть какие-то схожести в этих постановках? Тебя, например, привлекают хорошие актёры, или декорации, или ещё что-то?
— Ну, конечно, всегда привлекают хорошие актёры. Я не знаю, мне кажется, невозможно смотреть какую-то постановку, где роли исполняют посредственные люди. Вообще, все эти три постановки, они очень разные, и я не могу найти в них что-то общее. Ну, разве что, гениальная игра актёров. Но… Здесь все зависит от того, как вообще режиссёр увидел свою постановку, как он её представил зрителям, потому что очень разные факторы могут сыграть на восприятии. Например, постановка может быть сделана по всем классическим канонам, без чего-то нового. И это будет выглядеть хорошо и интересно, потому что будут соблюдены все тонкости, которые, признаны, опять же, классикой. Постановка может быть совершенно модернистской, то есть на сцене может находиться минимум декораций, но при этом смотрится она тоже с большим удовольствием, потому что есть интересные костюмы, или все внимание уделяется движению или мимике. То есть по-разному на разные вещи можно в постановке сделать акцент. Весь вопрос в том, насколько правильно сможет увидеть это режиссёр и угадать желание зрителя. Наверное, как-то так.
— Как ты считаешь, режиссёр, скажем так, главенствует над актёрами, управляет ими или всё-таки актёры работают с режиссёром вместе?
— Я считаю, что режиссёр даёт материал и держит в обозначенных им рамках актёров, чтобы они не уходили в самодеятельность. То есть не может быть такого, что какой-то актёр взял на себя все полномочия и теперь он «ведущий». Всё равно направляет режиссёр. Но при этом я считаю, что не может только режиссёр работать над всем, в том числе над ролями, потому что каждый актёр должен самостоятельно работать над своей ролью. Роль может быть одна, её могут исполнять несколько актёров, но каждый актёр будет исполнять эту роль так, как он видит её. Этим роль и будет интересна, ведь люди тоже разные, и их восприятие роли отличается. Если один, допустим, придумал себе какой-то образ, а второй просто его повторяет, потому что так делал предыдущий, это будет неинтересно. Это будет неправдоподобно. Режиссёр и актёры должны в совокупности работать, но при этом, не должно быть так, что какую-то главенствующую роль занимает актёр. Всё равно режиссёр должен направлять.
— В театре «Парафраз» тебе с каким типом режиссёра довелось поработать?
— Я не работала с режиссёром, который занимался постановками с основной труппой. У нас был свой режиссёр. Но мы работали именно так, как я говорила до этого. Нам давали материал, мы его вместе обсуждали, но каждый работал над своей ролью самостоятельно. Понятно, что режиссёр не отправлял нас в свободное плавание со словами: «Что хотите, то и делайте». Мы делали этюды – это коротенькие сценки, которые показывают наше видение персонажей. И он уже говорил, в ту сторону мы идём, не в ту, что добавить, на что обратить внимание. И после этой совместной работы получался хороший продукт, материал, который интересно было смотреть.
— О какой роли ты мечтаешь?
— Если говорить в общем, то мне, наверное, хотелось бы исполнить какую-нибудь комедийную роль. Но мне на ум приходят только какие-то мужские образы. Понятно, что я этого не смогу исполнить. Всем бы, наверное, хотелось сыграть, и я не исключение, Татьяну Ларину, а в более взрослом возрасте и Маргариту, или ещё какого-нибудь центрального персонажа в классическом произведении. Мне кажется, у каждого человека, который является актёром или мечтает играть в театре и сниматься в кино, есть желание сыграть в главной роли. Но всё равно, мне кажется, неинтересно играть постоянно главные роли, занимать какие-то центральные позиции и быть актёром одной роли. Ты быстро наскучишь зрителю. Я не могу привести в пример какого-то конкретного персонажа, такого комедийного и карикатурного. Но что-то подобное я бы хотела исполнить.
— В следующем году вновь будешь пробовать поступить в театральный?
— Конечно! Несмотря на то, что мне очень нравится учиться журналистике, всё-таки меня очень сильно тянет в театр. И я не могу отказаться от своей мечты, по крайней мере сейчас. Я, безусловно, продолжу бороться за свою мечту.
— Есть театр, в котором ты бы хотела служить?
— Да, я бы очень хотела служить в Большом драматическом театре. Это прямо мечта-мечта.
— А почему ты бы хотела остаться в Санкт-Петербурге?
—Не знаю, я всегда мечтала учиться и жить в Санкт-Петербурге. Нравится атмосфера этого города, когда я хожу по улицам, дышу этим питерским воздухом. Я ощущаю себя как-то по-другому. И нигде больше, ни в каком городе такого не было. Я чувствую себя на своём месте.
— Ощущаешь ли ты, что тебе в твоём родном городе, в Глазове, не хватало масштаба?
— Последние годы в школе, в 10-11 классе, я остро ощущала, что мне тесно, что мне хочется чего-то большего, что я могу получить что-то большее. И мне не хотелось просто сидеть на месте. Я решила, что лучше поставить такую амбициозную цель и идти к ней, не боясь, чем оставаться и продолжать жить в тепличных условиях. Хотя я слышала такое выражение: «Большой город не для маленьких людей», но и маленьким человеком я себя не считаю. Поэтому я решила, что если мне не хватает масштаба, то я буду реализовывать в жизни эту масштабность, в которой так нуждаюсь.
От автора:
Жизнь — это извилистая дорога, на которой каждого ожидает множество испытаний. Я уверена, Варя преодолеет их все и наконец-то осуществит свою мечту.
Наталья Грибина
