Перейти к содержимому
Главная страница Восстанет ли из пепла Невская мануфактура?

Восстанет ли из пепла Невская мануфактура?

На днях исполнится год грандиозному пожару, уничтожившему здания бывшей фабрики шерстяных изделий Торнтона на Октябрьской набережной. Есть ли шансы на возрождение этого памятника промышленной архитектуры XIX века?

Фабрика товарищества “Торнтон” на открытке начала ХХ века (ошибка в фамилии)

Сукно для шинели Акакия Акакиевича

История предприятия началась в 1839 году, когда англичанину Джеймсу Торнтону разрешили приобрести в Санкт-Петербурге участок земли на правом берегу Невы «для учреждения химического заведения». Через два года тут и появилась суконная и одеяльная фабрика, которая разместилась в небольшом двухэтажном деревянном здании, где было установлено несколько ручных ткацких станков.

Спрос на английское сукно, считавшееся самым качественным, в России, где даже мелкому чиновнику нужны вицмундир и шинель, был огромен. Поэтому его производство по передовым технологиям непосредственно в пределах империи да ещё преимущественно из местного сырья было обречено на успех.

В 1847-м, помимо шерстяных тканей и камвольной пряжи, фабрика производит байковые одеяла, фланель, женские платки и другую продукцию на общую сумму 115 тысяч рублей. На предприятии трудятся уже почти 200 человек. Прибыльное дело постоянно расширяется.

В 1860-м на фабрике уже работают около 450 человек, продукции произведено на 200 тысяч рублей. Но через год деревянное здание предприятия полностью сгорело. Судя по всему, очень оперативно были построены новые пятиэтажные корпуса из красного кирпича, где установили 160 современных станков, доставленных из Англии.

Кстати

Автор проекта зданий фабрики неизвестен. Возможно, что Торнтон купил на родине готовую архитектурно-инженерную разработку, которую и осуществил на берегах Невы. Такие примеры возведения промышленных зданий в Петербурге имеются. То есть местные специалисты были привлечены только к «привязке» проекта к реальной местности и надзору за строительными работами.

Старинный рекламный проспект

Под лаской плюшевого пледа

С целью привлечения дополнительного капитала для дальнейшего развития производства в 1866 году Джеймс Торнтон с сыновьями Джоном и Чарльзом учреждает паевое товарищество на базе своей суконной фабрики. Основной капитал новой фирмы составил 2 миллиона рублей (по тем временам это гигантская сумма, тем более для отрасли, которую в советские времена именовали лёгкой промышленностью). В 1872-м в специально построенном на берегу Невы шестиэтажном здании было открыто производство шерстяных изделий.

К концу XIX века фирма являлась одним из крупнейших текстильных предприятий России. Здесь функционировали прядильное, ткацкое (драп, ратин, шевиот, твид и др.), отбельное, красильное, отделочное, суконное производства, действовал свой газовый завод и ремонтная мастерская.  В год предприятие выпускало продукции на сумму, составлявшую почти 6 миллионов рублей. Сырье приобреталось в России, Германии и Англии. В 1900 году основной капитал паевого товарищества достиг 8 миллионов рублей (8000 именных паёв по 1000 рублей).

Образцы фланелевой ткани, производившейся на фабрике Торнтона

Изделия фабрики были отмечены наградами на отечественных и международных (в том числе и всемирных) торгово-промышленных выставках, а в 1882 году получило право использовать в маркировке государственный герб Российской империи.

В 1903 году баланс компании составил 14,8 миллиона рублей, прибыль — 280,4 тысячи рублей, дивиденд — 3,5 процента. В 1901-м в дивиденд пайщикам было перечислено 280 тысяч рублей, в 1912-м — 356 тысяч рублей.

Предприятие успешно работало вплоть до революционного 1917 года, члены семьи Торнтон оставались суммарно не только крупнейшими пайщиками компании, но и активно участвовали в управлении ею.

Чисто английское семейство

Джеймс Джордж (Яков Иванович) Торнтон (1796-1868) появился в Санкт-Петербурге в 1829 году «по приглашению графа Комаровского», чтобы построить для него шесть мельниц на Охте.

Судя по имеющейся информации, предприниматель был четырежды женат (Ребекка Бейтман (1800-1831), Энн Ли (1803-1836), Сара (1803-1876) и ещё упоминается некая мисс Уилкинсон, с которой Торнтон развёлся).

В результате у Якова Ивановича было множество детей до такой степени разного возраста, что младшие появились на свет почти одновременно со старшими внуками. Некоторые из них прибавляли к общей девичью фамилию мамы/бабушки (Бейтман и Ли).

Кстати

Три жены Джеймса Торнтона и он сам якобы закончили свои дни в Петербурге. Семейное захоронение, судя по всему, находилось на Смоленском лютеранском кладбище, некие камни с этой фамилией фигурирует на опубликованных в интернете фотографиях, но точной информации нет.

“Свидетельство” пайщика товарищества “Торнтон”

Фабрику Торнтона считали чуть ли не самым английским предприятием столицы Российской империи, хотя бизнесменов из «туманного Альбиона» на берегах Невы работало немало. Дело в том, что Яков Иванович, изначально организовал заведение по принципу усадьбы, объединявшей на одной территории производственные корпуса, жилые дома для работников, продуктовую лавку, церковь и собственный дом. Параллельно он внимательно следил за техническими достижениями Англии и оперативно закупал там передовое оборудование, приглашал оттуда специалистов, помогавших внедрять эти новации в России.

Интересно, что в 1862-м (то есть всего лишь через год после отмены крепостного права) из 374 владельцев крупных промышленных предприятий в Петербурге 162 были не русскими по происхождению. Расцвет отечественного купечества, случившийся в конце XIX — начале ХХ века, был ещё впереди. Правда, многие иностранные предприниматели вовсе не потерялись и не растерялись, а успешно работали в России вплоть до 1917 года.

Требуются присучальщицы и перемотчицы

Товарищество шерстяных изделий «Торнтон» было изъято у владельцев в 1918 году согласно декрету Совета Народных комиссаров о национализации крупных промышленных предприятий. Впрочем, судя по всему, в этот момент производство уже не функционировало. Простой продлился до окончания Гражданской войны, хотя в 1919-м зафиксировано переименование заведения в Государственную Невскую фабрику шерстяных изделий. Вновь начала работать в 1921-м, через год переименована в «Красный ткач» (трест «Петротекстиль»).

В 1929-м на территории предприятия Торнтонов построена фабрика технических сукон, которой в 1933-м присвоено имя немецкого коммуниста Эрнста Тельмана. В 1936-м произошло объединение этих производств в одно, которое в 1938-м переименовано в Комбинат тонких и технических сукон имени Тельмана Главного управления шерстяной промышленности Наркомата лёгкой промышленности СССР. Позднее подчинённость фабрики несколько раз менялась.

Вид на здание фабрики с противоположного берега Невы (примерно в 2010-м)

В 1941 году оборудование предприятия было частично эвакуировано в Пензенскую область. В 1944-м комбинат возобновил работу в Ленинграде, в начале 1950-х освоил новые виды пряжи из капрона и лавсана, затем из вискозы и нитрона.

Кстати

Производимые здесь технические ткани предназначались, прежде всего, для бумажной, машиностроительной, химической, цементной и других отраслей промышленности (около 40 направлений). Здесь же выпускались пальтовые и костюмные шерстяные и полушерстяные ткани, одеяла, ватин, утеплители. Часть продукции экспортировалась. О работе предприятия на военное ведомство история пока умалчивает.

С 1991-го арендный на тот момент Комбинат тонких и технических сукон имени Тельмана приватизируется и становится Акционерным обществом закрытого типа «Невская мануфактура» с частной формой собственности. С 1996-го — открытое акционерное общество с тем же названием.

Профильное производство в сильно сокращённом варианте продержалось на предприятии до начала 2000-х годов, а всё бОльшая часть площадей комплекса сдавалась в аренду различным организациям под мастерские, склады и офисы.

В конце 2016 года петербургскому Градостроительному совету представили концепцию застройки территорий фабрик Торнтона и соседней купцов Варгуниных (ОАО «Бумага») на Октябрьской набережной. Предполагалось, что на месте двух предприятий (с сохранением признанных памятниками зданий) появится жилой комплекс на 11 тысяч жителей. Квартиры планировалось соорудить и в бывших заводских цехах.

Планировка жилого комплекса «Идеальный город» разрабатывался архитектурной «Студией 44» Никиты Явейна ещё в 2013 году. Интересантом застройки называлась компания «БФА-Девелопмент». Квартал предполагалось поделить между ООО «Невское наследие» и ОАО «Невская мануфактура» (связанными с главным «интересантом»). Фирмы планировали возвести 170 тысяч и 160 тысяч «квадратов» соответственно.

Проект планировки нового жилого квартала с включением в него зданий фабрик Торнтона и Варгуниных

«Квартирами наполнят и само старинное здание фабрики Торнтона. Это будет первый случай в петербургской практике, когда в бывшем заводе станут продавать не апартаменты, а полноценное жильё. Квартирография перспективных “лофтов” пока не опубликована, известно лишь, что высота потолков в будущих квартирах будет рекордной для Невского района — 3,6 метров», — радостно сообщали тогда СМИ.

Но осуществление грандиозного проекта по каким-то причинам не задалось, а дальше случилось страшное.

Погребальный костёр фабрики Торнтона

12 апреля 2021 года в комплексе Невской мануфактуры произошёл пожар, в результате которого выгорели все основные производственные корпуса. Якобы всё началось на верхнем этаже в помещении, арендованном фирмой, которая занимается производством надувных резиновых лодок. В качестве версий высказывались проблемы с электропроводкой и поджог.

За сутки открытого горения от исторического здания остались одни фасадные и внутренние капитальные стены, крыша и межэтажные перекрытия обрушились. Утром 14 апреля на месте пожара, который тушили даже с помощью вертолётов, сбросивших в огонь более 240 тонн воды, тлели завалы на площади 150 квадратных метров.

Сразу же после пожара последовали заявления о необходимости восстановлении зданий фабрики Торнтона. По этому поводу высказался и губернатор Петербурга Александр Беглов, посетивший место стихийного бедствия, и представители городского комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры, и, как информировала пресс-служба Смольного, «один из акционеров АО “Невская мануфактура” Алексей Устаев», который в официальном письме главе города подтвердил намерение отреставрировать сгоревшее здание.

Пожар в здании фабрики Торнтона 12 апреля 2021 года

Кстати

Статус объекта культурного наследия регионального значения из построек на территории фабрики Торнтона имеют с 2015 года «Главный производственный корпус с водонапорной башней», «Дом владельца» и «Дымовая труба».

КГИОП считает, что возникновение пожара в Главном производственном корпусе бывшей фабрики Торнтона связано с  недостаточностью мер и расходов собственника на противопожарные нужды. 15 сентября 2021 года Невский районный суд Санкт-Петербурга назначил в связи с этим АО «Невская Мануфактура» штраф в размере одного миллиона рублей.

Арбитражный суд Санкт‑Петербурга и Ленинградской области предписал АО «Невская Мануфактура» выполнение противоаварийных работ в течение полугода, а работ по реставрации памятника — в течение 50 месяцев.

29 декабря прошлого года в КГИОП состоялось заседание рабочей группы (эксперты в области промышленной архитектуры, реставраторы и инженеры), на котором были представлены результаты обследования объекта для проведения первоочередных противоаварийных и консервационных мероприятий.

Отмечено, что геодезический мониторинг объекта выявил «превышение допустимых параметров отклонений конструкций части стен и негативное влияние погодных условий на их сохранность». То есть первоочередные работы очевидны.

«Собственник отметил, что намерен максимально использовать сохранившиеся элементы  и детали памятника при проведении работ по сохранению объекта, разборка здания не предполагается», — отмечается в информационном сообщении КГИОП.

Проливка руин продолжалась несколько дней после пожара

Так восстанет ли «Торнтон» из пепла?

Итак, ещё до пожара предполагался редевелопмент промышленной площадки фабрики Торнтона под проект жилого комплекса. АО «Невская мануфактура», связанное с банкиром Алексеем Устаевым, вело переговоры с потенциальными застройщиками. За месяц до чрезвычайного происшествия — в марте 2021 года — в данных Росреестра появились изменения, согласно которым на территории предприятия разрешено строительство многоквартирных жилых домов.

Алексей Якубович Устаев родился в 1960 году в Ташкенте, в 1982-м окончил Ташкентский политехнический институт, в 1994-м — Межотраслевой институт повышения квалификации при Санкт-Петербургском университете экономики и финансов, кандидат экономических наук, президент банка «Викинг». По итогам 2020 года в рейтинге миллиардеров, составленным одним из деловых изданий, занимал 130-е место. Его состояние оценивалось тогда в 6 миллиардов рублей. Среди его основных активов, помимо банка «Викинг», назывались ОАО «Большой Гостиный двор», гостиницы «Октябрьская» и «Санкт-Петербург», «Санкт-Петербургский городской ломбард», АО «Невская мануфактура» и др.

В июне прошлого года КГИОП выдал собственнику сгоревшего комплекса задание на проведение работ по сохранению объекта. Тогда же АО «Невская мануфактура» объявило о проведении конкурса на реконструкцию здания-памятника. Подрядчику предстояло выполнить противоаварийные и проектно-изыскательские работы (зафиксировать дефекты и повреждения, определить крен стен, установить прочность кладки). Выбор был сделан в пользу ООО «ПСБ “Жилстрой”», чтобы обследования, проектирование и сами работы могли быть произведены силами одной организации.

Выдержат ли старинные стены после пожара “атаку” петербургского климата?

Очевидно, чем оперативнее будут проведены консервационные и защитные работы на обгорелых руинах фабрики Торнтона, тем больше в новом здании останется от старого, то есть подлинных стен. С учётом петербургского климата время работает против остатков памятника.

Хотя, конечно же, застройщику всегда проще и выгоднее не возиться со старинными зданиями (тем более, их руинами), а зачистить площадку и соорудить новодел, внешне похожий на прежнее «убитое» временем и людьми сооружение. Такое развитие событий вокруг да около «Главного производственного корпуса с водонапорной башней» бывшей фабрики товарищества «Торнтон», к сожалению, вполне возможно.

Игорь Теплов

Использованы фото с сайтов КГИОП и citywalls.ru.

Поделиться ссылкой: