Перейти к содержимому
Главная страница Воевать некому: СВО показала военное бессилие Европы

Воевать некому: СВО показала военное бессилие Европы

События на Украине продемонстрировали полную военную слабость Европы. Речь не о США: мощь американских вооружённых сил вопросов пока ещё не вызывает. Но вот возможности европейских стран – союзников США по НАТО – оказались под большим вопросом.

Одним из первых указов президента США Джо Байдена было распоряжение об отмене запрета на службу в Вооружённых силах трансгендеров. И европейцы берут пример с заокеанских “старших братьев / сестёр

Европейские армии «сжались» до минимума после холодной войны

На протяжении многих столетий именно европейские государства считались самыми мощными военными державами мира. Ещё во второй половине ХХ века Франция, Великобритания, Германия обладали многочисленными и хорошо вооружёнными армиями. Как вспоминают бывшие советские военнослужащие, проходившие службу в Группе советских войск в Германии (ГСВГ), бундесвер держал на границе с ГДР (Германской Демократической Республикой) большое количество полностью укомплектованных танковых и мотопехотных дивизий.

Сейчас ситуация изменилась. Мы видим это на примере военных поставок европейского оружия Украине. Речь идёт, как правило, о нескольких единицах вооружений типа пяти самоходных артиллерийских установок, четырёх зенитных ракетных комплексов, двадцати танков и так далее. Если учитывать масштабы противостояния спецоперации и возможности российских вооружённых сил, это совсем несерьёзно.

После распада Советского Союза западным правительствам казалось, что угроза с востока исчезла. Соответственно, стремясь сэкономить деньги на содержании вооружённых сил, страны Европы приступили к сокращению своих армий. Военные ведомства стали заказывать меньше вооружений у оборонной промышленности, практически все страны Европы если не ликвидировали систему призыва на военную службу в полном объёме, то значительно её урезали, перейдя на контрактную основу для боевых подразделений.

Что интересно, во многом этому способствовала и политика США. С одной стороны, США заинтересованы в росте военных расходов Европы, но с другой стороны, им совсем не нужны мощные вооружённые силы у европейских стран. Точнее – были не нужны. В Вашингтоне рассчитывали, что богатые европейские страны будут просто содержать военные базы США, оплачивая пребывание внушительных американских контингентов. Собственно, на этом настаивал и Дональд Трамп в бытность свою главой Белого дома.

Европа пыталась проявить некоторую самостоятельность в военном вопросе. Но дальше рассуждений президента Франции Эммануэля Макрона и тогдашнего главы правительства ФРГ Ангелы Меркель о важности создания некоей «общеевропейской армии» как вооружённых сил Евросоюза, дело не пошло. Поэтому начавшаяся специальная военная операция на Украине стала для европейских государств неприятным открытием: они поняли, что им попросту нечем воевать. Но это ещё полбеды для НАТО, поскольку вооружение всегда могут поставить США, да и европейская военная промышленность ещё не загнулась окончательно. Гораздо хуже другое: в Европе некому воевать.

Как и почему истощился мобилизационный потенциал Европы

Ещё семьдесят лет назад, не говоря уже о столетней давности, европейские государства обладали совершенно несопоставимым с современной ситуацией мобилизационным потенциалом. В своё время гитлеровская Германия мобилизовала и бросила на Советский Союз миллионы солдат и офицеров. Теперь Европа такого просто не может себе позволить.

Главная причина истощения мобилизационного потенциала Европы – демографическая. В Европе просто перестали рожать. Пропаганда нетрадиционных отношений и «жизни для себя» привела к резкому сокращению рождаемости. Население Европы стареет, что не удивительно, учитывая совокупность двух факторов – высокой продолжительности жизни и катастрофически низкой рождаемости.

Например, в Германии средний возраст населения составляет 47,6 лет, в Италии – 46,5 лет, в Австрии – 44,5 года. Если европейским странам вдруг придётся объявлять всеобщую мобилизацию, то планку призывного возраста надо будет поднять лет до 70. В противном случае просто не удастся укомплектовать полноценные соединения.

Россия на этом фоне смотрится тоже не очень: здесь средний возраст населения – 39 лет. Однако старение населения в России вызвано, в первую очередь, демографической ямой 1990-х годов, в основе которой социально-экономические, а не социокультурные причины. Кроме того, в состав России входит большое количество вполне успешных в демографическом отношении регионов.

Вторая причина кризиса мобилизационного потенциала Европы – качество населения. Надеюсь, что все понимают: 55-летний ветеран войны Афганистане и 55-летний «дауншифтер», да ещё и какой-нибудь трансгендер – совсем не одно и то же. Молодёжь в Европе есть, но её значительная часть рождается в семьях иммигрантов из Азии и Африки. Получится ли из молодых алжирских арабов, иракских курдов или сомалийцев собрать боеспособную армию? Нет, не получится. И дело не в боевитости этих людей, с которой как раз всё в порядке.

Во-первых, иммигранты и их потомки часто вообще не ассоциируют себя со странами пребывания. Для них Бельгия или Германия – лишь удобная «кормушка», где можно относительно безбедно и бездельно жить. Никакого германского или французского патриотизма у турка или алжирца быть не может. И этим они также отличаются от представителей многочисленных национальных меньшинств России: для тувинца и чеченца, бурята и аварца, если не брать в расчёт отдельных националистов, Россия – их Родина.

Во-вторых, иммигранты приезжали из вечно воюющих Афганистана или Сомали в Европу совсем не для того, чтобы мобилизовываться в армию и воевать. Кто-то может пойти в качестве наёмников, но в большинстве своём эти люди ехали в Европу как раз спасаться от войн и конфликтов.

В-третьих, иммигранты из азиатских и африканских стран напрочь лишены той зоологической ненависти к России и русским, которая особо развита у многих англосаксов, поляков или прибалтов. Алжирца или индонезийца, ангольца или сомалийца с Россией ничего не связывает, исторических обид или претензий к нашей стране у него нет. Скорее они даже сочувствуют России, а не западному миру.

Не так давно на Украине подняли вопрос о министре иностранных дел Бельгии Хадже Лабиб. Не столь давно назначенная на этот пост Хаджа Лабиб – потомок иммигрантов из Алжира, кабилов по национальности (берберский народ, коренное население этой североафриканской страны). Раньше она работала журналистом и в этом качестве посещала Крым. Украинским властям обидно и они комплексуют: как так, глава дипломатического ведомства страны НАТО и вот так просто, уже после событий 2014 года, бывала в Крыму.

Конечно, сейчас сама Лабиб ради карьеры будет клясться в нелюбви к России. Но если посмотреть глубже, то у неё, а тем более у множества её соплеменников и выходцев из других азиатских и африканских стран, нет понимания России как абсолютного зла и врага. В этом и ошибка: делая ставку на национальные меньшинства, леволиберальные силы в Европе сами копают могилу для своей же воинственности.

Это такая же ситуация, как и с маскулинностью европейского населения. Десятилетиями европейцам навязывались ценности доведённого до абсурда феминизма, гендерной идентификации, пропагандировались нетрадиционныее отношения. Дошло до того, что на посты министров обороны во многих европейских странах предпочитают назначать женщин – не из-за профессиональных качеств конкретных чиновниц, а просто по половой принадлежности. Теперь большинство европейцев не могут представить себя в роли солдат, мобилизованных для противостояния российской армии.

Наконец, стоило бы упомянуть и вопрос военного профессионализма. У кого-то могут быть сомнения, что пресловутый американский адмирал-трансгендер Рейчел Левин, зацикленный на своей гендерной идентификации человек, с повышенным вниманием к собственным сексуальным переживаниям, тратит на эту идентификацию огромное время – на раздумья, на общение с такими же «собратьями по несчастью». Вряд ли в этот момент он развивается как профессионал. И таких людей в европейских армиях сейчас полно. Кстати, адмирал Левин отметился (или отметилась?) недавно призывом разрешить американским детям свободно принимать мужские или женские гормоны. Вот такие вопросы его интересуют. И не его одного.

Одним из первых указов президента США Джо Байдена было распоряжение об отмене запрета на службу в Вооружённых силах трансгендеров, введённый его предшественником Дональдом Трампом (право служить в армии США трансгендеры получили в 2016 году по указу занимающего тогда должность президента Барака Обамы). Как отмечают эксперты, отклонения в гендерной идентичности вынуждают людей с такими расстройствами чаще посещать врачей и принимать психоактивные вещества, чтобы подавить депрессию, биполярные расстройства, шизофрению и другие психические заболевания, которые диагностируют у считающих свой пол «биологической ошибкой». Однако американцы подают пример европейцам. Так, два года назад главу батальона немецкого Бундесвера Анастасию Бифанг, которая ещё недавно была мужчиной, назначили офицером Генштаба. Дама поехала на повышение… на единороге, вернее, на автомобиле, украшенном этим символом трансгендерности. 

Всё вышесказанное не означает, что Европа перестаёт быть серьёзным противником для России. Но то, что её мобилизационный потенциал истощился, и то, что в обозримом будущем она будет слабеть, причём очень быстрыми темпами, и в экономическом, и в военном отношениях, это бесспорно.

Игорь Майский

Поделиться ссылкой:

Новости СМИ2