Перейти к содержимому
Главная страница В воскресение Лазаревича верите?

В воскресение Лазаревича верите?

Сегодня вновь, к сожалению, мы поговорим о питерском депутате Борисе Вишневском («к сожалению» – потому что я бы с удовольствием вспоминал его пореже). Борис Лазаревич один из самых известных и долгожительствующих политиков северной столицы, претендующих вместе с тем и на общефедеральный статус. Разумеется, Петербург – один из нескольких городов, масштаб и значимость которых априори дают такой статус активным участникам их жизни. Но Вишневский активно погружается во всероссийские дела и совсем-совсем в отрыве от контекста родного города.

Автор – Станислав Смагин

Лично мне запомнился один случай семилетней давности. Тогда известный либерально-русофобствующий журналист Айдер Муждабаев прицепился к статье публициста Дмитрия Ольшанского, где тот охарактеризовал стиль муждабаевских коллег по мировоззрению словом «хуцпа», пришедшим из жаргонного иврита. Айдер Иззетович посчитал такое определение антисемитским, правда, затруднившись дать внятное обоснование – ибо как признать внятным следующий пассаж: «Человек, использующий ивритское слово “хуцпа” (наглость) якобы для обозначения “совсем-совсем глупых людей, агрессивных истериков” (на самом деле — понятно для чего)». Честно говоря, именно что непонятно. Ни разу не встречал аналогичного возмущения франкофобией и англофобией, когда сомнительное поведение именуют французским словом «моветон» или модными англоязычными жаргонизмами «хайп» и «кринж». Судя по всему, дело было в плохо скрытом антисемитизме самого Муждабаева, недолюбливающего иврит.

Внезапно эту этнолингвистическую неприязнь подхватил Борис Лазаревич. Ну, как внезапно – после израильского пикета в поддержку батальон «Азов» (запрещён в РФ) удивляться чему-то сложно. Пылкий депутат так и написал в комментариях Фейсбука (в РФ тоже не разрешен): «Айдер, я увидел только сейчас. Я отреагирую». Бог знает, отреагировал ли в итоге, судя по его пылкой борьбе с книжным магазином «Листва», не мог не отреагировать. Вообще таких случаев в его деятельности много.

Муждабаев за прошедший период окончательно и совсем уж без маскировки зарекомендовал себя оголтелым крымскотатарским шовинистом и украинским нацистом, призывавшим к террору против России, массовым убийствам, захвату российских заложников, «физическому уничтожению УПЦ МП». Вишневский так далеко не продвинулся, но его оголтелая проукраинская позиция, за которую его традиционно привечали «незалежные» СМИ, совершенно прозрачна. Достаточно одного высказывания, даже попавшую в статью Википедии о Борисе Лазаревиче: «Крым не наш. Это ворованное. Ворованное должно быть возвращено. Безо всякого объяснения причин, почему это сделать сложно и нельзя. Представьте, у России какая-нибудь говорящая по-китайски “Самооборона Приморья” забрала бы Владивосток, ссылаясь на “мнение населения”. Либеральный подход должен быть и в том, и в другом случае: вернуть аннексированное. Что касается мнения “наших граждан”, то мы должны понимать, что суд учитывает мнение не тех, кто украл, а тех, у кого украли».

Несколько дней у законодателя появилась возможность в очередной раз присягнуть на верность жовто-блакитному прапору, и на этот раз даже в прямой связи с петербургскими делами. В рамках кампании по шефству городов РФ над пострадавшими населёнными пунктами Донбасса и Новороссии власти города Святого Петра объявили о шефстве над Мариуполем. Г-н Вишневский немедленно отправил губернатору Александру Беглову запрос: «Прошу Вас сообщить на каком правовом основании правительство Санкт-Петербурга собирается направлять бюджетные средства для реализации указанных целей в Мариуполе, находящемся на территории иностранного государства? Какими положениями бюджетного законодательства Российской Федерации и Санкт-Петербурга предусмотрена такая возможность?». Чувствуется сладостный нажим на словосочетание «иностранное государство», и очевидно, что имеется в виду не ДНР.

Патриотический ответ Вишневскому понятен: что бы он там себе не думал, Мариуполь – это русский город, а теперь ещё и город русской воинской доблести, славы и боли, как Волгоград-Сталинград, Севастополь, Грозный и, собственно, Петроград-Ленинград-Петербург. В обозримом будущем он и юридически окажется в составе РФ, но уже сейчас имеет полное право на восстановление из российского бюджета. Будут ли это деньги федеральные или шефские, в каких пропорциях и за счёт каких ресурсов – если Вишневскому так уж интересно, вполне можно ответить, хотя, конечно, ему не особо интересно.

Но попробуем дать ответ Борису Лазаревичу в его же либеральной системе координат, согласно которой Мариуполь иностранный город, неправедно занятый нашей армией. Попросту – оккупированный; упаси Господь, это не моё мнение, а мазь, то есть, простите, логика Вишневского. Беглов чётко обозначил приоритеты восстановления, перечисленные и в самом депутатском запросе: инженерная и транспортная инфраструктура, электро-, газо- и водоснабжение. То есть – гуманитарная проблематика, связанная с базовыми потребностями людей.

Стыдно и странно такому правовому борцу, как Б.Л.Вишневский, не знать, но данная проблематика находится в ведении державы, фактически контролирующей в ходе войну некую территорию, более того, вменена ей в обязанность международными документами.

Открываем Женевскую конвенцию от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны, раздел III, часть III – «Оккупированные территории»:

«Оккупирующая держава должна с помощью национальных и местных властей оказывать содействие учреждениям, которым поручено попечение и воспитание детей, для того чтобы их работа протекала успешно… Оккупирующая держава не должна затруднять применение преференциальных мер в отношении питания, медицинского ухода и защиты от действия войны, которые могли быть приняты до оккупации по отношению к детям до 15 лет, беременным женщинам и матерям с детьми до 7-летнего возраста… Оккупирующая держава обязана при помощи всех имеющихся средств обеспечить снабжение гражданского населения продовольствием и санитарными материалами. Она должна, в частности, ввозить необходимые съестные припасы, санитарные материалы и другие предметы в тех случаях, когда ресурсы оккупированной территории будут недостаточны… Оккупирующая держава обязана при помощи всех имеющихся у неё средств обеспечить и поддерживать при содействии национальных и местных властей деятельность санитарных и больничных учреждений и служб, здравоохранение и общественную гигиену на оккупированной территории».

Получается, г-н Вишневский отказывает мариупольцам в удовлетворении элементарных нужд и, считая их по-прежнему украинскими гражданами, требует от России не выполнять международные конвенции. Возможно, кто-то сумеет меня разубедить, но, по-моему, это не либерализм, а другое слово на «л» – людоедство. Поразительно похожая на визгливую истерику российского Л-сообщества, когда Доктор Лиза помогала детям Донбасса – «как она смеет делать это без согласования с Киевом!».

Не скажу, что Вишневский совсем пропащий человек. Есть за ним положительные градозащитные дела, вроде борьбы с полукилометровой высоты «Охта-центром», хотя и противоречивых поступков на этом поприще хватает. И на городском, и на федеральном уровне у него и его партии «Яблоко» хватало правильных социально-экономических инициатив и справедливой критики российской государственно-политической системы. Но, как выясняется, Борис Лазаревич в первую очередь не сурово-справедливый критик российского государства и не критический российский государственник. Он государственник восторженный и некритический, просто не российский, а украинский. Как раньше, вместе с большинством единомышленников, был грузинским, а ещё раньше ичкерийским. Доходящим до вещей античеловеческих.

Вопрос, возможно ли в эти дни и месяцы не то что политическое, а физическое существование депутатов львовского или днепропетровского горсоветов, открыто поддерживающих Россию и посылающих запросы с требованием ответить, что украинская армия делает на конституционных территориях ДНР и ЛНР, я ставить не буду как заведомо нелепый. Но допустить, что к такому депутату власти будут относиться снисходительно и даже предоставлять телевизионное время для выражения позиции… слово «нелепость» здесь мимо. Предмет разговора просто отсутствует, либо проходит по ведомству фантастики. У Вишневского же именно режим вольготного благоприятствования. Если хотите, давайте назовём это здоровым плюрализмом. При желании любое странное явление можно назвать красивым гладким словом. Как людоедство – либерализмом.

Поделиться ссылкой: