Перейти к содержимому
Главная страница В прожекторе — перестройка

В прожекторе — перестройка

2 марта 90-летний юбилей отметит Михаил Горбачёв. Первый и последний президент СССР. Прораб перестройки. Сейчас большинство наших сограждан относятся к нему отрицательно. Кто-то ставит ему в вину распад СССР, кто-то обвиняет в предательстве идеалов коммунизма, кто-то упрекает в неумении или даже в нежелании отстаивать интересы нашей страны на переговорах с «западными партнёрами». Между тем в первые годы своего «царствования» этот правитель пользовался огромной популярностью в народе.

Встреча Михаила Горбачёва с ленинградцами в мае 1985 года

Страна ждала перемен

… Период с 1981 по 1985 годы острословы называли «пятилеткой пышных похорон»: престарелые генеральные секретари ЦК КПСС один за другим уходили в мир иной. И это было словно сигналом: стране нужны перемены.

Те, кто сейчас с пеной у рта доказывают, «как хорошо нам жилось при социализме», а конкретно — в так называемый период застоя, страдают специфической формой склероза. Ибо в то время советские граждане в большинстве своём были разочарованы, раздражены и даже обозлены обстановкой в стране. Коммуналки и трущобы; бесконечные очереди и дефицит всего и вся, когда товары, за исключением лишь самых необходимых, мы не покупали, а «доставали», ползучий рост цен — всё это реальность позднего советского времени. Рабочие были недовольны тяжёлыми условиями труда, инженеры — технической отсталостью предприятий, представители творческой интеллигенции — абсурдной цензурой, отсутствием свободы слова, звучащими с высоких трибун высокопарными и, по сути, бессмысленными речами.

И на этом фоне в наших глазах обесценивались действительно серьёзные завоевания: бесплатная и одна из лучших в мире система образования — высшее, среднее, дополнительное, очень дешёвый внутригородской транспорт, выдающиеся успехи в области освоения космоса, в искусстве и спорте. Это обстоятельство в дальнейшем сыграло негативную роль в судьбе Советского Союза.  

Кроме того, мало кто из нас в то время имел реальное представление о жизни в так называемых цивилизованных странах. Советской пропаганде мы не верили, слушали западные «голоса» и завидовали тем, кто живёт «за бугром». Мой друг, эмигрировавший в США в 1989 году, спустя много лет не без юмора признавался: думал, что в Америке доллары растут на деревьях.

Борьба с … алкоголем

Избрание Горбачёва — относительно молодого и энергичного человека — многие из нас восприняли как шанс на перемены. Многие, но не все. Немало было и тех, кто считал, что советская система неисправима, а потому дальше может быть только хуже…

Однако в первые полтора года правления Михаила Горбачёва произошла лишь одна существенная перемена в жизни страны: началась антиалкогольная кампания. Предпосылки для неё имелись. Вот конкретный пример. В начале восьмидесятых годов я работал на одном из предприятий Военно-промышленного комплекса. Как было принято в то время, нас, молодых специалистов, иногда отправляли помогать возводившим какой-то объект строителям. При этом начальник предупреждал: работа на стройке фактически заканчивается в одиннадцать часов, с открытием винных магазинов.

Однако борьба с пьянством велась, главным образом, административными методами, по сути, это была борьба с алкоголем: закрывали магазины, вырубали виноградники и т.д. Горбачёв, видимо, не понял глубинного смысла высказывания своего «американского партнёра» 40-го президента США Рональда Рейгана: «Стреляют не пистолеты, а люди»: в бедах, вызванных пьянством, виновата не водка, а те, кто ею злоупотребляет. Значит, нужно давать людям жизненные перспективы, помогать им формировать в себе потребности, не совместимые с постоянными и неумеренными возлияниями. Но это — путь долгий и трудный, власть же предпочитала кавалерийские наскоки. В результате мы получили драки в очередях за спиртным (в доме, где я тогда жил, находился винный магазин, наблюдал их своими глазами), самогоноварение в промышленных масштабах, подпольную торговлю водкой и огромной силы удар по бюджету страны. А также… всплеск народного творчества. На мотив известной песни любители «зелёного змия» распевали: «На недельку до второго закопаем Горбачёва. Откопаем Брежнева: будем пить по-прежнему».

Интеллигенция кричала «Ура!»

Но затем последовали куда более приятные изменения. В магазинах и библиотеках появились ранее запрещённые книги, на киноэкраны страны вышли фильмы, лежавшие годами на полках, стало интересно смотреть телевизор. Я старался не пропустить ни одного выпуска таких передач, как «Взгляд», «До и после полуночи», «Пятое колесо», профессиональный уровень которых, к слову, был недостижимо высок для нынешних телевизионщиков.

Ограниченная свобода слова, так называемая гласность, вызвала в стране газетный бум: в киоски по утрам выстраивались очереди. Благодаря газетам и телепередачам, советские люди начали узнавать подлинную, а не лакированную историю своей страны.

Оживилась и общественная жизнь. Например, автор этого текста вступил тогда в объединение «Мир», которое помогало восстанавливать и сохранять в Ленинграде памятники архитектуры.

В результате первых политических преобразований мы узнали, что в стране есть обладающие государственным умом, не равнодушные к судьбе Родины люди. И некоторые из них вскоре вошли во власть. 

Интеллигенция была в восторге от Михаила Горбачёва, кричала ему громкое «ура». «Чтоб ты был здоров, Михаил Сергеевич Горбачёв!» — пел в переполненных залах приехавший в СССР из Нью-Йорка на гастроли эмигрировавший много лет назад в США певец Вилли Токарев.

Авторитет падал с каждым днём

Не скрою: в начале перестройки мне тоже очень нравился энергичный генсек. Но постепенно в душу стали вкрадываться серьёзные сомнения. Антиалкогольная кампания привела к дефициту сахара: его в огромных количествах скупали самогонщики. В мае 1988 года в Ленинграде на сахар ввели талоны (читай, карточки). На жителей пережившего блокаду города это произвело тягостное впечатление. (Тогда мы ещё даже не могли представить, что произойдёт в торговле всего через два года). Но это всё же было не самое страшное. А вот армянские погромы в Сумгаите, произошедшие в феврале того же года, на заре продолжающегося до сих пор конфликта в Нагорном Карабахе, потрясли советских людей, в том числе и ленинградцев. Мы не понимали: как такое стало возможным в стране, граждане которой на протяжении десятилетий воспитывались в духе пролетарского интернационализма…

Переломным моментом в недолгой истории перестройки стал первый съезд народных депутатов СССР. На протяжении двух недель огромная страна, можно сказать, не работала: люди не отрывались от телевизоров и радиоприёмников. А дальше … Дальше ситуация в стране стала стремительно ухудшаться. И авторитет Горбачёва падал с каждым днём.

В Ленинграде ввели талоны на многие продукты, прилавки промтоварных магазинов полностью опустели. В национальных республиках полыхали страшные конфликты, а в нашем городе циркулировали мрачные слухи о возможных еврейских погромах. Верилось в них с трудом, хотя на невских берегах, действительно, активизировались шовинистические, националистические силы. В одном из номеров ведущей городской газеты «Ленинградская правда» даже было напечатано письмо группы народных депутатов СССР, его подписал и впоследствии мэр Северной столицы Анатолий Собчак, с призывом к властям и правоохранительным органам внимательно отслеживать обстановку. В общем, было жутковато.

«Валить, пока не поздно»

Я уже говорил, что в перестройку поверили не все граждане. Выступая в декабре 1988 года с трибуны ООН, Михаил Горбачёв пообещал существенно упростить процедуры выезда из СССР. В том числе и на постоянное место жительства. И на стыке восьмидесятых и девяностых годов пессимисты, да и не только они,  устремились за кордон. «Надо валить, пока не поздно», — были уверены спешно пакующие чемоданы эмигранты. Правда, надо сказать, что реальная возможность «валить» имелась лишь у представителей отдельных национальностей — немцев, финнов, евреев. Я с горечью наблюдал, как сужается круг моих друзей.

В результате проводимых во время перестройки непродуманных экономических реформ у граждан, необременённых моральными устоями, появилась возможность «легко срубать деньжата»: фактически легально заниматься спекуляцией, перепродажей товаров, вымогательством. И пока кто-то до хрипоты спорил о судьбах Родины, а кто-то митинговал и становился в пикеты, «деловые люди» энергично набивали себе карманы. Спустя несколько лет, после завершения перестройки и распада СССР, некоторые из них на фоне общего обнищания быстро стали «владельцами заводов, газет, пароходов». Воистину: все революции задумывают романтики, осуществляют фанатики, а плодами в первую очередь пользуются негодяи.

Первого и последнего президента СССР Михаила Горбачёва лишили власти в декабре 1991 года весьма нестандартным способом: три известных славянина увели из-под него страну. Сейчас нет смысла дискутировать о том, сколь неизбежен был распад Советского Союза, и какова здесь доля вины самого Михаила Сергеевича. Но поразительно: к ликвидации страны, существовавшей под разными названиями на протяжении нескольких веков, страны, где все мы родились и выросли, люди отнеслись абсолютно равнодушно. И ещё: из большого отряда крупных политиков, многие из которых оказались во власти благодаря начатым Горбачёвым реформам, с новым 1992 годом его поздравил лишь Анатолий Собчак

P.S.

140 лет назад, 1 марта 1881 года, народовольцами был убит император Александр II. В судьбах Александра II и Михаила Горбачёва прослеживаются общие черты. Оба дали соотечественникам свободу, конечно, в широком смысле этого слова. Оба пытались проводить давно назревшие, сильно запоздавшие реформы. Оба допустили много политических ошибок. Отличие одно, и вызвано оно тем, что Александр II и Михаил Горбачёв, были у власти в разные эпохи: у первого политическая карьера завершилась убийством, у другого –  унизительной отставкой. Увы, на Руси участь реформаторов обычно бывает незавидной…

Давид Генкин

Поделиться ссылкой:

Новости СМИ2