Перейти к содержимому
Главная страница «В пору говорить о дебританизации»

«В пору говорить о дебританизации»

Недавно в эфире радио «Комсомольская правда» прошла очередная авторская передача Валерия Шинкаренко «Голос Родины». Её гостем был известный экономист Михаил Хазин. На фоне украинского кризиса стремительно меняется ситуация во всём мире. Де-факто коллективный Запад открыто воюет с Россией, вводя против нашей страны санкции и поставляя вооружение вооружённым силам Украины. Зачем Запад поощрял рост на Украине национализма и неонацизма? Отвечает ли вызовам времени российская система управления и сами управленцы? Эти и другие вопросы обсудили Шинкаренко и Хазин. «Родина на Неве» предлагает краткое печатное изложение их разговора.

Полная версия разговора Валерия Шинкаренко и Михаила Хазина:

Валерий Шинкаренко. «Государство существует не для того, чтобы превращать земную жизнь в рай, а для того, чтобы помешать ей окончательно превратиться в ад», – писал русский философ Николай Бердяев. Сегодня мы живём под адскими санкциями. Михаил Леонидович, как Вы считаете, способна ли наша система государственного управления ответить на вызовы, которые коллективный Запад бросает России? Вот один из последних примеров. Председатель Центрального банка Эльвира Набиуллина заявила, российские власти планируют подать судебные иски для оспаривания заморозки международных резервов страны и возможности возврата доступа к ним. Возникает вопрос, насколько адекватны вообще такие заявления? Зачем она опять уводит нас в систему англосаксонского права? Ведь понятно, что никакой суд ничего не решит…

Михаил Хазин. Да, это вопрос управления. Дело в том, что Эльвира Набиуллина, как и многие другие наши чиновники, например, Антон Силуанов (министр финансов – прим. ред.) и некоторые другие – в этой системе. Ответ суда будет такой: «Ребята, вы нарушили правила, поэтому должны заплатить. 300 миллиардов мы вам не вернём. Вы должны сделать то-то, тут отступить, тут признать, тут выплатить контрибуцию, и тогда мы с вами будем разговаривать, как будто бы вы – цивилизованные люди». Но поскольку они сами не цивилизованные по вполне понятным причинам, то разговаривать с ними бессмысленно.

Сегодня мир входит в новый кризис. Это ПЭК-кризис (кризис падения эффективности капитала – прим. ред.). Во время Великой депрессии темпы спада были примерно 1% ВВП в месяц или 10% в год. Но тогда был дефляционный кризис, то есть денег не было, и инфляция была нулевая, а то и вообще отрицательная. Сегодня же это кризис инфляционный. Поэтому тогда была безработица, и люди не получали денег, а сегодня люди деньги получают, но эти деньги стремительно обесцениваются. В этой ситуации держать санкции, значит дополнительно разрушать свою экономическую модель. Она у них реально разрушается: инфляция в Евросоюзе 30%, в США 20%. Это несовместимо с жизнью.

И на фоне этого кризиса начинается распад мира на валютные зоны.

Теоретически этот процесс был описан в нашей с Андреем Кобяковым книге «Закат империи доллара и конец Pax americana» 20 лет назад. Сегодня эта тема уже обсуждается. Дональд Трамп, кстати, тоже написал книгу почти с таким же названием – «Конец империи доллара», она пока ещё не вышла, поэтому я не знаю, насколько она перекликается с нашей книжкой. Глава МВФ Кристалина Георгиева, получившая при рождении имя Сталинка, будучи экономистом по образованию, понимает, что происходит. Недавно она объяснила, что на инфляцию и на логистический кризис накладывается кризис распада мировой валютной системы.

А если мировая валютная система распадается, если Россия получает свою валютную зону, то в своей валютные зоне она должна наводить порядок. То, что происходило на Украине, порядком назвать нельзя. Поэтому, с точки зрения большой политики, Россия в своём праве. Но абсолютно очевидно, что для сил в мировой как бы элите, привязанных к долларовой системе, её распад — не просто катастрофа, это для них – исчезновение с политического поля, и они будут сопротивляться до конца. Вот они и сопротивляются.  

С этой точки зрения, мы освобождаем Украину от оккупации вот этим вот международным банковским спрутом. Кстати, знаете, зачем на Украине была проведена такая активная фашизация? Классическая либеральная мечта никогда и нигде не была реализована. Может быть, частично в Соединенных Штатах Америки в 60-е годы – до начала кризиса в 70-х. Может быть, очень частично в тех же США в конце 80-х – начале 90-х, когда был золотой век Клинтона: бездефицитный бюджет, полное счастье. Им же не объясняли, что всё это – за счёт разграбления СССР. И этого счастья нет и уже не будет никогда. Но они там в это не верят.

— Почему не верят? Они считают, что победят и заберут наши ресурсы.

— Ничего не получится. И неважно, что они думают. Важно, что там кризис. Падение эффективности капитала. И уровень жизни упадёт настолько, что исчезнет появившиеся после 81 года средний класс. А тут начинается самое интересное. Дело в том, что вся эта вот цифровая техника — не цифровой концлагерь по образцу Китая — а именно управление через соцсети, работает только на средний класс. Бедному человеку не интересна реклама, так как он не является потребителем. И по этой причине возникла потребность отработать новые технологии управления деклассированным социумом. Существует всего три базовых направления. Первое базовое направление — это коммунизм, с которым они всю жизнь боролись. Второе — это экстремальные религиозные направления, но это тема монополизирована радикальным исламом в Европе. И остаётся национализм. Они отрабатывают на Украине технологии, которые они вскоре будут применять у себя для управления.

Щупальца международного банковского спрута у нас тоже присутствуют. Политически мы уже освободились, а экономически ещё нет, поэтому у нас, конечно, ещё будут с этим большие проблемы.

— Есть шанс их избежать?

Посмотрите на Иран, который сидит под жёсткими санкциями лет 40. Нам надо учиться у него. Нам надо производить. У Ирана 80 миллионов жителей сейчас, а когда против него объявили санкции, насчитывалось 60 миллионов.

Я считаю, что нам надо менять систему управления экономикой.  Как работала советская система управления? В ней было два элемента: один элемент назывался отраслевым управлением: по каждой отрасли были специалисты, которые управляли предприятиями. Был штаб, который следил с помощью межотраслевого баланса, куда надо вкладывать инвестиции, чтобы это всё развивалось.

А как сейчас происходит? Есть бюджет, и все его хотят себе. И всё. При этом в правительстве нет специалистов. Они же не нужны. Никто предприятиями не управляет. В правительственном аппарате сидят специалисты по распилу бюджетов, которые представляют разные олигархические группы.

— Лоббисты…

— Региональные, да. Они ничего не знают, ничего не понимают. Они знают только одно: если выделен бюджет, они должны получить свои три, пять или восемь процентов. И дерутся они именно за это. Им абсолютно наплевать, куда этот бюджет идёт, на что он выделен. У них есть какие-то там люди внизу, например, какой-то IT-проект, автоматизация чего-то там. Ну вот есть какие-то министерства, которые за это чего-то там так или иначе отвечают. Они распиливают бюджет, а на то, что останется, какие-нибудь мальчики что-нибудь изобразят. Имитация кипучей деятельности. И получается, например, Рутуб, в котором нельзя работать.

А при Советской власти были люди, которые отлично знали, как всё работает. Они про каждый проект могли точно сказать, сколько он будет стоить, с точностью до гвоздя.

—  Олег Дерипаска в интервью журналу «Эксперт» заявил, что госкапитализм превращается в госпаразитизм и предложил сократить госаппарат в два раза.

—  Его можно уволить весь. Я просто объясню: вот когда я работал в Министерстве экономики, там были макроэкономические департаменты и были департаменты отраслевые. Проходили совещания: их обычно проводили либо макроэкономические замминистры, которые приглашали начальников департаментов, либо же их проводили замминистры отраслевые, но обязательно приглашали людей. Я вот был начальником департамента кредитной политики, и по два-три раза в день ходил на эти совещания и объяснял, откуда взять деньги, как разбираться с долгами. Такая вполне себе работа, вполне осмысленная.

Сегодня макроэкономические департаменты вообще не знают, что происходит в отраслях. А отрасли – это сборище лоббистов: дайте нам денег на такую-то программу. Либералы специально ликвидировали Министерство экономики как стратегический штаб. Сегодня Министерство экономического развития – это департамент Минфина, который занимается макроэкономическим прогнозом. Никакой стратегии развития там нет.

— Но Вы же хвалите правительство Михаила Мишустина…

— Я не правительство хвалю, я хвалю конкретно Мишустина за некоторые конкретные действия, им лично совершённые. То есть, если на протяжении многих лет там в принципе не было понятия об ответственности за исполнения поручение, то теперь это худо-бедно появилось.

У нас в Министерстве промышленности нет людей, которые бы работали в цеху. Если и есть, то их там единицы. В Министерстве сельского хозяйства нет специалистов по сельскому хозяйству. Так, шесть лет назад замминистра сельского хозяйства (Джамбулат Хатуов – прим. ред.) не смог ответить на вопрос (студентки второго курса Тимирязевской академии – прим. ред.), чем отличается сахарная свёкла от кормовой. Я думаю, что кто-то в Министерстве сельского хозяйства подозревает, что булки растут на деревьях.

Нужно восстановить роль Министерства экономики, изменить его и усилить. Министр экономики должен быть вице-премьером, а министра финансов не следует делать вице-премьером. Может быть, даже на первом этапе имеет смысл Министерство финансов подчинить Министерству экономики, потому что сегодня бюджет пишет Министерство финансов. Ещё раз обращаю внимание: у нас нет стратегии. Куда мы идём? У нас нет даже структуры, которая могла бы стратегию разработать.

Нам нужно сейчас развивать внутренний рынок, причем внутренний рынок не только российский, но и евразийский, в который будут входить Средняя Азия, Иран, Турция, Сирия, Ирак, значительная часть арабской Африки. И, конечно же, Белоруссия и Украина. Это не значит, что это будет новый Советский Союз. Это – евразийское зона. Я не исключаю, что в неё попадёт Вьетнам, потому что он не захочет идти в китайскую зону.

Распадается мировая экономическая система, а все российские управленцы мыслят в её рамках. Мы должны себя вести как великая держава, но проблема вот в чём: у нас нет людей, выученных в рамках логики великой державы. 30 лет объяснялось, что мы сырьевой придаток, что Солнце восходит в Вашингтоне, что самое главное – вовремя сказать Ку. И так далее и тому подобное. Выросло целое поколение политиков, верхних управленцев на этом. Да, их нужно убирать всех.

— В нашей элите так много людей, очарованных Британией и рецептами англо-саксонской политэкономии, что в пору говорить о необходимости дебританизации нашей элиты. Это тем более актуально, что сама Британия ведёт себя в отношении нас очень активно и нагло.

— Согласен. Что касается Англии, то она проявляет активность вот почему. Дело в том, что на сегодня есть такая негласная договорённость о том, что существует четыре великих державы: Соединенные Штаты Америки, Россия, Китай, Индия. Если мы говорим о том, что у нас происходит раздел мира на валютные зоны, то каждая великая держава в своей зоне должна наводить порядок.

В чём состоит план Великобритании? Великобритания хочет стать пятой великой державой. Если сохраняется Евросоюз, то Британия экономически рассыплется. Шотландия выйдет из её состава и присоединится к любимому Евросоюзу. Шотландия куда ближе к континентальной Европе, чем Британия. И получится Мелкобритания, которая станет 51 или 52 штатом Соединённых Штатов Америки. Британии это не нравится. И она строит разные комбинации. Например, пытается развалить Евросоюз, а для этого нужно спровоцировать Евросоюз на максимальные санкции против России, чтобы экономика Евросоюза рухнула.

При этом Британия прекрасно понимает, что, если Германия остаётся в ЕС, то скорее всего развалить Евросоюз не получится. По этой причине Британия предпринимала титанические усилия для того, чтобы полностью ликвидировать сколько-нибудь самодостаточную немецкую политику. Про Францию: если Марин Ле Пен выиграет, то Франция может поднять упавшее знамя Берлина. Всё очень сложно.

Британцы ведут они себя очень активно ещё и поэтому, что у них нет ресурса. У них остались инструменты, но нет ресурса. Самое главное другое – кризис там только начинается: инфляция промышленная – за 20%, инфляция потребительская – двузначная. То есть уровень жизни падает. Темпы роста заработной платы – 2-3% в год.

— Обратим внимание на то, что происходит в Прибалтике: такое ощущение, что нас просто провоцируют. В 256 километрах от Петербурга на территории Эстонии находится база НАТО. Это самая ближайшая база Североатлантического альянса от нас. Министр обороны Британии Лиз Трасс во время визита в Эстонию прокатилась на танке перед нашей границей. Даже Грузия ведёт себя ведёт прилично, а прибалты как с цепи сорвались: хамят в лицо, памятники нашим воинам оскверняют, День Победы запрещают праздновать. И это всё рядом с Петербургом!

— Прибалтийские страны – абсолютно несамостоятельные образования, и в случае переформатирования Евросоюза от Прибалтики мокрого места не останется. Как именно это будет происходить, я не знаю. С точки зрения здравого смысла, Прибалтика нам не нужна никак. Беда состоит в том, что они не могут существовать как независимые государства.

Поделиться ссылкой: