В Мурино живёт полярный лётчик Холодняк

Полярный вертолёт на борту ледокола

Легендарный полярный лётчик Виталий Холодняк живёт в Мурино

Мурино – не петербургский отшиб, как заявляют некоторые снобы, а живописное место с богатой историей. А главное, в Мурино живёт немало интересных людей. В том числе полярный лётчик Виталий Григорьевич Холодняк. С героическим авиатором побеседовал корреспондент «Родины на Неве».

«За свою лётную карьеру я не допустил ни одной ошибки пилотирования»

Виталий Холодняк родился в 1937 году в Ростовской области. Помимо него, в семье росли его старший брат и младшая сестра. Окончив 10 классов, Виталий поступил в Краснокутское лётное училище, что на Украине. Учился он на отлично – и по окончанию училища в 1957 году его распределили в Ленинград, откуда вскоре отправили в Мурманское авиапредприятие, где он и проработал всю свою жизнь.

В начале Виталий Холодняк летал на «дедушке русской авиации» – биплане По-2 (У-2) (одном из самых массовых самолётов в мире), а затем освоил Ан-2. Но вскоре наш герой заинтересовался работой на вертолётах и, пройдя переобучение, он стал управлять Ми-1, а после – Ми-2 и Ми-8.

На первом этапе карьеры вертолётчика Холодняк перегонял вертолёты из Польши, где они изготавливались, в Мурманск. Но большую часть своей небесной трудовой деятельности, Холодняк, выполняя задания Мурманского авиапредприятия, занимался санитарной, промысловой и ледовой разведками, борьбой с пожарами, сопровождением судов и ледоколов по Северному морскому пути. По рассказам Холодняка, он и его товарищи несли вахту с мая и до окончания навигации в декабре на самой протяжённой части Северного морского пути – от Мурманска до Певека. Это почти пять тысяч километров, покрытых снегом и льдами!

Как отмечал Холодняк, по ходу службы ему приходилось работать в разных условиях, в том числе в полярную ночь. Представьте себе, что 174 дня в году нет светового дня – лишь сумерки. Во время ледовых разведок не до любования бескрайними пейзажами Ледовитого океана. Ведь в этом суровом океане есть острова с высокими и острыми вершинами. Ветеран полярной авиации рассказывал о случаях, когда низколетящие самолёты и вертолёты разбивались о заснеженные и заледеневшие склоны холмов и гор. Трагедии происходили как из-за несовершенства тогдашних карт, так, чего греха таить, из-за невнимательности лётчиков.

Полярный вертолёт на борту ледокола во время сопровождения каравана

Виталий Холодняк побывал и в нескольких заграничных командировках. Маршруты были почти что по всей Атлантике: от берегов Канады, острова Ньюфаундленд, до Мыса Доброй Надежды и Антарктиды. Так, ему довелось сопровождать китобазу «Юрий Долгорукий», занимаясь промысловой разведкой китов и тюленей. По словам Холодняка, это был очень интересный опыт: мешали американские самолёты, создавая помехи в радиоэфире, или низко пролетая над нашими вертолётами. На отдых наши моряки и авиаторы заходили на Канарские острова, в Кейптаун, Гибралтар. Китобаза уходила в море не более, чем на восемь месяцев. Около тысячи человек покидало дома и семьи на больше, чем на полгода. По воспоминаниям Виталия Холодняка, самый большой пойманный их китобазой кит, финвал «голубой кит», весил 120 тонн.

Виталий Холодняк пережил два отказа двигателя и обрыв хвостового винта, а также в 1987 году в качестве старшего авиационного начальника участвовал в эвакуации полярной станции СП-27, дрейфовавшей на льдине. Экспедицией руководил знаменитый полярник Артур Чилингаров, а путь к станции пробивали ледоколы «Сибирь» и «Россия».

Обрыв хвостового винта с редуктором на высоте 500 метров произошёл ещё 14 сентября 1977 года. Пилот держал дорогу в Мурманск после завершения очередного лётного задания. «Как сейчас помню: стояла золотая осень», – вспоминает Виталий Григорьевич. Вдруг вертолёт начинает резко уводить в сторону, а затем – в крутое пике: «Мотало так, что я ничего не видел, произвёл все необходимые действия для снижения скорости падения. На берёзки плюхнулся, и вертолёт перевернулся на бок. Чувствую, что пожара нет, двигатель выключил, вылезать надо. Вылез из другой двери, осмотрел себя – всё цело. В рубашке родился! Вызвал диспетчеров, подготовил площадку, буквально на следующий день начал полёты снова».

Всего же на Мурманском авиапредприятии Виталий Холодняк отработал почти 40 лет, налетав в общей сложности 16 тысяч часов. Будучи командиром лётного звена, а затем эскадрильи, подготовил несколько поколений вертолётчиков, был награждён двумя орденами «Знак Почёта». В середине 1990-х годов Виталий Григорьевич вышел на пенсию, и с женой уехал на её родину – в Ленинградскую область. Чета поселилась в Мурино. У них есть две дочери, внук, внучка и правнук, и все они живут в Санкт-Петербурге.

О славном прошлом полярного лётчика никто не забыл: каждый день его рождения телефон буквально «разрывается» от звонков бывших коллег и учеников. «Лётное братство – это навсегда», – улыбается Виталий Холодняк. Современное состояние российской авиации восторгов у него не вызывает. «Авиация в современном виде находится в плохом состоянии. В СССР уровень подготовки был лучше. Для хороших лётчиков нужна правильная подготовка. Центры упразднили, ответственность за подготовку лётчиков возложили на компании, а те гонятся за прибылью», – говорит ветеран. «Если хочешь в авиацию нужно желание, здоровье, упорство. Но главное – это желание, если нет желания не надо идти в авиацию», – такого его напутствие молодым лётчикам.

Подготовил Иван КЛЮЧНИКОВ

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий