Перейти к содержимому
Главная страница Три запретные буквы

Три запретные буквы

Это, наконец-то, свершилось – список аббревиатур, запрещенных на территории Российской Федерации, пополнился еще одной, давно это заслуживающей. К УПА, УНА-УНСО и ИГИЛ (все запрещены на территории Российской Федерации), добавилось АУЕ. Верховный суд РФ признал движение «АУЕ» («Арестантское уголовное единство» или «Арестантский уклад един») экстремистским по иску Генпрокуратуры.

Автор – Станислав Смагин, главный редактор ИА «Новороссия»

«Деятельность движения, основанная на криминально-экстремистской идеологии, представляет реальную угрозу жизни и здоровью граждан, обществу и государству», —  сообщили в надзорном ведомстве. Незадолго до заседания суда, вынесшего соответствующее решение, генпрокурор Игорь Краснов поручал усилить «профилактику вовлечения подростков в деструктивные организации», призвав обратить особое внимание именно на «АУЕ».

Долгожданно-запрещённое движение, питательной средой которого являются дети и молодёжь, зародилось ещё в начале 2010-х в Забайкальском крае, постепенно расширяя свою географию и с каждым годом привлекая к себе всё большее внимание встревоженной общественности. Точнее, говорят, было оно в какой-то форме и раньше, просто не сразу показало себя. Во второй половине десятилетия оно окончательно стало проблемой всероссийского масштаба.

Возможно, в голову неких умных людей из правящего класса пришла в голову идея о популяризации некоей квазипреступной молодёжной структуры, очень быстро отбрасывающей приставку «квази». Благодаря ей молодая поросль может спускать пар и, проламывая головы друг другу, уменьшать своё количество.

Надо сказать, многие люди при погонах и званиях, в чьи основные задачи входит борьба с подобного рода деструктивными группами, очень долго пытались представить «АУЕ» чем-то не очень серьёзным. Например, бывший глава управления МВД по Забайкальскому краю Роман Деев проводил аналогии с обычной школьной практикой силового отъёма старшими ребятами копеек у младших. А летом 2017-го на слушаниях в Госдуме представитель МВД Евгений Дубов заявил, что это, мол, лишь набор букв, который ни разу не сидевшие ребята повторяют, абсолютно не понимая его значения.

Дубова тогда жёстко перебил старший помощник председателя Следственного комитета Игорь Комиссаров: «Мы, наверное, живём с вами в параллельном мире. Я не знаю, где вы работаете, но вы абсолютно не представляете себе ситуацию, которая творится. За свои слова я готов ответить. Ситуация родилась — сколько там — лет шесть назад, когда я прибыл в Челябинский, прошу прощения, в Забайкальский край, там, где девятилетний мальчик подвергался систематическому сексуальному насилию. Вот там были школьные тетрадочки, где было написано: положенец, смотрящий, вор в законе. Не только у этого ребёнка, это оказалось у каждого ребёнка в детском доме. Приехала масса чиновников из Забайкальского края, включая бывшего губернатора. Меня вообще спрашивают: что так много машин приехало? Я говорю, знаете, тут такое ЧП случилось, ребёнка малолетнего изнасиловали здесь в интернате. Мне говорят: вы знаете, у нас в каждой школе есть в Забайкальском крае столы для опущенных. Вот это всё подтвердилось. То, что в каждой школе есть общак. Почему вы об этом не знаете? Вы работаете в МВД».

И в самом деле, крайне странно было прятать голову в песок или в воротник мундира, когда почти каждый день появлялись подобные новости: «Группа школьников Тюмени стала участником футбольного турнира, который проводит известный фастфуд-бренд KFC. Логотип тюменских футболистов включает в себя уголовную звезду и нецензурный лозунг. В описании команды отмечается, что в неё входят юноши в возрасте от 14 до 16 лет. Схожие названия используют ещё четыре юниорских команды. На сайте KFC-баттла, в разделе «Футбол», значатся команды Выборгские «АУЕ» из Петербурга, ТАУЕКЕЛ из Астаны и сразу две АУЕ Team из Красноярска и Новосибирска»; «В Твери на остановке “Баня №6” трое неизвестных начали писать на борту троллейбуса надпись “АУЕ”. Водитель вышел сделать замечание, после этого все трое накинулись на него и стали избивать. В результате нападения у водителя сильная травма головы, а также множество других повреждений».

Если начнутся социальные протесты, в которые будут вовлечены в том числе и не польстившиеся на «арестантский уклад» сверстники польстившихся – последних можно натравливать на первых.

Последняя новость, про автобус, датирована августом 2019-го. Ровно год назад. «АУЕ» уже в Твери, то есть почти под Москвой. Впрочем, и в самой Москве, и в Московской области тоже.

Поэтому запрет и признание запрещённого объекта экстремистским, конечно, вызывают положительные эмоции. Хотя бы в Интернете начнут блокировать разнузданную пропаганду этой гнуси (да, и блокировки в Интернете бывают правильными), а изнасилования, избиения, разбои и другие преступления, совершённые под знаменем букв А, У и Е, больше не могут объяснять «мальчишеским хулиганством»; напротив, у этих преступлений появится серьёзное отягощающее обстоятельство.

И всё равно, как это обычно бывает, есть беспокоящий момент. Причём, знаю, беспокоит он не только меня.

Ещё в позднесоветское время, даже до «перестройки», в стране и особенно в глубинке начались постепенное размывание моральных устоев и утрата социального оптимизма. Ещё отнюдь не повсеместно и не в критичных размерах. Опасным было то, что основное влияние негативные тенденции оказывали на детей и молодёжь (логично, в принципе). Вспомним знаменитый фильм «Чучело» – по форме там действует не совсем ячейка «АУЕ», но по сути нечто очень похожее.

В «перестройку» всё это зацвело совсем буйным цветом, в «лихие девяностые» социально и морально потерянные дети из последнего полностью советского поколения спивались, вешались, грабили и убивали друг друга, пропадали без вести не в переносном, а в прямом смысле слова. На глазах уже своих детей.

За последние двадцать лет, как официально заявляется, страна «встала с колен» и преодолела пагубное наследие горбачевско-ельцинской эпохи. Но за пределами МКАД – и чем дальше от неё, тем сильнее – за исключением отдельных региональных или ещё более локальных островков благополучия, без учёта внешних признаков этого благополучия («посмотрите сколько машин, в любом сельском магазине полки ломятся от товаров!») улучшилось мало что, а ухудшилось многое. Достаточно посмотреть на «оптимизацию» образования и здравоохранения, в первую очередь бьющую по провинции и в самую первую – по селу.

Стравливать разные группы населения друг с другом или разделять их внутри себя – одно из немногих умений, которые верхушка утратила не до конца.

Во всё более обворовываемой и проблемной стране, где уже существуют не просто прозрачные, а вполне осязаемые перегородки, даже не сословные, а кастовые, молодёжь с социального низа и из географической глубинки чувствует себя лишённой каких-либо перспектив. А масса людей с таким ощущением, тем более людей молодых, это штука очень опасная.

И тогда, возможно, в голову неких умных людей из правящего класса пришла в голову идея о популяризации некоей квазипреступной молодёжной структуры, очень быстро отбрасывающей приставку «квази». Благодаря ей молодая поросль может спускать пар и, проламывая головы друг другу, уменьшать своё количество. А если начнутся социальные протесты, в которые будут вовлечены в том числе и не польстившиеся на «арестантский уклад» сверстники польстившихся – последних можно натравливать на первых. Не люблю слово «титушки» как порождённое сторонниками киевского «майдана», но такой феномен ведь реально есть и распространён. Часто его можно встретить в Латинской Америке. Например, костяком формирований «колективос», опоры нынешней венесуэльской власти, выступает именно люмпенизированная молодёжь со склонностью к насилию, за неимением других источников пропитания готовая бить и убивать за кусок правительственного хлеба. Она в принципе не умеет ничего, кроме как бить и убивать, так лучше это делать хотя бы за еду.

Запрет «АУЕ» (после слов «запрет АУЕ» не надо писать, что оно запрещено?) вроде бы опровергает такого рода размышления. Но на сто процентов ли? Как мы видим, даже между разными правоохранительными ведомствами долгое время были противоречия относительно того, как относиться к этой проблеме – МВД отрицало её серьёзность, СК наоборот. Вот и решение Верховного суда может быть решением, не согласованным с группой, некогда сконструировавшей «уклад», или вообще принятым прямо в пику ей. А может, решение как раз солидарное, призванное увести «АУЕ» в тень и ещё больше поднять его авторитет у наиболее безбашенных парней. Запретный плод сладок.

На такую, согласен, высокоградусную конспирологию можно в очередной рад возразить, что российский правящий класс, на глазах утрачивающий и без того слабую управленческую и проектировочную адекватность, вряд ли способен на изощрённую многоходовую комбинацию. В очередной раз отвечу, что это, конечно, утешение, но очень слабое. Да и стравливать разные группы населения друг с другом или разделять их внутри себя – одно из немногих умений, которые верхушка утратила не до конца.

Примечание:

17 августа 2020 Верховный Суд Российской Федерации принял решение о признании движения АУЕ экстремистским и запретил его деятельность на территории РФ.

Поделиться ссылкой: