Перейти к содержимому
Главная страница Простой советский человек на производстве

Простой советский человек на производстве

Скоро будет 30 лет, как развалился Советский Союз. Или его развалили? Чем дальше, тем больше советская эпоха превращается в миф. Одни представляют СССР стабильным государством, в котором все жили в достатке и были счастливы от того, что имели «уверенность в завтрашнем дне». Другим Советский Союз видится филиалом ада, где все ходили строем по «руководящей и правящей» указке. Мифотворчество как одного, так и другого рода развеивают свидетельства очевидцев. Тех людей, которые родились и сформировались в советские годы. 70-летний Владимир Петрович Казуров — один их них. Предлагаем продолжение разговора Владимира Петровича с редактором «Родины на Неве» Дмитрием Жвания.

Инженер Владимир Петрович Казуров

Д.Ж. И вот вы демобилизовались, возвращаетесь в Ленинград, благо служили недалеко. И дальше что?

В.П.К. А дальше хотелось мечту детства осуществить — получить высшее образование.

Д.Ж. А в детстве мечтали получить высшее образование?

В.П.К. Была такая мечта. Но, к сожалению, нужно зарабатывать было. Кстати, когда я учился в техникуме, у меня были довольно примитивные каникулы. Я работал на «Светлане» грузчиком. У меня ещё паспорта не было, по свидетельству о рождении принимали на работу. Правда, грузчиком не могли оформить из-за возраста. Договорились, что буду работать грузчиком, а оформили меня подсобником. У нас дача на 47 километре, между Васкелово и Грузино, и вот я каждый день к семи часам утра ездил на «Светлану», вставал в 4-30 утра, и ехал разгружать вагоны с деревяшками, досками, фанерой в тарный цех, чтобы там их потом пилили и из них потом делали ящики для отгрузки транзисторов, и другой продукции. И все летние каникулы я работал.

А мысль про институт была, потому что высшее образование хотелось получить. Когда пришёл из армии, меня брат устроил на завод КИНАП (Завод киноаппаратуры — прим. ред.), он входил в ЛОМО, но и сейчас, наверное, входит (сейчас здание завода переоборудовано под бизнес-центр — прим. ред.), регулировщиком радиоаппаратуры. Я радиотехникой всё время занимался, делал какие-то усилители, всякую электронную аппаратуру, постоянно самообразовывался по журналам Радио и технической литературе… С четвёртого класса приёмники в мыльницах собирал, в общем, короче говоря, тяга к электронике у меня была. А там я выясняю следующее: рабочий зарабатывает двести рублей, а инженер девяносто. Самое большое сто десять. Жаба душила. Я думал: сейчас я получу высшее образование и тут же потеряю в зарплате.

Поэтому всё откладывал, откладывал. Но работа была очень интересной. Мы потом занимались видеозаписью, делали комплекты видеомагнитофонов профессиональных для телецентров страны (в 1962 году на КИНАПе был произведён первый в СССР видеомагнитофон — прим. ред.), потом Новосибирский завод стал выпускать вместо нашего «Электрона 2М» видеомагнитофоны «Кадр» — тоже профессиональные. Мы занимались и звукозаписью, делали репортажные магнитофоны для журналистов, для записи звука в кино. Наш магнитофон один в один слизан со швейцарского магнитофона фирмы «Награ» (Nagra). Я этим занимался. Выпускали и малогабаритные видеомагнитофоны, сначала чёрно-белые, а потом и цветные.

Первомайская колонна Ленинградского завода “КИНАП”

Д.Ж. Владимир Петрович, существует мнение, распространяемое в основном нашими либералами, что советская промышленность, которая выпускала, в том числе и видеомагнитофоны, по их выражению, отстала от аналогичной западной промышленности навсегда. Это действительно было так? Или всё-таки мы могли конкурировать, выпускать свою продукцию?

В.П.К. Я могу сказать следующее. Работали наши профессиональные видеомагнитофоны на американской ленте фирмы Ampex а малогабаритные на ГДРовской ORWO. Они были гораздо лучше, чем лента шосткинского объединения «Свема». Магнитофон, который мы выпускали, был закуплен в США, и сделан был в США, но нам на прямую не продавали. Мы через какой-нибудь Зимбабве могли купить такой магнитофон и тихонечко перевезти его сюда. В конструкторском бюро его поставить, и наши инженеры его полностью разбирали, чтобы полностью его повторить на нашей элементной базе. Чего не было — подкупали за границей. Я тоже в этом поучаствовал, делал аппаратуру для Олимпиады-80.

Может, так и было на самом деле, как говорили в перестроечные годы. Для военной техники не жалели ни драгоценных металлов, ничего. Туда кидалось всё. А всякие дурацкие конденсаторы, которые высыхали от времени, кинескопы, которые, в общем-то, кое-как делались и потом трубки перегорали в цветных телевизорах, изготавливались на дешёвой элементной базе. Делать из говна конфетку не получалось, поэтому отставание, конечно, было. Могу сказать одно. Когда надо было сделать что-нибудь хорошо и быстро в единичном экземпляре, то получалось вполне конкурентоспособно.

Перед Олимпиадой-80 в стране затеяли изготовление передвижной цветной телевизионной репортажной станции на базе «Уазика». «Гранат» называлось изделие… Там делался такой КУНГ, финны нам делали — фирма «Аёкки», которая в прошлом делала кареты. Старинная финская фирма — у них была возможность купить бензогенератор, «Ямаху» какую-нибудь, и выбрать материалы такие и дизайн создать такой, чтобы не было стыдно на Олимпиаде-80 показывать нашу репортажную машину. Видеомагнитофон там был немецкий BCN, а камерные головки для репортажей были наши. ЛОМО делало. Тогда не было ПЗС-элементов (сокр. от «прибор с зарядовой связью» — прим. ред.), которые сейчас используются в видео. А плюмбиконы, трубки передающие, светорасщепляющие призмы — это всё было в состоянии сделать ЛОМО и очень неплохо.

Мы же самые большие в мире делали телескопы — шестиметровые в диаметре. С такой точностью, что мама не горюй! До сих пор работают оптические телескопы. А бытовая аппаратура у нас была на низком уровне, конечно. Нельзя было сравнивать с японским магнитофоном. Не соблюдались технологии ни в компонентах, ни в пассиках. Всё это быстро высыхало, магнитофоны быстро отказывали. Конечно, бывало заходишь в Апраксин двор и смотришь: стоит радиоприемник «Сателит-2000» фирмы “Grundig” и стоит он ни много, ни мало — почти три тысячи рублей. По тем деньгам это много.

Телевизоры тоже дорогие были. Не скажу, что дешёвые. Первая «Радуга» стоила 650 рублей — «Радуга 5». Я подрабатывал своим способом. В «Юном технике» покупал некондиционные платы, ремонтировал и собирал сам эти «Радуги». Все мои родственники, родители смотрели эти телевизоры из «Юного техника». Там можно было за 175 рублей купить все компоненты и платы. Собрать и отладить дома.

Видеомагнитофон «Кадр»

Д.Ж. То есть вы были увлечены своей работой, если даже дома собирали телевизоры.

В.П.К. Да, конечно, хотелось смотреть цветной телевизор. Не сравнить, когда смотришь чемпионат мира по хоккею в цвете или в чёрно-белом изображении. Разница была сумасшедшая. Первый телевизор я купил фирмы «Рекорд» — цветной на сороковой трубе сорок сантиметров по диагонали, за 170 рублей, на ножках. Тумбочка была здоровая, килограмм сорок он весил. Но как-то удалось его запустить. Я самообразованием много занимался. Так повезло, что я ещё в передвижной цветной телевизионной станции «Гранат» работал с московским институтом телевидения и радиовещания – ребята были там, конечно, суперклассные инженеры, талантливые, очень много знали.

Допустим, у нас не было малошумящих полевых транзисторов, и мы их покупали у «Филипса». Не знаю, через какие страны или организации, но покупали. У нас не было таких. Поэтому в единичном экземпляре было всё хорошо. И поэтому и в космос летали. А то, что касалось ширпотреба, здесь впереди, конечно, были японцы. Надо отдать им должное. Они лидерами были на рынке. Потом уже корейцы. Корейцы свой самый первый телевизор черно-белый сделали в 1972 году. А теперь они лидеры. Они сейчас японцев задвинули. Сейчас LG, Самсунги, в основном лидируют.

В общем на КИНАПе, кудаменя устроил мой двоюродный брат Евгений Петрович, я рос, проявляя интерес к радиоэлектронике. Подавал всякие рациональные предложения.

Передвижная цветная телевизионная репортажная станция на базе «Уазика» — «Гранат»

Д.Ж. А как отдыхали?

В.П.К. Я иногда брал отгулы для того, чтобы спаять какую-то схему дома. Я был донором, сдавал кровь и за это давали отгулы. По «кровяным» справкам я брал отгулы, чтобы реализовать какую-то идею, которая мне в голову пришла. И дома я сидел с паяльником все эти выходные. Все свои заначки тратил на радио детали и измерительную аппаратуру, даже хороший осциллограф удалось приобрести на толкучке. Вот для меня это был отдых.

Работая на ЛОМО, зимой, я иногда покупал путёвки, в основном в пансионат «Дубки», это недалеко от Зеленогорска. Стоила путёвка на 12 дней около 13 рублей для работников ЛОМО.

Д.Ж. Это на северном берегу Финского залива?

В.П.К. Вообще он не на заливе. Там озёра есть. От Зеленогорска ещё километров тридцать вглубь. Как-то в Дубках мы отдыхали летом на семейной базе отдыха всей семьёй. Было здорово, можно было взять лодку на прокат, собирать в лесу грибы, ягоды, поиграть в теннис, взять книгу в библиотеке. Ещё ЛОМО построило шикарнейший пансионат «Нева» в Сочи. Кто-то не смог поехать, и мне выпало такое счастье – с женой поехать в Сочи. Можно было взять одного ребёнка. Старшую взяли, а младшая навзрыд. В Сочи по теперешним понятиям был у нас люксовский, по теперешним понятиям пятизвёздочный номер с огромной лоджией. В столовой пятиразовое питание. Между столиками ручьи, в них рыбки какие-то плавали. На пляж можно было ходить каждый день. Мороженное кушать.

Тогда ещё ЛОМО под командованием Николай Панфиловича Панфилова находилось. Он даже там не то чтобы запрещал выпивать, наоборот, перед входом был организован бар. Можно было зайти, купить вина или коньяку, кто чего хотел, для детей можно было заказать мороженное. Пьяных я там никогда не видел Такие вольности. Панфилов молодец: хоть он и герой Советского Союза был, но этим никогда не кичился. Он и больницу большую с поликлиникой построил для трудящихся и зарплаты у него были самые высокие в городе. Если «искусственная почка» появлялась, то она была в клинике ЛОМО. Мне в общем винить всевышнего не стоит. Попадались на жизненном пути очень хорошие люди, которые много чего делали для меня. И я это тоже ценил и ценю.

Группа Deep Purple

Д.Ж. 70-е: Led Zeppelin, Deep Purple — всё мимо вас?

В.П.К. Ни фига. Звукозаписью я занимался. Deep Purple все диски у меня были. Я и сейчас считаю их после Beatles, лучшими. В. С. Высоцкий не в счёт.

Д.Ж. Я смотрю на ваше фото. Вы в джинсовой куртке, видимо, любите джинсы. Джинсы для молодёжи семидесятых — это же культовая вещь. Хотелось одеваться помоднее? Может, покупали модные вещи у фарцовщиков. Или денег не хватало?

В.П.К. Денег хватало. У меня среди друзей были перекупщики. Они у финнов, которые приезжали на выходные сюда попьянствовать, скупали вещи: рубашки и джинсы, кассеты для магнитофонов. С небольшой наценкой продавали мне. Ношенные никогда не покупал. Покупал только новые. А ещё у брата жена Наталья, работала в Гостином дворе продавцом, там иногда выбрасывали индийские джинсы и польские. Конечно, хотелось хорошо и модно одеваться.

Д.Ж. Индийские джинсы фирмы «Авис»?

В.П.К. Да я не помню, уже какие. Дело не в фирме было, а в материале.

Д.Ж. «Мустанг» ещё были. Главное, чтобы терлись.

В.П.К. Индиго чтобы были. Это считалось хорошо. И польские были джинсы. А наши отечественные джинсы были просто как рабочие брюки.

Д.Ж. Точно так. Ясно. А свадьба какая у вас была?

В.П.К. Свадьба была скромная. В квартире. Приехала куча родственников, в том числе мои родственники с Украины, по отцовской линии приехали мои родственники из Москвы.

Продолжение следует

Часть первая интервью с Владимиром Петровичем Казуровым«Простой советский человек»

Заключительная часть:

Поделиться ссылкой: