Повышение производительности труда – вопрос жизни и смерти

Produttivita_dei_lavoro

Повышение производительности труда россиян или привлечение дешёвой рабочей силы из-за рубежа? Вокруг этой дилеммы разгорелись споры на экспертной сессии «Реализация национального проекта “Производительность труда” и цифровые методы регулирования трудовой миграции на предприятиях Ленинградской области и Санкт-Петербурга», прошедшей 18 марта в Ленинградской областной Торгово-промышленной палате (ЛОТПП).

Модератором сессии выступил председатель Комитета по поддержке занятости и производительности труда ЛОТПП Валерий Шинкаренко

«Трудоголизм» не помогает

Принято считать, что Россия отстаёт по производительности труда от развитых стран в два, а то и в три раза. По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) за 2017 год, производительность труда в России составляла 26,5 доллара в час. Этот показатель отражает объём ВВП, вырабатываемый каждым российским трудящимся за один час работы. В то же время средний для ОЭСР показатель по производительности труда — 54,8 доллара в час. То есть в два раза выше. Лидируют по производительности труда в ОЭСР занимают Ирландия и Люксембург с показателем 99 долларов в час — более чем в три раза выше, чем в России. Даже Эстония и Латвия, по данным ОЭСР, и те опережают Россию по производительности труда с показателями 37,9 и 36,6 долларов в час соответственно.

Модератором сессии «Реализация национального проекта “Производительность труда” и цифровые методы регулирования трудовой миграции на предприятиях Ленинградской области и Санкт-Петербурга» выступил председатель Комитета по поддержке занятости и производительности труда ЛОТПП Валерий Шинкаренко (справа).

Наше отставание по производительности труда сильно беспокоит российских экспертов, профессионалов-производственников и просто людей, которым небезразлично будущее Родины.

«Если мы не повысим производительность труда в стране до уровня ФРГ, нас просто не будет, — заявил на экспертной сессии в ЛОТПП председатель Комитета по труду и занятости населения Санкт-Петербурга Дмитрий Чернейко. — Повышение производительности труда — вопрос жизни и смерти». «Подушки безопасности в виде природных ресурсов, которая нас кормит, надолго не хватит», — добавил он.

От ручного труда нужно уходить, считает глава Комитета по труду и занятости населения Санкт-Петербурга. Сейчас же ситуация, по его мнению, отнюдь не радужная. Мы производим меньше, чем развитые страны, а работаем больше.

Действительно, согласно исследованию экспертов Высшей школы экономики Андрея Шевчука и Анны Красильниковой «Влияние нестандартных трудовых графиков на баланс между работой и жизнью», Россия находится в лидирующей группе в европейском «рейтинге трудолюбия». Впереди лишь Хорватия, Греция и Польша. Согласно данным, полученным учёными ВШЭ, 64% россиян работают и вечерами, и в выходные, причём для них это — обычное дело, а не разовый аврал.

Россия отстаёт по производительности труда от развитых стран в два, а то и в три раза (из презентации Центра развития промышленности Ленинградской области)

Средний гражданин России работает на 600 часов в год больше, чем немец. В Европейском союзе шаг за шагом приближаются к 32-часовой рабочей неделе, а в России всё чаще звучат требования об увеличении рабочего дня: мол, работать в день восемь часов недостаточно. Хотя и так половина российских трудящихся (51%), согласно данным опроса ВЦИОМ, вынуждена перерабатывать, а реальная длительность трудовой недели, в среднем, составляет 49 часов, а не 40 часов — как предписано законодательством. То есть, как правило, россияне проводят на рабочем месте по 9-10 часов. Треть граждан России, согласно исследованиям, продолжают заниматься рабочими делами даже в отпуске.

«Когда самые распространённые в стране профессии — водитель, продавец и охранник, такого результата следовало ожидать, — считает генеральный инспектор труда Союза профсоюзов России Сергей Храмов, присутствовавший на экспертной сессии в Петербурге. — Во времена СССР мы работали по восемь часов в день, но потом ещё часа два проводили в очередях, чтобы хоть что-то купить. Теперь в магазинах есть всё, но, чтобы иметь на это деньги, нужно вкалывать по десять часов, да ещё и в выходные».

По его мнению, из-за переработок «народ деградирует по всем фронтам — интеллектуально, эмоционально и физически», ибо «просто не остаётся времени на какое-либо развитие». «При такой нагрузке люди живут меньше и хуже», — заключает профсоюзный лидер.

Действительно, по данным опроса HeadHunter, постоянное напряжение на работе испытывают 50% россиян, 62% — страдают от эмоциональной замкнутости, 47% ощущают нервное истощение.

Российские трудящиеся работают больше, чем трудящиеся стран ЕС, а производят в два-три раза меньше их (из презентации Центра развития промышленности Ленинградской области)

Каждый второй испытывают на работе тревогу. Почти половина (48%) в условиях переутомления стали эмоционально бесчувственными, работают на автомате и ощущают опустошение при выполнении задач, следует из опроса. 45% опрошенных испытывают личностное отчуждение по отношению к коллегам, 31% чувствуют ухудшение физического самочувствия, 25% чувствуют себя «загнанными в тупик».

При этом «увеличение рабочего графика» не помогает. В Дании и во Франции «трудоголиков» на 13% меньше, чем в России, а производительность труда намного выше: в Дании — 76,4 доллара в час, а во Франции — 69,6 долларов в час. Но парадокса в этом нет. Повышение производительности труда не синоним работы на износ.

Источники проблем

На производительность труда влияют разные факторы. Один из них — отставание квалификации работников от востребованного уровня.

По словам заместителя председателя Комитета по труду и занятости населения Ленинградской области Дмитрия Никифорова (на дальнем плане), правительство Ленинградской области договорилось с работодателями о переобучении их сотрудников, чтобы они могли работать на новом оборудовании

 «Есть предприятия, которые закупают новое оборудование, и работники, которые не знают, как на нём работать, — рассказал заместитель председателя Комитета по труду и занятости населения Ленинградской области Дмитрий Никифоров. — Однако увольнять людей, которые не умеют работать на новом оборудовании, как мы убеждены, нельзя». По словам эксперта, правительство Ленинградской области договорилось с работодателями о переобучении сотрудников ещё до поставок оборудования: либо за счёт работодателя, либо за бюджетные деньги (такая правительственная программа есть). «Эта практика распространяется и на новые предприятия. Когда инвесторы сообщают о своём намерении построить в том и или ином месте завод, на деньги правительства Ленинградской области жители этой местности проходят обучение по тем профессиям, которые будут нужны на этом заводе», — сообщил заместитель председателя Комитета по труду и занятости населения Ленинградской области.

Генеральный директор «Центра развития промышленности Ленинградской области» Вера Штокайло обратила внимание на «самонадеянность» руководителей предприятий. Оказывается, некоторые «капитаны индустрии», не понимают, зачем им повышать производительность труда. «Они полагают, что её повысить невозможно — и так уровень высочайший», — сообщила Штокайло. Однако их самомнение исчезает, когда начинают применяться методики бережливого производства и производительность одного сотрудника увеличивается на 30%в. «

«Когда говорим о производительности труда, мы должны понимать, что в этот процесс следует вовлечь три стороны, — заметил модератор экспертной сессии, председатель Комитета по поддержке занятости и производительности труда Союза «Ленинградская областная торгово-промышленная палата» Валерий Шинкаренко. —Первая сторона — это собственник. Он должен понимать, зачем это ему нужно, когда у него и так всё хорошо: он сидит на Мальдивах и получает прибыль. Вторая сторона — менеджмент — тоже должен понять, зачем ему повышать производительность труда, а не нанимать 50 гастарбайтеров, получая за это откат от бая – у него тоже всё хорошо, он работает вдали от собственника, объёмы выполняет. А главное — трудовой коллектив должен понять, зачем ему это нужно: если он будет больше работать, как это отразится на его зарплате. Поэтому мы и отстаём от развитых стран в три раза, что в этом треугольнике проблемы не решаются».

О ходе реализации национального проекта «Производительность труда» рассказал руководитель «Регионального центра компетенций Ленинградской области» Виталий Теребов

Руководитель «Регионального центра компетенций Ленинградской области» Виталий Теребов рассказал о ходе реализации национального проекта «Производительность труда». Всего в проект должны войти до 10 000 предприятий на территории всех субъектов, при этом участвуют только те предприятия, в чьём уставном капитале доля иностранного капитала не более 25%. Сейчас в проект вовлечено 2351 предприятие из 68 субъектов Российской Федерации, из них 25 предприятий из Ленинградской области.

Теребов посетовал на то, что существует большая проблема с «информационными потоками». «Далеко не все руководители и топ-менеджеры знают, как фактически идёт производственный процесс на их предприятиях. Они знают, как правильно, но не знают, как дела обстоят на самом деле», — сказал эксперт. Заметим что, если это действительно так, и менеджеры знают «как надо», но не знают «как на самом деле», то надо задать вопросом: своим ли делом занимаются эти высокооплачиваемые руководители?

Ведь, как подчеркивают эксперты, повышению производительности труда в том числе препятствуют неправильная организация процесса производства и нерациональное распределение трудовых ресурсов. Несмотря на то, что Россия занимает четвёртое место в рейтинге наций-трудоголиков, ежемесячно почти 900 тысяч человек по всей стране, по данным Росстата, трудятся в условиях неполной загрузки.

Сейчас в национальный проект «Производительность труда» вовлечено 2351 предприятие из 68 субъектов Российской Федерации, из них 25 предприятий из Ленинградской области

Повышению производительности труда мешает и плохая логистика. Так, Теребов рассказал, что на одном из предприятий постоянно ломался конвейер, а для его починки вызывали слесаря, сидящего в другом здании. Бригадир оповещал о поломке начальника смены, а тот вызывал дежурного слесаря. В итоге конвейер простаивал 50 минут. Наконец, чтобы ускорить процесс ремонта, слесаря снабдили рацией. И теперь на устранение неполадок уходит несколько минут.

Эксплуатация или мотивация?

Участник экспертной сессии, генеральный секретарь Союза профсоюзов России Евгений Куликов не без сарказма спросил Теребова, не хотят ли хозяева предприятия поменять конвейер на более совершенный? Тогда и слесаря лишний раз дёргать не придётся. И сам же ответил на этот вопрос: по всей видимости, нет, не хотят, им это просто это не выгодно, ибо внедрение новых технологий в производство окупается не быстро. «Собственник не хочет покупать новое оборудование — ему денег жалко. Менеджерам всё равно. А работнику чем меньше работы, тем лучше. У работника задача какая? Меньше работать, а получать больше. А у собственника задача сделать так, чтобы работник работал больше, а получал меньше», — заметил профсоюзный лидер.

Вице-президент «Опоры России» по вопросам повышения производительности труда и эффективности, предприниматель Дмитрий Пищальников, подключившийся к экспертной сессии из Перми через Zoom, напомнил, что рост производительности труда означает рост экономики

Куликов, в прошлом железнодорожный машинист, вообще сомневается в правильности постановки во главу угла такого критерия, как производительность труда. «Как подсчитать производительность машиниста пассажирского поезда? Сейчас в РЖД она подсчитывается в тоннокилометрах брутто! Это как надо не понимать суть вопроса, чтобы подсчитывать этот показатель в тоннокилометрах брутто! Вот вы сказали, что работник будет меньше уставать, а работать эффективней. Как же? Раньше из Москвы до Петербурга пассажирский поезд вели два машиниста. Один до Бологое доезжал, отдыхал и возвращался назад, а сейчас один машинист ездит. Расстояние в два раза больше, человек работает в два раза больше, а получает приблизительно столько же. Больше он устаёт или меньше? Вот вам и повышение производительности труда».

«На РЖД с целью оптимизации сократили тысячи людей. Досокращались! Работать теперь некому. Людей гонят работать по две-три смены, у них переработки, за которые они получают две трети тарифа, а если бы было два работника, собственник платил бы две зарплаты. Собственник оптимизировал производство, сократил расходы, но от этого ничего не улучшилось», — негодует генеральный секретарь Союза профсоюзов России.

Сомнения профсоюзного вожака, да и не только его, попытался развеять вице-президент «Опоры России» по вопросам повышения производительности труда и эффективности, предприниматель Дмитрий Пищальников, подключившийся к экспертной сессии из Перми через Zoom. Для начала он напомнил, что рост производительности труда означает рост экономики. То, что рост производительности труда приводит к сокращению рабочих мест, ложный стереотип, заметил эксперт. Нужно работников убедить, что следствием роста производительности труда будет повышение их благосостояния.

«Если мы не повысим производительность труда в стране до уровня ФРГ, нас просто не будет», — заявил на экспертной сессии в ЛОТПП председатель Комитета по труду и занятости населения Санкт-Петербурга Дмитрий Чернейко (слева)

Пищальников рассказал, что он, приобретя завод в Пермском крае, добился повышения производительности труда на нём на 480%, а зарплата работников выросла за это время в четыре раза. Повышать производительность труда нельзя заставить — ни работодателя, ни работника, настаивает эксперт. Человек должен быть мотивирован. А мотивация простая — улучшение уровня жизни и увеличение прибыли.

«И у меня плохая новость для тех, кто не хочет заниматься производительностью труда. Их просто не будет. Не будет никакого развития. Потому что пока мы здесь с вами сидим, в Китае, Японии, Германии идёт переход к следующему технологическому укладу — к роботизации», — заявил предприниматель-производственник.

После доклада Пищальникова, председатель Комитета по поддержке занятости и производительности труда ЛОТПП Валерий Шинкаренко заявил: «Чем выше будет производительность труда, тем меньше наш рынок будет зависеть от иностранной рабочей силы. И чтобы поднять производительность труда, мы должны, для начала, защитить российский рынок труда от низкоквалифицированной рабочей силы». После этого дискуссия сместилась в область трудовой миграции.

Дмитрий Жвания

Продолжение:

Видеоотчёт об экспертной сессии смотрите на канале профсоюза «Трудовая Евразия»

Поделиться ссылкой: