Перейти к содержимому
Главная страница ПОСЛЕ ВОЙНЫ: Убить бандеровца в себе

ПОСЛЕ ВОЙНЫ: Убить бандеровца в себе

Концептуальный разговор о том, что будет после войны, далёк от завершения. Хотя тема его, в общем-то, всего одна – люди. Но они – понятие отнюдь не однобокое. И рассматривать его придётся с очень многих граней. В том числе и с тех, где заглядывать придётся даже не в них, а в себя. Что вполне закономерно. Ведь они не просто часть нас самих – они наше отражение. И нет ничего из произошедшего с ними, что в той или иной мере не происходило бы с нами. И без мыслей на эту тему невозможно понять произошедшее, а, значит, и верно решить, что делать дальше.

Автор — Павел Кухмиров

А для такого понимания я приведу вам две цитаты двух очень разных авторов. Да не просто разных – прямо противостоящих друг другу. Во всех смыслах, включая «прямой огневой контакт».

Первый – это Александр Сергеевич Ходаковский (позывной Скиф). Пожалуй, последний оставшийся в живых настоящий командир самого первого, настоящего ополчения Донбасса. Прямо сейчас он вместе с своей бригадой «Восток» сражается под Мариуполем. Так вот пару недель назад, когда всё уже полыхало, в своём ТГ-канале он написал следующее: «Как участники событий во весь этот долгий восьмилетний период, но особенно сейчас, – мы постоянно штурмуем одну мысль: в чём главный, сакральный смысл происходящего? Перебирая одно соображение за другим и находя их не вполне состоятельными, вчера после очередного непростого дня, видимо, подстёгнутые переживаниями, вдруг сосредоточились на том, что эта война – на самом деле война России с Россией. России той, какой она стала, с той, какой она должна быть. И Украина здесь ни при чём. Даже если мы не достигнем изначально поставленных результатов по Украине – это ничего не поменяет, равно и как если мы перевыполним план: главная война идёт в самой России, и важно, кто победит именно в ней» (с). На мой взгляд, исчерпывающе.

А второй – это Степан Бандера. Да, да, тот самый. Который сказал, что их цель: «Убить русского в себе» (с). Тоже вполне исчерпывающе.

И, знаете, ведь именно это и происходит с вполне русскими парнями, из которых и состоят сейчас самые свирепые и кровавые бандеровские нацбаты. Из тех, кому удалось убить в себе русского. Даже не в собственно национальном плане (поверьте мне, это даже не главное), а в ментальном, духовном плане. Но вот только схватка «внутреннего русского» и «внутреннего бандеровца» происходит отнюдь не только в душах тех, кого угораздило родиться на территории современной Украины. Тот же самый бой происходит и внутри живущих в России.

И после войны нас ждут последствия именно этого процесса. Столкнувшись с населением бывшего нацистского государства (а я верю, что когда-нибудь на территории нынешней Украины станет актуально слово «бывшее») мы вдруг обнаружим то, что понравится не всем: для того, чтобы изменить их, нам понадобится измениться самим.

Когда-нибудь задумывались над тем, что собой представляет современный бандеровец? Особенно бандеровец русскоязычный. Я вам скажу: это персонаж с полностью подменённой идентичностью. Причём в первую очередь идентичностью исторической. Чтобы упырю из «Азова» стать бандеровцем, он для начала должен был отречься от собственного исторического наследия. Он отрёкся от собственных корней (предков, победивших фашизм), произвёл замену героев (поменяв Победителей на бандеровцев и прочих коллаборационистов), отрёкся от памяти Великой Отечественной Войны. Но самое главное – он начал яростно стремиться на Запад. Стремиться самому стать Западам. Настолько яростно, что в итоге стал готов ради этого убивать.

Ну, готовность убивать мы пока отложим в сторону (хотя, это очень маленький шаг, уж поверьте). А теперь ответьте: не то же самое происходит в самой РФ крайние 30 лет?

Ну, давайте вспомним, для начала, Александра Исаевича Солженицына. Да, да, того самого «морального авторитета новой России», которого оной России навязывают уже несколько десятилетий. Вообще-то этот персонаж сделал для десакрализации нашей страны, её истории и исторического достоинства больше, чем кто угодно другой. Он откровенно лгал (и это признают даже его поклонники), он лил грязь на Великую Отечественную Войну (очень талантливо лил) и, вообще-то, он первым (самым первым) начал оправдывать бандеровцев. В его «произведениях» они сплошь показаны сугубо положительными и симпатичными персонажами. Напомните-ка мне: не эти ли произведения в РФ детишкам в школе преподают? Или я что-то путаю?

А что у нас по поводу подмены героев? Не у нас ли постоянно пытаются протащить в герои откровенных предателей? Не с этой ли позиции постоянно кино снимают за государственный счёт? И не их ли постоянно пытаются легализовать в общественном пространстве? При том, что этим точно так же отрекаются от собственных предков. Пусть и не в такой экстремальной форме, но это ненадолго. Экстрим – он приложится. Причём довольно быстро, дай только волю. И что у бандеровцев, что у наших местных любителей «переосмысления» в герои вытягиваются персонажи, главным свойством которых является то, что они проиграли всё в своей жизни, да ещё и проиграли достаточно позорно. И это накладывает отпечаток на менталитет. Вызывает жажду реванша. Кровавой мести. Пусть и через десятилетия, когда сами персонажи уже давно съедены червями.

Ну, и стремление на Запад. Любой ценой. Здесь я даже ничего уточнять не буду – всё и так очевидно. Причём препятствием в этом плане бандеровцы по обе стороны границы, что характерно, считают одно и тоже – Россию как таковую. В принципе. Что называется, без комментариев.

И вот этим наше современное общество буквально пропитано насквозь. Так что, хотите сказать, что мы со всем этим счастьем будем кого-то там денацифицировать всерьёз? Что, в самом деле?

Для того, чтобы действительно это сделать, чтобы даже просто пытаться превратить бандеровцев в людей, нам для начала надо убить бандеровца в себе. А после этого уже заниматься кем-то другим.

Кто-то недавно сказал, что нынешней Украине нужна реморализация. Согласен. Но не менее серьёзно она нужна и современной России. И в первую очередь ей. А Украине – уже потом.

(с) Павел Кухмиров

На коллаже, использованном для оформления текста, видна символика “Правого сектора” — запрещённой в России террористической организации

Поделиться ссылкой: