Перейти к содержимому
Главная страница ПОСЛЕ ВОЙНЫ: Идентичность, которая падает

ПОСЛЕ ВОЙНЫ: Идентичность, которая падает

Вопросы, которые после войны встанут перед нами ребром, могут быть и весьма щепетильными. Или кажущимися такими. И это будут в том числе и те вопросы, о которых сейчас говорят те, кто прямо находится на стороне врага. Я совершенно не говорю о том, что надо им как-то сочувствовать или, тем более, «прислушиваться к их мнению». Но в их словах, как минимум, может иметься и то, над чем стоит задуматься. Даже в том случае, если говорят они откровенную мерзость.

Автор — Павел Кухмиров

Собственно, на написание данного конкретного текста меня, отчасти, подвигло общение как раз таким персонажем в комментариях под одной из предыдущих статей. В числе прочего, оный персонаж сказал примерно следующее: «Денацификация – это разрушение украинской идентичности. Поэтому денацификация – это и есть фашизм». Мысль настолько прекрасная, что её в принципе можно было бы оставить без комментариев. Я вообще не всегда понимаю, осознают ли они сами то, что говорят про себя же. Тем не менее, поговорить здесь всё же есть о чём. Не с ним. С вами. Давайте-ка разберёмся, а что это за идентичность такая, о которой говорил персонаж. Разговор ведь и в самом деле не праздный.

Начну, как обычно, издалека. В данный момент продолжается финальная стадия освобождения Мариуполя. Которая хоть и затянулась, но всё равно продвигается с полной неумолимостью. И из подземелий «Азовстали» продолжают идти воззвания нацистов почти одноимённого подразделения (запрещённого в России как террористическая организация). Которые, по факту, предъявляют украинским властям ультиматум, требуя собственной деблокады. То, что она невозможна даже технически, казалось бы, понятно всем. Но это только кажется. Потому что украинское общество по какой-то причине не осознавало этого буквально до самого последнего времени. И что ещё более потрясающе: сами «азовцы» этого не осознавали. По крайней мере, именно такое впечатление и складывается, глядя на их поведение. Они ведь реально были в полной уверенности, что вот-вот придёт подмога. И это тогда, когда фронт уже откатился от Волновахи и перекинулся за Угледар, вплотную уже к основной группировке ВСУ на Донбассе. Как же так получилось?

А ответ прост: население нынешней Украины живёт в собственной картине мира. Информационном пузыре, который создали и надули специально для них. В альтернативной реальности, в рамках которой всё совсем иначе и буквально шаг отделяет Украину от «перемоги». Украинское информационное поле на почти 100% контролируется и модерируется. И касается это не только военной повестки, но вообще картины мира. В целом. Глобально. А в таких точках, как положение нацбатвцев на «Азовстали», происходит столкновение с реальностью. Результатом чего является самая натуральная истерия. Что, собственно, и наблюдается.

Ситуация, складывающаяся по итогу всего этого, парадоксальна. С одной стороны, информационный кокон, созданный вокруг населения Украины, является ключевым элементом формирования у него бандеровского взгляда на мир. Это мобилизует и превращает жителей данной территории в тех, кем они в результате становятся. С другой стороны, он же является «ахиллесовой пятой» нынешнего украинского режима. Так как вместе с схлопыванием данного информационного кокона может схлопнуться и сам этот режим.

Но не только он. В том-то всё и дело.

Вместе с ним схлопнется и та самая идентичность, о которой речь шла в начале. Та, угрозу которой, по словам процитированного персонажа, несёт денацификация. Юмор же ситуации состоит в том, что персонаж-то прав. Но с одним нюансом. Произнося слово «денацификация», он подразумевал кавычки. Ну, типа, сарказм такой. Вот только на самом деле кавычек там нет. И сарказма нет тоже. Для данной идентичности денацификация является угрозой без всяких кавычек.

Давайте-ка разберёмся, что эта идентичность собой представляет. В данный момент она практически полностью опирается на бандеровский фундамент (советские и досоветские рудименты уже полностью отброшены за ненадобностью). И это не голословное утверждение: платформой данной идентичности является идеологема «Украина – не Россия», столь удачно сформулированная г-ном Кучмой. А эта идеологема может быть только бандеровской, поскольку НИКТО, кроме бандеровцев, не даёт внятного объяснения, почему, собственно, «Украина – не Россия». Объяснить это способны ТОЛЬКО они. Вот именно так – всеми большими буквами. Никто другой не может их в этом превзойти.

Но прелесть в том, что они это делают с нацистских позиций. Причём с упорото нацистских, превосходящих, местами, даже, так сказать, образцы предшественников. С других же позиций этого сделать просто невозможно. И бандеровский информационный кокон – это единственное, за счёт чего данная идентичность существует.

А извлечение нацизма из этой конструкции означает немедленный и максимально жёсткий крах идентичности Украины. Я могу, конечно, лукаво добавить в предыдущее предложение слово «современной», но не буду этого делать – я не уверен, что оно там нужно.

Вот и получается, что упомянутый абсолютно омерзительный персонаж не менее абсолютно прав: денацификация – это разрушение украинской идентичности. А «современной» или нет – это уж вы сами решайте, коллеги и друзья.

Но напомню: это были не единственные слова того персонажа. На основании этой мысли он назвал денацификацию фашизмом и вообще подразумевал, что она – преступление. Опять же при этом подразумевая кавычки, которых там на самом деле нет. И на это есть что ответить. Причём более чем. Потому, что денацификация гитлеровской Германии тоже ломало её идентичность. Максимально жестоко. Но это не было преступлением. Потому что некоторые идентичности нужно ломать. Они несовместимы с человечностью. И с будущим несовместимы тоже (если, конечно, мы хотим, чтобы оно у нас было, будущее это).

Вот вам другой пример: живёт в Африке некое племя, у которого тоже «идентичность». Но в её основе лежит поедание людей. И оставить им такую идентичность нельзя. Она точно так же несовместима с будущим. Даже если представители данного племени «испытают моральные муки и горечь утраты». Тут уж одно из двух: или будущее, или есть людей. Вот только не надо мне говорить, что данное сравнение некорректно: на территории, о которой мы сейчас ведём речь, людей уже начали есть, причём, на камеру. И это не метафора, если вы вдруг не в курсе.

Но дело здесь в другом. Когда эта идентичность рухнет, миллионы людей окажутся в абсолютной пустоте. И мы должны чётко понимать, что обязаны иметь готовую и внятную замену. И должны не пускать всё на самотёк, а работать с людьми по этому поводу. Чтобы не случилось, как в известной библейский притче о человеке из которого изгнали демона. Если вы понимаете, о чём я.

(с) Павел Кухмиров

Поделиться ссылкой: