Нюансы отечественного парламентаризма

Z1dsZJB9dA-R93BNZ-1Wt1lpDCQTVAg27tyTV2yE2Q4vUsQL8AwdNFG3HH5EQugwBfvAOZJr8hukO8vG3O20AMqs

В России 27 апреля отмечается День российского парламентаризма. Дата связана с началом работы в 1906 году Государственной Думы, первого в отечественной истории демократического института, заложившего основы парламентаризма в России. С просьбой оценить качество сложившейся в стране системы, а также с вопросом о том, как сейчас обстоят дела с парламентаризмом конкретно в Петербурге — городе, где он зарождался, «Родина на Неве» обратилась к экспертам.

Заседание Законодательного собрания Петербурга вМариинском дворце

Петербург — в авангарде

История российского парламентаризма начиналась в Петербурге. Об этом счёл важным напомнить спикер нового созыва городского парламента Александр Бельский. «В этот день, 116 лет назад, депутаты Государственной Думы съехались на первое заседание в Таврический дворец. Именно наш город принимал первые парламентские дебаты о судьбах страны, здесь нарабатывался опыт законотворчества и парламентской практики», — высказался председатель Заксобрания  VII созыва Александр Бельский.

С его точки зрения, петербургский парламент находится в авангарде отечественной государственной и политической системы: «Законодатели федерального и регионального уровней продолжают формировать нормативно-правовую базу, способствующую реализации масштабных проектов в экономике, здравоохранении, образовании и науке. Законотворческая работа является той необходимой основой, благодаря которой реализуются системные меры по укреплению национальной безопасности, участию в международных интеграционных процессах, сохранению уникального культурного наследия страны».

Петербургские депутаты принимают законы, направленные на повышение качества жизни горожан, совершенствование механизмов социальной поддержки, сохранение архитектурного облика и культурного наследия Северной столицы — говорится в официальном сообщении на сайте городского Законодательного собрания.

С другой стороны, городские депутаты от оппозиции систематически транслируют недовольство сложившейся системой, причём, речь не только о представительстве тех или иных партий в важных комитетах и комиссиях ЗакСа или возможности отстаивать свои законодательные инициативы. Всё чаще звучит мысль о том, что депутаты своими руками отдают инициативу власти исполнительной, городским чиновникам. О том, что парламент сам себя лишает полномочий, передавая их одно за другим Смольному, неоднократно высказывался депутат Борис Вишневский. Подобных инициатив в новом созыве по сравнению с предыдущими всё больше.

Депутат городского Заксобрания Михаил Амосов также нередко упоминает о том, что без энтузиазма смотрит на передел многих полномочий в пользу органов исполнительной власти. Своими соображениями он поделился с «Родниной на Неве». При этом в целом депутат одобрительно отзывается о работе городского Заксобрания:

«Я считаю, что парламент должен решать гораздо больше задач. В принципе, все нормативно-правовые акты должны, на мой взгляд, приниматься в виде законов. К этому нужно стремиться. Правительство города — это всё-таки исполнительный орган власти, и оно не должно само для себя писать правила. Это моя главная песня в нынешнем составе Законодательного собрания.

Мне больше всего нравилась атмосфера, когда не было столь очевидного парламентского большинства, когда не было доминирующей политической партии. Понимаете, когда не очень ясно заранее, чем окончится голосование, тогда люди в большей степени склонны слушать аргументы, в том числе аргументы оппонентов. По каждому случаю в общем-то нужна новая коалиция, которая обладала бы большинством голосов. Мне это время нравилось очень сильно, хотя в нём, понятно. были свои недостатки. Сейчас заранее можно запланировать, как будет развиваться политический процесс, а тогда это не всегда было понятно. Как бы то ни было, истина всё-таки должна рождаться в спорах. Причём, не в спорах на тему, ты меня уважаешь или нет, а в спорах по существу. Сейчас этого, к сожалению, стало меньше.

Я вижу значимость работы парламента. Понятно, что многие вещи делались бы иначе, если бы не было депутатского корпуса, с которым исполнительной власти всё-таки много что нужно согласовывать. Во-вторых, это очень важный публичный механизм. Власть не должна быть закрытой. А как обеспечить открытость? Через публичные обсуждения, где сталкиваются разные точки зрения — это городской парламент.  Я считаю, что мы сейчас какой-то минимум, но имеем».

Политолог и публицист Юрий Светов поделился с изданием уверенностью, что при массе нюансов петербургский парламент — среди лучших в России: «Я часто критикую Законодательное собрание по разным позициям, тем не менее, хочу сказать, что наш региональный парламент  лучший в России. Объективно, при всех своих недостатках, он лучший в стране, и эту позицию он удерживает фактически с 1994 года».

«На его счету много вещей, которые были первыми. Раньше избиралось городское собрание Санкт-Петербурга, а депутаты добились переименования в Законодательное собрание, изменив весь смысл существования регионального представительного органа, сделав его именно законодательным. У нас первых появился Устав города, многие комиссии, направления рождались именно в Петербурге, с оговорками, со сложностями, но тем не менее это было. И то, что наше Законодательное собрание на постоянной основе работает, это ведь тоже не с первого дня сложилось, были и другие ситуации. Сначала люди могли выбирать — хотят или нет, были бизнесмены, которые , заседая в Заксобрании по-прежнему занимались бизнесом. Потом это изменилось, и это было правильно, хотя немногие парламенты на это пошли, — комментирует Юрий Светов. —

Если говорить о нынешней ситуации, то мы самый многопартийный парламент в стране. И как бы ни говорили о том, как проходили выборы, но шесть партий в нашем парламенте представлены, а это достаточно много. То, что оппозиция критикует, это нормальное явление. У нас на рубеже конца 90-х — начала 2000-х годов Законодательное собрание вообще пыталось диктовать исполнительной власти. Вспомним все эти баталии с назначением даты выборов губернатора, с возможностью избираться или нет Яковлеву на следующий срок, это же всё делало Законодательное собрание. Можно вспомнить, с какими трудностями Беглов и Потехина проходили избрание. Всё это было.

Какой-то баланс сложился сейчас. С моей точки зрения, логично, что сейчас исполнительная власть получает больше каких-то полномочий, потому что мы уже третий год находимся в условиях пандемии —нужны оперативные решения. Депутаты же не способны принимать быстрые решения — им всем надо поговорить, обсудить в первом, втором и третьем чтении. А пандемия не ждёт. Точно так же, как сейчас существует проблема с санкциями и выживанием бизнеса в этих условиях. Недавно шло обсуждение структур, которые занимаются перевозками. Исполнительная власть высказывается за одну позицию, которая вроде бы логично предлагает ускорить помощь, а депутаты усматривают там какие-то лоббистские проявления и протестуют.

Очень многое зависит от личности, которая находится во главе Законодательного собрания, от того, кто возглавляет комиссии. Сейчас, могу сказать, в Заксобрании немало людей — они, кстати, пришли из исполнительной власти — которые ситуацию в городе знают очень хорошо, и когда они обсуждают какие-то проблемы вместе со Смольным, то им трудно что бы то ни было «впарить».

Мне лично не нравится политизация, которая была жуткой при Вячеславе Макарове и отчасти продолжается сейчас. Это региональный парламент, он должен заниматься не политикой, а экономикой, городским хозяйством и социальной защитой жителей. А обсуждать высокие материи, к которым постоянно призывает у нас партия «Яблоко», это неправильно. Я, кстати, до сих пор в изумлении, что у нас есть фракция этой партии — из двух человек. Казалось бы, должно быть минимум три человека, но тем не менее».

«России либеральная демократия подходит как корове седло»

Дмитрий Жвания, председатель профсоюза «Трудовая Евразия», кандидат в депутаты Государственной думы восьмого созыва от партии «Родина», поделился с изданием своими соображениями о парламентаризме в России в целом:

«Делая свои первые шаги в политике, я протестовал против выборов. Весной 1989 года шла выборная кампания перед созывом Съезда народных депутатов: часть депутатов избирали на него на конкурентной основе. По сути, это были первые конкурентные выборы в СССР. Интеллигенты были очень воодушевлены – наконец-то пришла демократия! Но мы с товарищами доказывали, что выборы, будь они трижды свободными, – не механизм народовластия, а инструмент манипуляции. Прошло 33 года. Но я не изменил своего отношения к выборам.

На Западе чем дальше, тем больше выборы превращаются в шоу. Выборные кампании – это не борьба идеологий, мировоззрений и программ, а политических технологий, которые обращаются к эмоциям избирателей.  “Чем сильнее будут верить избиратели в силу волшебства, тем скорее они будут вотировать за человека, обещающего чудеса”, – отмечал французский мыслитель Жорж Сорель в начале ХХ века. И за сто с лишним лет эта его мысль нашла множество подтверждений, в том числе в нашей стране. Как и другая его мысль: “Демократия, основанная на выборном начале, имеет большое сходство с биржевыми кругами: в том и другом случае приходится рассчитывать на наивность масс, покупать содействие большой прессы и создавать удачу путём бесконечных хитростей… Во всех странах, где демократия свободно может развиваться, сообразно своей природе, господствует подкуп в самом бессовестном виде, причём никто не считает нужным скрывать своих мошеннических проделок”. Действительно: чтобы победить на выборах, нужно не только и не столько понравиться избирателям, сколько заключить негласные соглашения с представителями “глубинного государства”, финансистами и прочими сильными этого мира.

На Западе выборы – механизм стабильности. Депутатские корпусы, главы государств меняются, а система нет. В Греции четыре года, с 2015-го по 2019-й, правительство возглавлял Алексис Ципрас, представитель крайне левой партии “Сириза”. И что? Ничего! И если бы на выборах президента во Франции победил “крайне левый” Жан-Люк Меланшон, тоже бы ничего не изменилось. Кстати, что касается Франции, создаётся впечатление, что “крайне правая” Марин Лё Пен работает во французской политической системе “клапаном безопасности”: её специально вводят во второй тур выборов главы государства, чтобы затем включить механизм “республиканской дисциплины”, когда все “здоровые политические силы” объединяются против крайне правого кандидата. Не исключаю, что Лё Пен всё понимает и просто отрабатывает свою роль.

Что касается России, то ей либеральная демократия подходит как корове седло. Об этом много писали русские философы и мыслители в XIX и начале ХХ века. Так, Иван Ильин утверждал, что демократия немыслима в такой огромной стране, как Россия, и единственно возможной конфигурацией власти является «русская национальная диктатура».

Понятно, зачем мы копировали либерально-демократические формы в 90-е и первое десятилетие третьего тысячелетия. Выборы в наши парламенты не столько манипуляции, сколько махинации. Мы много раз убеждались в этом. Да, я участвовал в выборах депутатов Государственной думы. Прекрасно понимая, что шансов избраться у меня нет, я как кандидат старался заявить важные идеи, например, о новой индустриализации и участии рабочих в управлении производством.      

Однако совсем без народного представительства во власти тоже нельзя. Как быть? Я считаю, что необходимо поменять принцип представительства. Избирать депутатов от профессиональных сообществ и сословий. Металлурги будут выбирать из металлургов, ткачи – из ткачей, а журналисты – из числа журналистов. И так далее. В свою очередь чтобы выбирать депутатов профессиональных сообществ, необходимо развивать профсоюзное движение. Люди будут собираться на съезды представителей своей профессии и избирать депутатов в представительные органы власти. От территориального принципа выборов полностью отказываться, конечно, не следует. Но нужно издать закон: чтобы стать кандидатом от территории, кандидат должен прожить на ней не меньше трёх или пяти лет. Тогда и механизм отзыва депутата будет работать. А сейчас кандидаты скачут по округам, как перепуганные зайцы. А почему? Вспоминаем Жоржа Сореля, а точнее его мысль о мошеннических проделках и закулисных сговорах как о неизбежных спутниках демократии, основанной на выборном начале».

Юлия Медведева

Поделиться ссылкой: