Перейти к содержимому
Главная страница Наша гордость и наш позор

Наша гордость и наш позор

В российском информационном пространстве происходит что-то непонятное. С одной стороны, структуры, которые отвечают за освещение специальной военной операции, делают всё для её затемнения. С другой стороны, наши военные корреспонденты стали обладателями первой «Национальной премии интернет-контента» в номинации «Сила в правде». Премии им вручил не кто иной, как первый заместитель руководителя администрации президента России Сергей Кириенко. Благодаря героической работе военкоров, мы, обитатели тыла, хоть что-то знаем о происходящем в театре военных действий.

Автор — Дмитрий Жвания

Премии получили военкоры Александр Сладков, Евгений Поддубный и Андрей Руденко (ВГТРК), Александр Коц и Дмитрий Стешин («Комсомольская Правда»), Юрий Котенок («Сегодня.ру»), Ирина Куксенкова («Первый канал»), Андрей Филатов (RT), Семён Пегов (автор проекта WarGonzo), блогер, публицист и ополченец Максим Фомин (Владлен Татарский). Пегов и его проект Wargonzo также стал обладателем приза в специальной номинации «От первого лица» как «самый читаемый Telegram-канал с места событий от первого лица». Хрупкая, но бесстрашная Ирина Косенкова вышла на сцену на костылях: получила осколочные ранения ног под Мариуполем.

«Главное, что нужно людям – это правда. Сейчас всем нужна правда», ­– сказал перед награждением Сергей Кириенко. Откровенно говоря, учитывая то, о чём сообщают военные корреспонденты, в искренность его слов не слишком верится.

Так, Семён Пегов, который, рискуя жизнью, ведёт свои репортажи с передовой, будучи, по его словам, в саркастическом настроении, в день вручения премии озвучил своё отношение к официальным правилам освещения спецоперации на Украине. Стоя на фоне разбомбленной переправы, он заявил: «Дорогие подписчики, хотел вам сообщить, что нахожусь х… знает где, х… знает на каком мосту, восстанавливать его будет х… знает кто, х… знает, из какого города и х… пойми при какой помощи. Вот вам и весь рассказ о том, как мы освещаем события в Донбассе, Харьковской области и других регионах этой прекрасной страны». «Это я о том, что несмотря на очевидную необходимость показывать наших героев, мы зачастую сталкиваемся с непониманием со стороны системы, – пояснил Семён. – Бойцы и командиры (которые есть соль этой войны) вроде бы и рады рассказать свою яркую историю, но опасаются начальства. При этом мне всё понятно про режим секретности и т.д. Но часто это превращается в манию, убивающую любой живой рассказ о подвигах бойцов на фронте. Подвиг есть, но как, где, при каких обстоятельствах и кем он был совершён – тайна».

Я не считаю, что имею моральное право на рассуждения об освещении военной операции на Украине. Военкорам виднее. Они – наша гордость. Наши национальные герои. Как те, что получили премии, так и те, кто пока их не получил. В этом славном списке и собственный корреспондент «Родины на Неве», военный волонтёр Марина Харькова, которая свои гонорары тратит на снаряжение и лекарства для бойцов, причём занимается она этим не последние три месяца, а восемь лет – с начала «Русской весны».  

Однако нельзя не признать, что излишняя таинственность обязательно породит какие-нибудь домыслы, что информационные пустоты может заполнить вражеская пропаганда, это тем более вероятно, что в тылу есть те, кто её сознательно распространяют.

Так, наша либеральная общественность сильно печалится о судьбине «художницы» Александры Скочиленко. По информации одного петербургского Telegram-канала, который сочувственно освещает деятельность либеральной оппозиции, Александра в ценники вставляла записки с утверждением, что мариупольский драмтеатр разбомбили наши войска, в результате чего якобы погибли 400 мирных граждан, которые в театре прятались. За это сатрапы путинского режима держат её в узилище.

Нет смысла заочно спорить с женщиной, которая, страдая биполярным расстройством психики, считает, что она обрела бессмертие. Я бы, кстати, предложил обменять её на Виктора Медведчука. Александре Скочиленко, судя по её записям в социальных сетях, нравится Украина и украинцы, и себя она, по всей видимости, считает украинкой, коли учила украинский язык, вот пусть она и живёт на Украине, в компании с Александром Невзоровым, который получил украинское гражданство. Владимир Зеленский мог бы и Саше выдать украинский паспорт.

О таких, как Скочиленко, я писал неоднократно. Для меня они – дети Передонова, мелкие бесы. Что ни новый герой нашей либеральной «опы», так обязательно какой-нибудь персонаж с нестабильной психикой, с бредом величия или – извращенец. Вот Скочиленко уверена, что благодаря тому, что она засунула записки с клеветой на армию России в магазинные ценники, обрела бессмертие. Наверное, на бессмертие надеялась и нижегородская журналистка Ирина Славина, которая сожгла себя в знак протеста против хамства силовиковМария Пономаренко, как и Скочиленко задержанная в Петербурге за распространение вымыслов украинской пропаганды о произошедшем с мариупольским драмтеатром, уверена, что ей мстит лично   глава Следственного комитета Александр Бастрыкин за её пикеты в Барнауле. Есть ещё педофил Юрий Дмитриев, которого в либеральных святцах называют историком, несмотря на то что он не имеет высшего образования. Список большой, и он постоянно обновляется. Поддержать Скочиленко в суде приходит настоящий цирк уродов: бритые наголо тётки, похожие на половецких евнухов, субтильные юноши в радужных кофтах, какие-то существа непонятной половой принадлежности с волосами, выкрашенными в сине-жёлтые цвета. (Вы можете себе представить, чтобы сейчас на Украине кто-нибудь разгуливал по судам с бело-сине-красной причёской?)

Но я сейчас не об этом. Я бы хотел остановиться на работе коллег, которые освещают деятельность и страдания «активистов». Будучи подписчиком того самого Telegram-канала, где сочувственно освещается деятельность либеральной оппозиции, я за последние два месяца узнал обо всех недугах Александры Скочиленко: непереносимость глютена, биполярное расстройство, суицидальные наклонности, кисты в яичниках. И всё это написано так, чтобы вызвать сочувствие к «художнице» (Александра училась в петербургской Театральной академии, но не окончила её).

Показание же пожилой женщины, которая заметила, чем занимается Скочиленко в магазине, подавались в заведомо ироничном тоне: «У меня “орлиное зрение” (старческая дальнозоркость), поэтому для того, чтобы прочитать наименование товара, я надела очки, которые я ношу в кармане пальто. Однако вместо наименования товара я увидела надпись (о разбомблённой школе в Мариуполе, в которой укрывались 400 человек. – это примечание канала, но на самом деле речь шла о драмтеатре). При этом на этой бумажке была написана цена – 400,00 рублей, а также имелся штрих-код. Меня крайне возмутила прочитанная мной клевета, поскольку я очень переживаю за российских солдат на Украине, смотрю все новости про это». Текст озаглавлен: «Стенд с повидлом, слепой охранник и подозрительно большая для бомбоубежища художественная школа». Обхохочешься…

В репортаже из зала суда ирония включается в адрес полицейского, который попросил тех, кто пришёл поддержать Скочиленко, не хлопать в ладоши и не вести себя, «как дети малые».

Что касается того, в чём обвиняют Скочиленко, этот сочувствующий либералам канал сухо отчитывается: в распространении «фейков» о российской армии. Именно так – всегда в кавычках. С намёком то, что «художница» распространяла не фейки, а правду. Иногда канал это сообщает, что Скочиленко и ряд других персонажей из этого ряда власти наказывают за выражение антивоенное позиции.  

Конечно, модное англоязычное слово «фейк» власть напрасно взяла на вооружение. Зачем плодить термины, которые нуждаются в дополнительной трактовке? Я даже недавно побывал на конференции, посвящённой фейкам, которая прошла в стенах Государственной думы. На ней один профессор с важным видом объяснял, что такое фейк. Это, если вы не знали, заведомо ложная информация, намеренно распространяемая с целью введения аудитории в заблуждение. Создаётся такое впечатление, что термин «фейк» специально закрепили в российской юриспруденции, чтобы адвокаты, юристы и филологи могли заработать на его трактовке. Есть же простые и понятные всем русские слова «ложь» и «клевета». Именно эти слова и указывают на то, чем занималась Скочиленко и другие «борцы за мир».  

Если бы Скочиленко вывешивала плакаты с лозунгами «Нет войне!», «Даёшь мир!», её бы нельзя было преследовать. Её позиция действительно была бы антивоенной, с которой, конечно же, можно было бы, при желании, спорить, задавая, например, широко известный вопрос, почему она и иже с ней не боролась за мир с мая 2014 года, когда Украина объявила о «антитеррористической операции» в Донбассе? Или она, как и украинские шутники, считала тогда, что женщине в здании Луганской администрации оторвало ноги из-за того, что «кондиционер взорвался»? Отчего погибла молодая мать с малышом в Горловке?

Но Скочиленко, как и другие пойманные «пацифисты», выражали не антивоенные взгляды, а распространяли выдумки агитпропа Зеленского: о взрыве драмтеатра в Мариуполе, «резне в Буче», обстреле Краматорска, массовых изнасилованиях. То есть эти люди, если они не конченные идиоты, которые безоговорочно верят украинской пропаганде, намеренно лгали, клеветали на армию России, то есть – работали на врага.

Ладно, наши «пацифисты» – люди со специфической психикой: истероиды и шизофреники. С них взятки гладки. Может быть, они так сильно ненавидят Россию, что верят её врагам на слово. Но либеральные журналисты, в том числе те, что ведут упомянутый здесь telegram-канал, должны уметь работать с информацией. Любой профессиональный журналист знает, что следует сомневаться во всякой информации, проверять её. Fact-checking – ещё один модный англицизм. Если коллеги следят за событиями в Донбассе, за специальной военной операцией на Украине, они должны знать, что под завалами драмтеатра в Мариуполе спасатели нашли два тела. Ни четыреста, ни двести, ни сотню тел, а два. Конечно, гибель и двух человек – трагедия. Но мы сейчас обсуждаем достоверность той информации, что распространяли наши «пацифисты». И, как предполагают наши сапёры, мариупольский драмтеатр был взорван изнутри. В нём находился один из штабов запрещённого в России «Азова», который, который, как предполагает заместитель министра информации ДНР Даниил Бессонов, его боевики «взорвали, чтобы уничтожить документацию». Это предположение, но его нельзя не учитывать.

На Украине должности уполномоченной по правам человека лишилась Людмила Денисова, которая как раз и занималась тем, что тиражировала выдумки о действиях российской армии. Именно она в социальных сетях сообщала о многочисленных изнасилованиях российскими солдатами женщин, стариков и детей. Даже депутаты Рады решили, что это перебор, что «непонятная концентрация медийной работы Денисовой на деталях сексуальных преступлений в извращённой форме и изнасилованиях детей», которые невозможно доказать, вредит Украине.

Наши либеральные журналисты недалеко ушли от Денисовой. Но Рада их уволить не может – они же граждане другого государства, пусть они сознательно и работают против него. Если наши военкоры – наша гордость, то тыловые либералы – наш стыд и позор.

Поделиться ссылкой:

Новости СМИ2