Перейти к содержимому
Главная страница Малый Зимний дворец «уходит в песок»

Малый Зимний дворец «уходит в песок»

В процессе реставрации фасады дома Бутурлиной на улице Чайковского решено покрасить в песочный цвет. Зачем и почему? Здание, которое часто называют «Малым Зимним дворцом», для нескольких поколений ленинградцев-петербуржцев привычно «в бирюзовом обличье».

Скоро бирюзовый цвет фасадов дома Бутурлиной канет в Лету

Петербургский комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры в своём пресс-релизе объясняет это преображение старинного дома восстановлением «первоначального цветового решения фасадов на основании архивных данных, результатов петрографических и стратиграфических исследований».

Во-первых, ссылаются на раскрашенный чертёж фасада, выполненный автором проекта здания Гаральдом Боссе в 1857 году. Рисунок хранится в Научно-исследовательском музее Российской академии художеств. На этом изображении дом представлен монотонно бежево-жёлтым без выделения колонн и лепных деталей иным цветом.

Дом Бутурлиной на рисунке Боссе

Во-вторых, при исследовании штукатурки фасадов обнаружен светло-бежевый колер в самом раннем красочном слое. Правда, прилагаемая фотография скорее отсылает к раскраске под натуральный камень, но специалистам «на натуре» виднее, чем нам на сравнительно мелком снимке.

Обнаруженный реставраторами первоначальный слой краски на фасаде дома Бутурлиной

В-третьих, утверждается, что проведённый анализ построек Гаральда Боссе «свидетельствует о преобладании в его творчестве монохромных решений фасадов, близких к бежевому и песочному цветам». При этом упомянуты усадьба Михайловка на Петергофской дороге, особняк князя Кочубея на Конногвардейском бульваре, собственный дом архитектора на 4-й линии Васильевского острова и здание Биржи в Риге.

В своём информационном сообщении КГИОП констатирует, что бежево-охристая окраска «существовала весь период истории этого здания, сменившего несколько владельцев, с 1860 по 1917 год — свыше полувека, а затем и в советское время, вплоть до восстановительного послевоенного ремонта».

Во время Великой Отечественной войны центральную часть здания разрушила авиабомба. То есть подлинными на сегодня являются только боковые ризалиты и дворовые флигели дворца. Восстановительные работы проведены в конце 40-х годов ХХ века. Тогда же и появилась окраска фасадов дома Бутурлиной в бирюзово-зеленоватый цвет с выделением белым колером архитектурных деталей «как пример постройки необарочного стиля».

«Здесь нет никакой взаимосвязи с творчеством Растрелли и Боссе. Этот же принцип выделения на ярком фоне стен архитектурных деталей белой краской был использован и на других здания барочного стиля, включая Строгановский дворец, дворец князей Белосельских-Белозерских на Невском проспекте, а также бывшие частные дома в центральной части города. Это был шаблонный подход  того времени», — утверждается в пресс-релизе КГИОП.

Отметим несколько нюансов. На фасадах Строгановского дворца (до его перекрашивания в нечто розовое) и дворца Белосельских-Белозерских (Сергиевского) некоторые архитектурные детали (например, колонны) изначально были выделены белой краской (как и на фасадах Зимнего дворца). Так что «шаблонный подход» отсылает нас не в 40-е годы ХХ века, а на два столетия раньше, как раз к творчеству Бартоломео Франческо Растрелли.

По поводу «анализа творчества Боссе». Зодчий работал в стиле историзма (эклектики), то есть использовал приёмы разных эпох. И сравнивать всё-таки надо дом Бутурлиной с другими его проектами «а ля барокко». Таковых сравнительно немного.

На той же Петергофской дороге, где находится упомянутая КГИОП Михайловка (неогреческий стиль, Боссе этот дворец только достраивал по ранее разработанному не им проекту), расположена Знаменка — усадьба великого князя Николая Николаевича-старшего. Здесь в те же годы, что и дом Бутурлиной, Боссе строит дворец в стиле русского барокко.

Его фасады (с выделением белым декоративных элементов) окрашены в жёлтый цвет, как и у построенного Растрелли Большого дворца в Петергофе. И очевидно, что это не просто совпадение, а вполне определённое намерение (заказчика, архитектора или обоих?) выдержать стилистику (включая цвет) великокняжеской усадьбы в духе расположенной неподалёку императорской резиденции.

Так может быть, дом Бутурлиной не зря называют «Малым Зимним»? Какого цвета были фасады главного царского дворца в середине XIX века? Правильно, «плотная охра, детали выделены тоном», то есть тоже жёлто-бежевого цвета, но несколько светлее. Совпадение? Очень вероятно, что заказчик/архитектор или же оба вместе действительно хотели сделать дом, похожий на императорский Зимний дворец.

Зимний дворец за свою историю менял свой “окрас” много-много раз

Кстати

С возвращением фасадам Зимнего дворца «исторического цвета» Эрмитаж «мается» уже несколько лет. Сообщается, что в процессе ремонтных работ, запланированных на 2023-й, привычный голубовато-зелёный цвет сохранят, но сделают его оттенок «более пастельным». Историческим колером фасадов Зимнего специалисты считают охристо-серый. «Но с этим самым охристым, сероватым фасадом — его попытались сделать на компьютере — получается средней руки немецкий замок, которых очень много, и нет никакого необыкновенного эффекта», — признаётся директор главного музея России Михаил Пиотровский.

Велика вероятность, что так получится и с домом Бутурлиной на улице Чайковского, 10. Поживём — увидим. Но опыт последних лет, когда этот самый «исторический окрас» вернули Аничкову и Строгановскому дворцам, а также Московскому вокзалу, показывает, что отказ от «шаблонного подхода» и контрастной окраски этих зданий не пошёл на пользу их восприятию в окружающей застройке и явно диссонирует с привычкой нескольких поколений ленинградцев-петербуржцев.

Получается, что возвращение «исторического окраса» фасадов архитектурных памятников — некая самоцель. И это вовсе не охрана наследия, а по сути дела реконструкция, воспроизведение того, чего нет, поскольку в первоначальном обличье эти здания никто не помнит…

Об истории дома Бутурлиной «Родина на Неве» уже подробно рассказывала, поэтому перечислим лишь несколько фактов.

Первым владельцем этого земельного участка на 2-й Артиллерийской улице (впоследствии Сергиевской) был майор лейб-гвардии Преображенского полка Василий Корчмин, который в первые годы существования Петербурга командовал батареей, расположенной на стрелке Васильевского острова. Именно ему Пётр I адресовал записки «Василию на острову», что якобы и обусловило появление этого топонима на карте столицы Российской империи.

В 1844 году этот земельный участок с усадьбой перешёл во владение Елизаветы Михайловны Бутурлиной — старшей дочери сенатора, курского, а позднее волынского губернатора Михаила Ивановича Комбурлея, оставившего огромное состояние. В 1824 году она вышла замуж за генерал-майора Дмитрия Петровича Бутурлина — представителя боковой ветви боярского рода, ведущего свою историю со времён Александра Невского.

В 1857 году по её заказу и по проекту известного петербургского архитектора Гаральда Юлиуса Боссе начинается строительство дома на Сергиевской. Елизавета Бутурлина скончалась за год до окончания его строительства — в июле 1859-го.

В 1896 году здание было выкуплено в собственность посольством Австро-Венгрии, которое прежде арендовало здесь ряд помещений.

Одна из парадных гостиных посольства Австро-Венгрии, располагавшегося в доме Бутурлиной

В 1914-м в связи с началом Первой мировой в столице Российской империи произошли антинемецкие погромы. Нападению толпы подверглось и здание посольства Австро-Венгрии. Частично были выбиты стёкла в окнах, расположенных на главном фасаде. Возможно, что через них бросили пару-тройку бутылок с зажигательной смесью, но возникшее из-за этого возгорание было ликвидировано сами сотрудники дипмиссии.

После октябрьского переворота 1917 года во «дворце Бутурлиной» разместили Совет австро-венгерских солдатских депутатов, созданный из военнопленных. Позднее здание превратилось в многоквартирный дом, каковым и остаётся по сей день.

Последние 30 лет своей жизни Гаральд Боссе жил и работал в Дрездене

Гаральд (Гаральд Юлий) Андреевич (Эрнестович) Боссе (1812-1894), российский и немецкий архитектор, академик (1842) и профессор (1854) Российской Императорской Академии художеств. Сын живописца Эрнста Готтхильфа Боссе (1785-1862). Учился в Дрездене и Дармштадте. В 1831-1862-м работал в Петербурге (в 1832-м — в мастерской Александра Брюллова), с 1858-го придворный архитектор. Один из ведущих мастеров эклектики. Среди его работ в Петербурге — особняки Пашковых в стиле неоренессанса, собственный дом, особняк князя Кочубея в неороманском стиле, Эстонская церковь Святого Иоанна. Построил также здание Биржи в Риге в духе венецианского Возрождения. Оформлял интерьеры (например, будуар императрицы Марии Александровны в Зимнем дворце — в стиле барокко, золочёная резьба на фоне малиновой обшивки стен, вот вам и пристрастие к песочным тонам). С 1862 жил и работал в Дрездене, где возвёл, в частности, православную церковь Святого Симеона в неорусском стиле.

Игорь Теплов

Использованы фотографии с сайтов КГИОП и Государственного Эрмитажа

Поделиться ссылкой:

Новости СМИ2