Перейти к содержимому
Главная страница Дом с гарнитуром «генеральши» Красиловой

Дом с гарнитуром «генеральши» Красиловой

В Петербурге выставлен на продажу дом XVIII века, фигурирующий в реестре памятников истории и культуры. Предложение сделано несколько дней назад на популярном сайте частных объявлений. Цена вопроса — 100 миллионов рублей.

Греческий проспект в начале ХХ века. Укладка торцовой мостовой. Дом Красиловых – в центре

Здание площадью 681 квадратный метр расположено на углу 3-й Рождественской (3-й Советской) улицы и Греческого проспекта (№2 и №3 соответственно). Продавец отмечает, что имеются три отдельных входа в дом, участок для парковки автомобилей перед ним, а «универсальность позволяет использовать» дом «под различные виды деятельности: торговая, офисная, общественное питание, досуговая деятельность и другие». Первый этаж — 223,2 м2 , второй — 219,8 м2 , третий — 31,7 м2, плюс чердак, то есть всё-таки здание, в основном, двухэтажное.

Жилым этот дом не является уже довольно давно, в последние годы здесь обитали продовольственный супермаркет, салон офисной мебели и сопутствующие мелкие офисы. В общем, когда найдётся покупатель, вряд ли старый дом изменит этот уже сложившийся «функционал».  А жаль, что такие строения на тихих улицах, которых в центре Петербурга не так уж много, не используются для семейного жилья. Видимо, испортил всех «квартирный вопрос».

Дом Красиловых на фото, сделанном несколько лет назад

Не очень понятно, почему за этим строением, много раз менявшим владельцев, закрепилось название «Дом Красиловой». Хотя эта фамилия имеет к нему самое непосредственное отношение, но не в женском роде. Просто, наверное, на каком-то этапе всех этих перепродаж «главной» оказалась вдова купца, который владел этим участком земли и возведённым на нём домом.

Кстати

Купцы Красиловы «засветились» в истории Петербурга и России очень оригинально. Например, на Большеохтинском кладбище сохранился саркофаг купца и мастера бронзового дела Михаила Васильевича Красилова, который скончался в 1823-м на 53-м году жизни. На памятнике «помещён плач вдовы покойного, который приводит в изумление своей поэтической страстностью». Текст таков: «О, Боже мой, что я зрю, чей мрачный гроб несут дражайшего друга, кто рвётся так по нём, кто слёзы льёт, любящая его супруга. Зрю у гроба в трауре облечённых всех сродников его, печально отягчённых о кончине его. Унылая в слезах в молчании стоит, на милый прах супруга своего зрит, тоска душе уныние и страх вещает, печалится в слезах, ты умер так внезапно, оставил сиротою, заставил слёзы лить и бедствовать вдовою, лишилась я отца и матери своей, лишилась я милых нам детей. Все близкие мои в сырой земле лежат. О, алчна смерть! Ты сему виновницей была. Безвременно в гроб повергла и всех прибрала. Я осталась слёзы лить в горести одна».

Судя по перечислению горестей, памятник почившему супругу поставила не первая жена, а молодая вдовушка. При этом владельцем участка земли и дома на углу 3-й Рождественской и Греческого (и не только) значится в документах 1849 года Василий Михайлович Красилов, то есть — как можно предположить — сын бронзолитейщика.

На плане Петербурга конца XVIII века видно, что застройка района Пески уже более-менее спланирована

Среди его владений в этой части Петербурга, помимо интересующего нас дома, фигурируют, например, участок земли между Невским проспектом и 1-й Рождественской улицей, который в 70-е годы XIX века выкупил купец Герасим Чванов. А в 1855-м участок площадью около 1000 квадратных сажен, расположенный между Невским проспектом, 134, и 2-й Рождественской улицей у Красилова приобрёл потомственный почётный гражданин Фёдор Гутков (здесь располагался трёхэтажный каменный дом с мезонином, такой же флигель по правой стороне участка, двухэтажный каменный флигель по левой стороне и деревянные дворовые постройки).

К сожалению, годы жизни Василия Красилова и его наследников установить не удалось. Но интересно, что в документах о формировании петербургского ополчения в начале Отечественной войны 1812 года фигурирует некий купец третьей гильдии Василий Михайлович Красилов.

Кстати

Согласно подписке, он обязался «принять на себя обмундирование 1-го волонтёрного полка полковника Яхонтова на что получены деньги на вещи ниже означенные: на 5,5 аршин сукна для кафтана и шароваров 19 руб.25 коп., на 7 аршин полотна для подкладки 1 руб. 75 коп., на кожу к шароварам 1 руб. 50 коп., на бахрому 1 руб. 20 коп., на 20 аршин снурка 3 руб., на фуражку 1 руб., на две пары сапог 10 руб., на пару шпор 1 руб. 20 коп., на две рубашки 3 руб., на кивер со всем прибором 22 руб. 75 коп., да за шитьё кафтана и шаровар 3 руб. 50 коп., на кушак и темляк 9 руб., на перчатки 1 руб. 50 коп., на сукно для обтяжки пуговиц 50 коп., на 5 аршин сукна для шинели и шитья оной 20 руб., 7 аршин холста для подкладки 1 руб. 75 коп., на 11 пуговиц медных для шинели 22 коп., на подсумок с серебряным прибором 8 руб., на два эполета 3 руб. А всего 118 руб. 92 коп. (расчётная стоимость обмундирования на одного казака)».

Кроме того, в Описи дел правительствующего сената по департаментам Герольдии и третьему о потомственных почётных гражданах под номером 2422 от 9 апреля 1836 года значится Красилов Василий, петербургский купец первой гильдии.

Вот, собственно, и всё, что удалось выяснить по открытым источникам про это семейство. Но можно смело предположить, что если в основе их дела — бронзолитейное занятие Михаила Красилова, скорее всего «завязанное» на Литейный двор, то вполне понятно, почему именно в этом районе Петербурга (на Песках), ему и его родственникам достались земельные участки.

Вплоть до начала XIX века вся территория от Фонтанки (тогдашняя граница города) до излучины Невы, где расположен Смольный монастырь, и южнее — Пески до той части Невского проспекта, что примыкает к Александро-Невской лавре, были «в сфере влияния» Литейного двора и связанных с ним производств.

Выставленный ныне на продажу дом построен в конце XVIII века. Он совершенно типичен для Петербурга и других российских городов того времени. Именно на фоне такой застройки эффектно выделялись дворцы и храмы имперской столицы. Позднее — с развитием капитализма и новых строительных технологий — такие 2-3-этажные дома-усадьбы, которых хватало и на Невском проспекте, постепенно уступили место доходным 5-6-этажным «человейникам» второй половины XIX и начала ХХ века, но всё-таки частично умудрились сохраниться.

Кстати

К такого рода застройке относится и знаменитый «Дом Дельвига» на Владимирской площади, который ленинградцы-петербуржцы спасли от сноса в середине 80-х годов ХХ века массовыми акциями протеста. Особенностью большинства таких строений конца XVIII — начала XIX века является отсутствие подвала, а значит и капитального фундамента, что делает эти дома чрезвычайно хрупкими при производстве поблизости существенных земляных работ, связанных, например, со строительством метро. Правда, «Дом Дельвига», применив современные технологии укрепления основания, удалось сохранить.

“Дом Дельвига” на Владимирской площади, “задавленный” зданием торгово-офисного комплекса

«Красиловский» дом практически полностью сохранился в первоначальном виде, то есть с конца XVIII века. Некоторые перестройки (судя по всему дворовых флигелей) произошли только в начале 60-х годов XIX века по проекту архитектора Александра Андреева. В некоторых источниках говорится, что изначально усадьба занимала более значительную площадь. Возможно, но к середине позапрошлого века соседние участки уже были не во владении Красиловых.

В 90-е годы XIX века дом несколько раз перепродавался, пока в 1897-м его не приобрёл уже в нём живший купец Иван Матвеевич Тягунов, семья которого и владела этой недвижимостью вплоть до 1917 года.

Совместно со своим родственником (двоюродным братом?) Яковом Александровичем он владел фирмой, производившей металлические кровати, пружинные, проволочные и волосяные матрацы. Здесь же изготовляли керамические и мраморные умывальники, кресла для инвалидов, операционные столы, садовую мебель, ванны, души, ватерклозеты и другие металлические изделия. Компания имела статус поставщиков императорского двора, её магазин находился, в том числе, и на Невском проспекте.

В некоторых источниках сообщается, что производство всего этого тоже находилось в доме на углу Греческого и 3-й Рождественской, но в это трудно поверить. Возможно, что здесь дело начиналось, а потом находился некий сборочный цех, но не более того.

Кстати

Напротив дома Красиловых расположен комплекс детской больницы имени доктора Карла Раухфуса, построенный в начале 70-х годов XIX века. Если её обеспечивали оборудованием Тягуновы, то на этом деле они очень хорошо заработали.

Вид на комплекс зданий больницы имени Раухфуса с высоты птичьего полёта. От дома Красиловых видна только зелёная крыша

Неизвестно, кто же купит «Красиловский дом» и как новый владелец будет его эксплуатировать, но вообще-то такие объекты можно использовать как жилое пространство. Тут есть и цокольный этаж для служебных целей (кухня, кладовые, тренажёрный зал и т.п.), второй этаж для гостиных и спален, флигель для домашнего офиса, двор для автостоянки и небольшого сада. Мешают две проблемы. Во-первых, потратить 100 миллионов рублей (плюс расходы на приведение дома в порядок) мало кто может себе позволить. Во-вторых, ментальная «зацикленность» даже богатых россиян на бытовании в квартире многоэтажного дома.

Игорь Теплов

Поделиться ссылкой: