Дмитрий ЖВАНИЯ: «На месте Соколова может оказаться каждый»

Автор текста – Дмитрий Жвания, редактор «Родины на Неве»

Люди получают удовольствие от падения ближнего. Особенно, если ближний – дальний. Совсем чужой. Особенно, если это падение с высоты – из князей в грязь.

До 9 ноября 2019 года историк Олег Соколов мог считать себя успешным человеком. Признанный исследователь истории европейского рыцарства и эпохи Наполеона. Харизматичный вожак армии реконструкторов. Великолепный лектор. Владелец хорошей квартиры в сердце исторического центра Санкт-Петербурга. Свой человек в петербургской богемной среде. 9 ноября на больничной койке Мариинской больницы он очнулся не человеком, а гадом. И его стремительное падение вызвало фурор.

На ток-шоу разные персоны исходят на субстанции, крича в адрес историка Олега Соколова: «Тварь! Монстр! Чудовище! Маньяк!». Тварь, монстр, чудовище, может быть, и маньяк. Но самоуверенность обличителей поражает. Ведь нет никакой гарантии того, что они тоже кого-нибудь не прикончат. Так, в эфире радиостанции «Комсомольская правда», обсуждая трагедию в квартире Соколова, не унимался в гневе журналист и общественный деятель Максим Шевченко. Тот самый, который в прямом эфире той же самой радиостанции полтора года назад избил другого журналиста – старика Николая Сванидзе. Старика в прямом смысле этого слова – Сванидзе родился в 1955-м. За 11 лет до того, как появился на свет Шевченко. И упади Сванидзе неудачно, ударься виском о край стола, и всё – убийство в прямом эфире. В котором Максим Шевченко после этого вряд ли бы появился. Или взять Владимира Соловьёва, журналиста и мастера единоборств. Он в эфире другой радиостанции кричал в адрес Соколова – «Тварь!». Соловьёв человек вспыльчивый. А чем чреваты драки со вспыльчивыми мастерами единоборств, мы все хорошо знаем. Печальных примеров полно.

9 ноября 2019 года на больничной койке Мариинской больницы Олег Соколов очнулся не человеком, а гадом. И его стремительное падение вызвало фурор

Монстр таится в каждом из нас. Вспоминаются рассуждения сербского писателя, уроженца Сараево Момо Капора о причинах братоубийственной Боснийской войны. Он пришёл к мысли, что в обитателях Боснии внезапно пробудился «потаённый зверь» и показал «всему миру кровавое переплетение мускулов, сухожилий и кровеносных сосудов, вплоть до самого скелета и прогнившего костного мозга, чтобы вытащить заглушки и выпустить на волю потоки смрада и тьмы».

Тот, кто верит в то, что человек – доброе существо, либо ханжа, либо наивный идиот. Мы копим в себе смрад, который время от времени вырывается из нас. И порой – с шумом. Человека нужно держать в узде, чтобы он не чудил лишний раз. «Человек слишком плох, чтобы быть свободным» — это уже мысль Жозефа де Местра, отца европейского консерватизма, противника «просветителей», чьи детищем был в том числе Наполеон – кумир Соколова. «Непостижимое сочетание двух различных и непримиримых сил, чудовищный кентавр, он ощущает себя продуктом какой-то неведомой ошибки, какого-то отвратительного смешения, испортившего человека до самой глубины его существа», – объяснял де Местр. Именно извечная реальность первородного греха заранее обрекла на провал все усилия Просвещения и его адептов, доказывал консервативный француз.

Самоуверенность обличителей Олега Соколова просто поражает. Ведь нет никакой гарантии того, что они тоже кого-нибудь не прикончат.

Нельзя дразнить нашего «потаённого зверя». А Соколов дразнил его постоянно. Тщеславие – один из главных раздражителей «потаённого зверя». Нарцисс Соколов доигрался в ролевые игры. Как, будем честны, и его подруга Анастасия Ещенко, она же – Изабель.

Соколов, до 9 ноября 2019 года широко известный в узких кругах, ворвался в сознание масс в одночасье, и это – главное для него наказание. В историю он войдёт не как талантливый историк, яркая личность, а как похотливый пожилой расчленитель. Ещё недавно Соколов был своим человеком во Франции, командовал реконструкциями сражений Наполеона, устраивал богемные посиделки в большой петербургской квартире на набережной Мойки и костюмированные балы во дворцах Петербурга, жил с женщиной на 40 лет моложе его, а сейчас – сидя за решёткой, плачет, пуская слюни, слёзно вымаливает очки – без них он не может читать, а читать он должен, чтобы не сойти с ума… Соколов насытил своего потаённого зверя кровью молодой женщины, и тот вновь задремал, а то и вовсе уснул крепким сном.

Мы копим в себе смрад, который время от времени вырывается из нас. И порой – с шумом. Человека нужно держать в узде, чтобы он не чудил лишний раз.

А вот обличители Соколова своего «потаённого зверя» расталкивают. Соколов дал им повод облечься в тоги блюстителей морали, выставить себя гуманистами.  Но на самом деле всей этой причитающей публикой движет обывательское злорадство – неординарный человек в мгновенье превратился в жалкое существо.

На «дело доцента Соколова» слетаются стервятники: «эксперты», фрики, вроде Евгения Понасенкова (величайший историк современности не имеет даже диплома о высшем образовании), «друзья жертвы» и просто «люди с позицией», которым всегда есть, что сказать в объектив телекамеры. Эти люди в погоне за секундами славы превращаются, по сути, в подельников Соколова. Они паразиты на трагедии, учинённой им.

Телеканалы проводят одно ток-шоу за другим о «петербургском Наполеоне». Критиковать наши телеканалы смысла нет, с ними и так всё ясно. «Общество зрелища» – и всё такое. Об этом писано, переписано… Соколов подарил им первоклассный спектакль! Одно дело, когда забитый тихоня расстреливает одноклассников или пьяница рубит топором собутыльников. А вот когда кавалер ордена Почётного легиона, историк, вхожий в кабинеты олигархов и министров, расчленяет тело молодой возлюбленной – это совсем другая драматургия. Вот человек в военном мундире начала XIX танцует с девушкой в платье того же периода на костюмированной вечеринке, а вот тот же мужчина ночью сбрасывает куски тела той, с кем он танцевал, в тёмные воды Мойки. Вот это настоящий шок-контент! Как не посмаковать подробности? Антураж «дела Соколова» буквально привораживает.  О чём говорить, если актриса, и без того обласканная кинокамерой и любовью театралов, спешит рассказать, что 30 лет назад едва не легла под Соколова в лесах Ленобласти – так сильно он тогда её очаровал!

Люди, которые в погоне за секундами славы бегут на ток-шоу, превращаются, по сути, в подельников Олега Соколова. Они паразиты на трагедии…

Было бы странно, если бы не появились те, кто попытался оттоптаться на «деле Соколова» в политическом пространстве. Националисты-монархисты, потрясая бородами, доказывают, что Соколов стал монстром по той причине, что создал себе кумира из Наполеона, порождённого Великой французской революцией.

А что, в прекрасной России прошлого было мало насильников и извергов с белой костью и голубой кровью? Возьмём для примера великого князя Константина Павловича Романова, внука Екатерины II. Константин Павлович участвовал в битве под Аустерлицем, в Отечественной войне 1812 года и заграничном походе русской армии. Так, в сражении под Бауценом в мае 1813 года отряд цесаревича блистательно выдержал натиск самого императора Наполеона.  25 дней, с 19 ноября (1 декабря) по 13 (25) декабря 1825 года, этот сын Павла I официально считался Императором и Самодержцем Всероссийским Константином I. Словом, кто он, если не антагонист всего, что связано с Великой французской революцией?

При этом Константин Павлович был весёлым человеком. Настоящим затейником. Жаль, что в те годы ещё не было телевидения, а это его жене Анне Фёдоровне, до вступления в брак – принцессе Юлианне-Генриетте-Ульрике Саксен-Кобург-Заальфельд, было бы о чём поведать в программе «Пусть говорят» и на шоу Андрея Малахова. Однажды Константин Павлович посадил её в одну из огромных ваз Мраморного дворца и начал по этим вазам стрелять из пистолета. Вазы были сделаны на совесть, принцесса осталась жива. Но в итоге она, не вынеся издевательств мужа, убежала в родной Кобург, и на все уговоры вернуться обратно в Санкт-Петербург отвечала отказом.

Вот человек в военном мундире начала XIX танцует с девушкой в платье того же периода на костюмированной вечеринке, а вот тот же мужчина ночью сбрасывает куски тела той, с кем он танцевал, в тёмные воды Мойки. Вот это настоящий шок-контент! Как не посмаковать подробности?

Левые поспешили указать на то, что Соколов состоял в «крайне реакционном» российском Военно-историческом обществе и поддерживал связь с правыми французскими политиками, был членом учёного совета Института общественных, экономических и политических наук, основанного племянницей Марин Ле Пен Марион Марешаль. Конечно, это намёк на то, что крайне правые склонны к насилию. А как быть с тем, что французский философ-неомарксист Луи Альтюссер задушил свою жену Элен Ритман, делая ей массаж… Произошло это в ноябре 1980 года. И тогда нашлись правые пошляки, которые доказывали, что поступок Альтюссера – следствие его мировоззрения, в котором одно из центральных мест занимает учение о классовой борьбе пролетариата. Зачем пользоваться их методикой? Что касается Альтюссера, то он избежал тюремного наказания по медицинским причинам, суд признал философа невменяемым на момент удушения жены и направил его на принудительное лечение.

«Дело Соколова» возбудило тех, кто, отрабатывая феминистские гранты, продавливает принятие закона о семейном насилии. Я не против этого закона. Но он точно бы не остановил Соколова…

Словом, то, что сделал Соколов, не имеет политической или мировоззренческой составляющей. Он убил не потому, что мнил себя Наполеоном (тем более, он себя им не мнил, а просто страстно увлекался этой исторической личностью), а потому, что переоценил себя и тем самым разбудил в себе зверя. Но на его месте может оказаться каждый из нас. Так что не надо играть с энергиями, которые погубили Анастасию Ещенко, да и Олега Соколова тоже. Это очень опасно. Это дьявольские энергии.

Поделиться ссылкой:

Добавить комментарий