Для победы над украинством нужно победить внутренний недуг

Smagin_kol1310

В минувший понедельник Россия наконец-то нанесла в ответ на удар по Крымскому мосту серию мощных ударов по жизненно важной инфраструктуре Украины. К сожалению, в том, что касается объектов, символически сравнимых с нашим «пострадавшим», мы опять лишь погрозили пальчиком.

Автор — Станислав Смагин

Ракеты упали аккурат рядом с киевским «мостом Кличко» и зданием СБУ. Очередное «последнее московское предупреждение», а в следующий раз, дескать, уж точно.

Одновременно высокопоставленный чиновник МИД РФ Алексей Полищук в очередной раз передвинул «красные линии», за которыми уж точно последует радикальный ответ Зеленскому и его зарубежным кураторам: теперь это не покушение на российскую территорию в целом, Крым, в частности, и Крымский мост, а поставки новых западных дальнобойных вооружений.

Всё это, к сожалению, вполне в духе предыдущих месяцев СВО, переполненных странными и откровенно неприятными эпизодами. Это и бесконечные «жесты доброй воли» с «отводом войск в рамках деэскалации», обмен лидеров запрещённого в РФ «Азова» и британских наёмников, которых Абрамович немедленно одарил дорогими смартфонами и накормил деликатесами, «чёрные», но аргументированные, слухи о плановом поражении на Харьковщине в рамках закулисного «договорняка», гарантированная неприкосновенность первых лиц киевского режима — и в самом Киеве, и даже при посещении ими фронта, о чём недавно простодушно проговорился Захар Прилепин.

Давно стало твёрдой уверенностью ощущение, что спецоперацию «обсели» олигархи, продажные чиновники и военно-политические элитарии, всевозможные группы влияния, кремлёвские башни и башенки, которые в непрерывном контакте и классово-солидарном взаимодействии с западными и киевскими коллегами перенаправляют её «в нужное русло».

Иосиф Сталин: “Если эти два народа проявят решимость бороться за мир с таким же напряжением своих сил, с каким они вели войну, то мир в Европе можно считать обеспеченным”

Неоднократно доводилось читать бравурные рассуждения, что после того, как Россия отвоюет Украину, тамошние военные, да и видные представители иных сфер станут верными бойцами Русского мира, которые вместе с нами бок о бок будут идти на следующие наши битвы.

В качестве примера приводят обычно Чечню и Кадырова. Более того, и небезызвестный пан Арестович как-то пригрозил: если, мол, Запад не будет должным образом помогать Киеву, Россия вместе с Белоруссией и покорённой Украиной станет непобедима.

Во всех этих бравадах есть базовая логическая ошибка. В нынешнем формате СВО со всеми её «странностями» и с разваленным тылом, где снаряжение бойцам собирают районные начальники и патриотично жертвующие последние копейки студенты с пенсионерами, истинное покорение, отвоевание, обезвреживание Украины невозможно.

Нам бы сохранить уже полученное, вернуть временно оккупированные районы Донбасса и Запорожья, да ещё не дать перенести войну вглубь России, что с всё новыми и новыми дальнобойными вооружениями (ау, г-н Полищук!) вполне вероятно.

Гипотетическое же продвижение куда-то дальше, боюсь, чревато посадкой на царство в этом «дальше» Медведчука и кадров вроде бывшего «правосека» («Правый сектор» — запрещён в РФ) Кивы, почему-то ставшего ярым антифашистом и завсегдатаем российских телеканалов.

Так, видимо, и планировалось ещё в феврале, но что-то пошло не так. Или вообще сохранят Зеленского и всю украинскую систему, ценой тысяч русских жизней принудив их к бутафорским и существующим лишь на бумаге «нейтралитету» и «демилитаризации»?

Собственно, как не раз было сказано с самых высоких трибун, об этом весной уже договорились в Стамбуле, но гадкий «Зе» и его западные покровители все сорвали.

Гарри Трумэн: “Если будет выигрывать Германия, то нам надо помогать России, а если Россия, то Германии, и пусть убивают друг друга как можно больше”

Нужно превращение СВО в настоящую Отечественную и национально-освободительную войну. Точнее, она таковой и является, в нашем батальоне с его костяком из идейных добровольцев это понимают особенно хорошо, просто на неё натянули вериги, кандалы и смирительную рубашку одновременно.

Нужна подлинная внутренняя национальная революция (речь не о смещении первого лица, которому отступать особо некуда). Полное, повсеместное и касающееся всех уровней преображение общественно-политической системы, работы тыла, самой жизненной философии. И, конечно, полное понимание, кто мешал это делать раньше, с соответствующими практическими выводами.

Но и украинцы должны рано или поздно, до или после понять, что их наивные мечтания об «Украине не России» и «европейском пути», их подростковую девиантную кровожадность использовали большие дяди, спалив в топке войны сотни тысяч жизней и миллионы людей искалечив.

И вот когда битва двух ветвей русского народа перестанет быть боем гладиаторов, на который, позёвывая, делая ставки и поднимая пальцы то вниз, то вверх, смотрят из ложи патриции, когда мы честно, яростно и бескомпромиссно отборемся за своё правое дело против украинского неправого, но противником искренне исповедуемого, и, став настоящей Россией, победим химеру украинства — тогда, возможно, мы через некоторое время будем вместе с недавними жестокими и кровавыми врагами рука об руку денацифицировать Варшаву и Ригу. Но не раньше. О чём-то подобном, хотя и в чуть другом русле мечтал легендарный комбриг Алексей Мозговой.

Немного истории. После русско-японской войны 1904-1905 годов наступил медовый месяц (вернее, двенадцатилетие) наших отношений со Страной Восходящего Солнца, и один из тамошних государственных деятелей как-то сказал русскому собеседнику: «Хорошо, что мы воевали — мы лучше узнали друг друга».

Один из самых талантливых и благородных военных соперников нашей армии — афганский командир Ахмад Шах Масуд — честно соблюдал заключаемые с нами временные договорённости и перемирия (именно перемирия, а не мутные корыстные «схематозы»), а затем и вовсе стал нашим фактическим союзником в противодействии «Талибану» (запрещён в РФ).

Наконец, Великая Отечественная. Здесь, конечно, тоже не обошлось без англосаксонских патрициев, говоривших, как Гарри Трумэн, «если будет выигрывать Германия, то нам надо помогать России, а если Россия, то Германии, и пусть убивают друг друга как можно больше». Сын Уинстона Черчилля Рэндольф, по легенде, был ещё циничнее: «Пусть последний русский солдат убьёт последнего немецкого, и упадёт истощённый».

Но эти огромной важности факты не отменяет того обстоятельства, что наша война с немцами была честной, бескомпромиссной и страшной — на выживание. Через четыре года после её окончания Иосиф Сталин отправил руководителям только что образованной ГДР Отто Гротеволю и Вильгельму Пику, телеграмму:

«Разрешите приветствовать вас и в вашем лице германский народ с образованием Германской Демократической Республики. Создание ГДР является поворотным пунктом в истории Европы. Опыт последней войны показал, что наибольшие жертвы в этой войне понесли германский и советский народы, что эти два народа обладают наибольшими потенциалами в Европе для совершения больших акций мирового значения. Если эти два народа проявят решимость бороться за мир с таким же напряжением своих сил, с каким они вели войну, то мир в Европе можно считать обеспеченным».

И затем ещё сорок лет при активной политической жизни поколения, встретившего события 1939-1945 взрослыми людьми и активно в них участвовавшего, ГДР была нашим самым надёжным союзником СССР по Варшавскому договору. А Западная Германия с конца шестидесятых — самым надёжным и добросовестным, наряду с Италией и Францией, европейским капиталистическим партнёром.

То, что Запад потом присоединил, а фактически поглотил Восток Европы фактически без учёта наших национальных и геополитических интересов — следствие нашего собственного ослабления и предательского поведения Горбачёва, Шеварднадзе и примкнувших к ним.

Рэндольф Черчилль: “Пусть последний русский солдат убьёт последнего немецкого, и упадёт истощённый”

Не надо думать, что я приравниваю наше дело к украинскому и морально-этически ставлю нас на одну доску. Так и Сталин не приравнивал мотивы III Рейха к нашим. Мы, по библейским заветам, ненавидим грех, а не его носителей. Мы воюем не с украинцами, в массе своей заблудшими русскими людьми, а с грехом украинства. Так и Сталин говорил, что мы воюем не с немецким народом.

Чтобы избежать ненужных споров — воевали мы, конечно, с ним, но не с целью его уничтожения, и не вынашивали в отношении его государственности, общества, экономики, хозяйства и демографии столь же разрушительных и кровожадных планов, как многие представители нынешних уважаемых западных партнёров (правда, глядя на Олафа Шольца и Анналену Бербок, иной раз думаешь всякое).

Да, приходится отправлять в мир иной физических носителей греха, но именно для приведения в чувство остальных, и именно поэтому борьба должна стать по-настоящему священной, не запятнанной всякой гнусью.

И, наконец, не нужно забывать, что у нас самих есть тяжёлый грех и родовая травма Беловежья и расстрелянного Белого Дома с его казнёнными и жутко запытанными защитниками. Из этого греха вышла наша нынешняя реальность. И десятки тысяч бегущих куда глаза глядят хипстеров, блогеров и просто перепуганных обывателей, вызывающих всеобщее презрение и улюлюканье, — они ведь тоже порождение этой реальности.

Им же внушали, что «наша национальная идея — достаток и комфорт», самое главное — это живот и кошелёк, Родина — это там где пятой точке теплее, а теперь выяснилось, что Родина физически осязаема, географически очерчена и требует защиты.

Победить один недуг можно, лишь поборов другой. Борьба с украинским недугом очень медленно и мучительно способствует борьбе с нашим внутренним, но выздоровление явно пойдёт бодрее, когда, поняв верную последовательность, лечить его начнут изнутри.

Станислав Смагин, политолог, публицист, военнослужащий 107-го батальона Народной милиции ДНР

Поделиться ссылкой: