Come on… ВАША СТРАНА? Приняла???

migranty_USA_1

«Мы не будем притеснять интересы пришельцев, ибо мы сами были пришельцами. Наши предки пересекли Атлантику, Тихий океан и Рио Гранде, и сегодня мы здесь, потому, что наша страна приняла их».

Барак Обама

Начнём с того, что Соединённые Штаты Америки в качестве аналитической модели изучения проблем миграции представляют собой пример уникальный: эта страна исторически создана путём агрессивного завоевания территорий мигрантами с практически полным физическим уничтожением коренного населения. И постулат, что история развивается по спирали, может позволить провести некие аналогии между сегодняшней ситуацией в ряде Европейских стран, ставших плацдармом для столь же агрессивной экспансии мигрантов, с Северной Америкой в далёком XVII веке.  В настоящее время в США проживает не более 1,5 % индейцев. Ну как не вспомнить призывы Арабской партии Швеции к шведам: «Вам здесь нечего делать!» [1]

Акт об Иммиграционной реформе 1965 года, установивший годовой лимит иммигрантов в США не только в абсолютном количестве, но и относительно стран исхода, отменив при этом этнические и расовые квоты

После Второй Мировой войны, главным бенефициаром которой в экономическом смысле стала Северная Америка, уровень благосостояния, представление о гарантированной свободе политических и религиозных взглядов, а также географическая удаленность американского континента, сформировали практически односторонний поток миграции – внутрь страны. Почти полное отсутствие как транзитных, так и исходящих миграционных потоков является характерной отличительной чертой США, вследствие чего мигранты и иммигранты в Америке понятия идентичные.

Соединенные Штаты остаются единственной высокоразвитой страной мира, в которой население продолжает расти, и достаточно высокими темпами: ежегодный прирост составляет около четырёх миллионов человек, два миллиона из которых – естественный прирост, и по одному приходится на легальную и нелегальную миграцию.

Традиционно сложившаяся двухполюсная политическая система, основанная на противостоянии отстаивающих интересы промышленного сектора республиканцев и финансового – демократов, находит отражение и в диаметрально противоположных взглядах на проблемы миграции. В общем случае первые тяготеют к ужесточению, а вторые к смягчению миграционной политики.

По данным бюро переписи населения США, в 2017 году доля выходцев из Латинской Америки составляла 13,5% от общей численности населения с потенциалом роста до 15% в ближайшие три года.

Однако опять же в силу особенностей государственного устройства США с обширным суверенитетом штатов внутри федерации, на практике полярные варианты миграционных мер, как правило, тяготеют к «золотой середине» без экстремальных перекосов в ту или иную сторону.

Одним из ярчайших примеров либерализации миграционной политики считается Акт об Иммиграционной реформе 1965 года, установивший годовой лимит иммигрантов не только в абсолютном количестве, но и относительно стран исхода, отменив при этом этнические и расовые квоты. Это привело к радикальному изменению региональной и этнической структуры миграционных потоков: если до 1965 года более 90% иммигрантов в США приезжали из Европы, то уже через 20 лет доля европейцев составила всего 10%.

Сегодня половина родившихся за границей жителей США составляют выходцы из Латинской Америки, а четверть – из Азии. По данным бюро переписи населения США, в 2017 году доля выходцев из Латинской Америки составляла 13,5% от общей численности населения с потенциалом роста до 15% в ближайшие три года.  Ежегодно за получением американского гражданства обращаются около двух миллионов человек. В общем предпочтение всегда отдаётся высококвалифицированным кадрам и лицам, имеющим родственников в США (степень родства учитывается).

Согласно законодательству, (The Immigration and Nationality Act) ежегодно выпускается 675 тысяч виз постоянного пребывания, из них 140 тысяч виз, основанных на трудоустройстве.  В качестве ремарки необходимо указать, что закон предусматривает широкий спектр временных рабочих виз, но поскольку получение такой визы предполагает последующее получение и вида на жительство (green card), по сути, это тоже один из каналов входящей миграции.

Если до 1965 года более 90% иммигрантов в США приезжали из Европы, то уже через 20 лет доля европейцев составила всего 10%.

США в целом планомерно проводит вполне успешную политику «Импорта мозгов».[2]  Об этом красноречиво свидетельствует тот факт, что  абсолютное мировое лидерство по количеству Нобелевских лауреатов (380 за всю историю премии) последние 20 лет в области медицины, химии и физики 40% обеспечено иностранцами.

Xотя тенденции демократического либерализма и республиканского протекционизма распространяются и на эту категорию мигрантов. Так Билл Гейтс, с одной стороны, призывает увеличить квоты на въезд лиц по визе Н-1В (для иностранных высокообразованных специалистов), а Дональд Трамп, с другой, подписал указ, ставший знаменитым как «Покупай американское, нанимай американцев», призванный защитить интересы (относительно) коренных американцев. Объяснялось это тем, что 70% получающих эту категорию виз специалистов являются выходцами из Индии, стоимость труда которых значительно ниже, а уровень квалификации зачастую не выше, чем у американцев. Утверждение в долгосрочной перспективе весьма, кстати, спорное, учитывая нобелевскую статистику. По математике нобелевка не вручается, но этническая принадлежность большинства «американских» математиков и их соперничество с китайскими коллегами уже давно стала мемом.

Абсолютно очевидно, что приезжающие в Америку иммигранты, получившие разрешение на работу или учёбу, как минимум, владеют языком в достаточной для этого степени, что позволяет им воспринимать культуру, ценности и уклад жизни коренного населения. Поэтому выбор места жительства для этой категории приезжих главным образом определяется целью их пребывания в стране. Чего, конечно, не скажешь об остальных категориях мигрантов. Как правило, уровень знания языка у них недостаточен для безболезненной ассимиляции, да и ценность землячества в чужой стране многократно увеличивается.

Приезжающие в Америку иммигранты, получившие разрешение на работу или учёбу, как минимум, владеют языком в достаточной для этого степени, что позволяет им воспринимать культуру, ценности и уклад жизни коренного населения.

Пресловутые China towns есть в каждом крупном городе штатов, так же, как и латинские кварталы. В местах компактного проживания иммигрантов, вне зависимости откуда они прибыли, как правило, языковой барьер не является непреодолимым препятствием ввиду отсутствия необходимости его преодолевать вообще. Я лично знаю достаточно русскоязычных «американцев», которые прожив большую уже часть жизни в США, выучили всего несколько дежурных фраз на английском. Каким образом они умудрились сдать экзамен, не очень понятно, но, очевидно, жизнь не заставила их приспосабливаться, обеспечив доступностью жизненных благ и на русском. Спрос рождает предложение. Это с учётом, что выходцы из бывшего СССР (а в Америке, как правило, они все относятся к широкой категории – русские, и если узконациональное самосознание отдельных индивидов резко протестует по поводу подобного обобщения, относятся к этому со снисходительным пониманием) – далеко не самый многочисленный и значимый массив иммигрантов.

К тому же русские иммигранты никогда и проблемой для Америки не были. Как правило, уезжала за океан как раз интеллигенция в советском ещё понимании этого слова (ну ещё немного узких специалистов разных областей, проблема языковой адаптации для которых не стоит изначально). Причём русские во-втором уже поколении иммиграции в абсолютном большинстве своём не только владеют языком в совершенстве, английский, по сути, родной для них, но и гораздо более образованы и успешны, чем white Americans в целом.

А вот вопрос латиноамериканизации Соединенных Штатов является одним из важнейших на повестке дня. Латинос стремительно заселяют принадлежавшие ранее Мексике территории, и если в среднем среди школьников испаноязычных около 10%, то в некоторых районах Калифорнии и Техаса – 95%.  Причём львиная доля нелегалов так же приходится именно на них, в силу просто географии. Всему виной протяжённая сухопутная граница, ну и, естественно, экономические факторы. По некоторым прогнозам, к 2050 году испаноязычное население составит до 25% всего населения США. Испаноязычное население в самом прямом смысле этого слова: вот они изучать английский в большинстве своём и не собираются, ни в первом, ни в последующих поколениях.

Русские во-втором уже поколении иммиграции в абсолютном большинстве своём не только владеют языком в совершенстве, английский, по сути, родной для них, но и гораздо более образованы и успешны, чем white americans.

И опять-таки: ввиду исторически сложившейся политической системы противостояния республиканцев и демократов предложения по урегулированию проблемы и нелегальной миграции также носят диаметрально противоположный характер: от амнистии и легализации всех иммигрантов с последующей либерализацией процесса, до полного запрещения и депортации.

И тут дело вовсе не в том, что нелегалы незаконно демпингуют рынок рабочей силы и позволяют работодателям уходить от налогообложения. Как правило, нелегальные мигранты являются представителями так называемых маргинальных слоёв населения и подобные миграционные коридоры превращаются по совместительству в коридоры drug & human trafficking и болезней, что усугубляется тесными этническими и социальными связями с уже легализовавшимися в стране иммигрантскими сообществами. Абсолютный пик нелегальной миграции был достигнут в 2007 году при Джордже Буше-младшем, когда количество нелегалов на территории США достигло 12,2 миллиона человек и составило 4% всего населения страны.[3] Как правило, демократы декларировали смягчение миграционной политики, стремясь заручится новыми сторонниками среди новых граждан и соблюсти репутацию поборников «общечеловеческих ценностей и прав человека», следуя своей программе экспорта демократии во вне. Однако, демократ Обама, сменивший младшего Буша, был вынужден, ввиду катастрофической ситуации, действовать иначе: за время его президентства (2009-2015) из США было депортировано 2,5 миллиона человек, что больше, чем выслали все президенты ХХ века, вместе взятые. И это без учёта «самостоятельно депортировавшихся» и остановленных на границе без помещения в спецприёмники.   В то же время именно он был автором новой миграционной политики (не одобренной, правда, конгрессом), позволившей избежать депортации ещё пяти миллионам нелегалов.

Следуя общей демократической логике, кандидат на пост нового президента США Джо Байден (а Дональд Трамп будет президентом ещё как минимум до 20 января 2021 года), также собирается предоставить американское гражданство ещё 11 миллионам нелегальных мигрантов и оставить в стране всех несовершеннолетних нелегалов. Само по себе подобное заявление в преддверии выборов, а тем более при спорной ситуации с победителем президентской гонки, не может не привести к резкому скачку незаконной миграции.  А учитывая люмпенскую потребительскую психологию прибывающего контингента, приведёт и к увеличению массовых беспорядков и прочих безобразий. Опять же невозможно не вспомнить недавние события в «курируемой» США Европе.

Кандидат на пост нового президента США Джо Байден собирается предоставить американское гражданство ещё 11 миллионам нелегальных мигрантов и оставить в стране всех несовершеннолетних нелегалов.

Республиканцы, в свою очередь, декларируют политику непримиримой борьбы с нелегальной миграцией, дабы не угодить в ловушку анархии и неконтролируемой преступности, защитить интересы своих граждан и внутренние интересы страны.

Дональд Трамп в 2019 году заявил, что в стране проживает 25,7 миллиона нелегальных мигрантов, а вовсе не 12, как сообщалось ранее. Со свойственным ему пафосом он провозгласил даже политику нулевой терпимости к нелегалам, предполагающую отмену миграционной амнистии, массовую депортацию нелегалов и ликвидацию коридоров незаконной миграции, в том числе путём строительства стены длинной 3200 километров вдоль границы с Мексикой за счёт последней. Надо сказать, что идея не нова и на самом деле строительство началось ещё в 1993-м и к 2016-м уже был забор 900 километров длинной. Но как уже упоминалось, благими намерениями…  За время президентства Трампа фактически стена не выросла, как не появились и обещанные огромные центры временного содержания нелегалов на военных базах ВМС.  Заявленных массовых депортаций тоже не последовало, в среднем количество высылаемых нелегалов осталось прежним.

Значимым (и, в свете последних событий на европейском континенте, дальновидным!) нововведением Дональда Трампа стал полный запрет на въезд на территорию США всех категорий туристов и переселенцев из целого ряда мусульманских стран: Ирана, Ирака, Ливии, Сомали, Судана, Сирии, Йемена. (Тут отдельной красной нитью между строк хочется обратить внимание и на стремительную исламизацию постсоветского пространства и фактическую исламскую экспансию в РФ.) Позже ограничения на въезд из Ирака были изъяты, но в список добавились Чад, Северная Корея и Венесуэла. 

Для полноты картины миграционных потоков в США необходимо упомянуть и беженцев. Ежегодно президент по согласованию с конгрессом утверждает предельное количество беженцев по регионам мира. Хотя с момента трагедии 11 сентября наблюдается тенденция к снижению предельно допустимых количеств, при Буше и Обаме число беженцев в целом росло, достигнув 110 тысяч к 2017-му, в 2019-м составило уже всего 30 тысяч человек.

Противоположные политические платформы демократов и республиканцев в вопросах миграционной политики отражаются вполне ощутимо. Если либералы опираются на иммигрантов первого поколения и стремятся легализовать как можно больше нелегалов в качестве потенциальных избирателей для усиления своих позиций, консерваторы более ориентированы на традиционные ценности белых американцев. Громкие заявления и тех, и других воспринимаются целевой аудиторией как прямое руководство к действию, что в условиях как предвыборной турбулентности, так и пост-выборной неопределённости создаёт условия широкомасштабных конфликтов, тяжело осложнённых свободным обращением оружия и внушительными его арсеналами у населения.

Вообще-то называть политическую платформу правящей партии государственной политикой в конкретном случае вряд ли правильно. Государственная политика должна иметь более длительные горизонты реализации, чем гарантированные четыре года президентского срока и вероятные восемь лет. Далее, как правило, смена президента сопровождается и сменой правящей партии, и, следовательно, политической платформы на диаметрально противоположную. Далее следует некий временной интервал, необходимый на ликвидацию «последствий» реализации программы предыдущей команды – и всё с начала. В условиях подобных «качелей», с одной стороны, есть все возможности повесить собак на оппонентов, но вот на практике доказать собственную эффективность вряд ли возможно. Лично мне намного более симпатичен протекционизм последней администрации, и судя по тому, как мы все дружно следим за захватывающим шоу нескончаемой президентской гонки-2020, симпатии и большинства россиян на стороне Дональда Трампа, несмотря ни на какие санкции. 

Нам очень не хватает внутреннего протекционизма, декларирования титульной нации и государственной защиты русского языка и вероисповедания. Мы отстояли демократические и либеральные ценности и даже вполне оценили все их преимущества в долгосрочной перспективе. И теперь с некой тоской желаем победы республиканским консерваторам и протекционистам хотя бы в далёкой Америке. 

P.S. За закрытие границ для исламистов, Дональд Фредович, отдельный респект.

Примечания:

1. Считается, что население Америки до прихода Колумба составляло от 40 до 100 миллионов человек. К 1900 году стараниями европейских завоевателей (на современном языке-мигрантов) их осталось 237 тысяч.

2. Доля иностранцев среди учёных только с 1999 по 2003 увеличилась с 15 до 22,5%, то есть почти четверть всей науки США «привозная». Студентов технических ВУЗОВ с 19 до 27% соответственно.

3.

Поделиться ссылкой: