Оксана ШИНКАРЕНКО: «Раскол церквей - и сердце пополам…»

Несмотря на неблагоприятные прогнозы Российских аналитиков, «Ще не вмэрла...» на коленях с повинной головой не приползла, и, похоже, не собирается. Худо-бедно, но как-то удаётся Украине выживать в условиях независимости (от Кремля). Будучи украинкой, позволю себе надеяться, что кровные связи наших народов не будут разрушены, каков бы ни был исход этой многосторонней «игры престолов».

Автор: Оксана Шинкаренко
Очередной ход сделан. Брависсимо, маэстро Порошенко. Шах! Украинская православная церковь получила Томос об автокефалии. Напомним, что в 1686 году Киевскую митрополию Константинопольского патриархата присоединили к Московскому патриархату, когда Вселенский патриарх Дионисий IV и Священный Синод Константинопольской Церкви выдали Томос о передаче Киевской митрополии под юрисдикцию Московского патриархата.

Более 300 лет Патриарх Московский окормлял православные приходы Украины. Рушилась и возрождалась Российская Империя, менялись власть и формы государственного устройства, гонения на веру сменялись милостию и щедротами, но одно оставалось неизменным: у нас была единая вера и одна Церковь.
И вот в канун Рождества Константинопольский патриарх Варфоломей подписал Томос об автокефалии Православной церкви Украины. Таким образом, церковная структура Украины стала самостоятельной. Правда, не до конца. Значимые решения она должна согласовывать с Константинополем. В этой связи российская сторона злорадствует: мол, вам же хуже, неразумные! Но не это ли мы слышим со времён Майдана?

Церковная структура Украины стала самостоятельной. Правда, не до конца. Значимые решения она должна согласовывать с Константинополем.

С точки зрения украинской стороны, все черты независимости, прописанные в Томосе, — те же, что у других независимых церквей. Константинополь разделяет все православные церкви на две категории: древние и новосозданные. Относя к новосозданным те, что возникли, начиная с XV столетия. Большая их часть была создана вообще в XIX столетии и в начале XX. Украинская церковь отнесена к церквям новой эпохи. И все те привилегии, свободы и суверенитет, который имеют новосозданные церкви, получила и Православная церковь Украины.

Предстоятель ПЦУ избирается в Украине, и его кандидатура не требует подтверждения Вселенского патриарха. И эта самостоятельность в выборе предстоятеля — главный признак автокефалии. Предстоятель же Украинской православной церкви Московского патриархата вступает в свои права только после того, как благословит московский патриарх.

Реакция Московской патриархии предсказуема… Это её фатальное поражение. Особенно чувствительное для МП в свете того, что именно за внешнеполитические связи отвечал его Святейшество патриарх Кирилл (с 14 ноября 1989 года по 1 февраля 2009 года он работал председателем синодального Отдела внешних церковных связей — ОВЦС). Какой реакции ожидали в МП, когда в нищую в общем страну его Святейшество привозит в спецвагоне два бронированных внедорожника Cadillac Escalade, каждый из которых стоит более 200 тысяч долларов. Во время своего визита глава РПЦ перемещался именно на этих автомобилях. Да и в целом образ Московского патриарха к сожалению далёк от аскезы и кротости, что не добавляет ему популярности.

Константинополь разделяет все православные церкви на две категории: древние и новосозданные. Относя к новосозданным те, что возникли, начиная с XV столетия. Большая их часть была создана вообще в XIX столетии и в начале XX.

В Украине очень болезненно реагировали на имущественное расслоение. Напомню, что именно тотальная коррупция, жадность и роскошь режима и стала формальным поводом для начала Майдана. Именно «золотой унитаз» вменили в вину Виктору Януковичу.

Не лишним будет отметить, что дарование Томоса Украине безусловный провал и Российской внешней политики в целом. Нет такого региона на планете, где были бы такие идеальные условия для российской явной и скрытой дипломатии, как в Украине: общее языковое пространство, миллионы тесных семейных и бытовых связей, культурные и финансовые преимущества России. Есть мнение, что оранжевую революцию и Майдан готовил Вашингтон. Но что же в это время делала Москва? Почему она позволила заокеанским гостям действовать столь бесцеремонно у своего порога?

У Фанара было против Москвы супероружие: признать независимость Украинской православной церкви. Что собственно Варфоломей не замедлил и организовать.

Разыгранная сторонами, как по нотам, партия даже наводит на крамольную мысль о неком едином дирижере: политика России в Украине провалилась с треском! Недаром с 2009 года и вплоть до 2016-го чрезвычайным и полномочным послом России в Украине был Михаил Зурабов — политик с репутацией «человека, способного провалить любой проект». Тут он, конечно, виртуозно справился с поставленными задачами. С 2016 года временным поверенным в делах России в Украине назначен Александр Лукашник, до этого занимавший эту должность в не менее сложном и проблемном регионе — в Люксембурге!

То, что УПЦ стремится получить автокефалию, секретом ни для кого не было. Большинство православных приходов на лишь бумаге были едины с Московской патриархией, и вовсе не из-за их любви к Москве, а из-за нежелания зависнуть в каноническом вакууме.* Они просто не хотели быть изгоями в христианском православном мире. В этих условиях Москве стоило подумать – а не поторопиться ли ей самой с украинской автокефалией? Ведь тот, кто пишет дарственную грамоту, тот может прописать в ней свои интересы. Так, когда в 1970 году Москва давала автокефалию Американской церкви, было решено, что несколько приходов останутся в ведении Московской патриархии.

Но последней каплей послужило решение об игнорировании Русской православной церковью Всеправославного Собора на Крите. Патриарх Константинопольский Варфоломей должен был провести Собор любой ценой, потому что, во-первых, если бы он упустил этот шанс, то следующего можно было бы прождать ещё 50 лет, а, во-вторых, понятно, что за призывами искать компромиссы в действительности скрывается желание оттягивать до бесконечности время. Отказ РПЦ и ряда других православных церквей приехать на Крит Варфоломея, конечно, сильно разозлил, но не остановил.

Нет такого региона на планете, где были бы такие идеальные условия для российской явной и скрытой дипломатии, как в Украине: общее языковое пространство, миллионы тесных семейных и бытовых связей, культурные и финансовые преимущества России.

Собор на Крите собрался в июне 2016 года. От участия в нём отказались Антиохийской, Грузинская, Болгарская и Русская православная церкви. Итоговое послание Собора, среди прочего, предлагает «учредить Святой и Великий Собор в качестве регулярно действующего института». Более важных решений, на мой непросвещённый в подобных вопросах взгляд, принято не было.

Что собственно стало тем камнем преткновения для Московского Патриарха, который не позволил ему трезво взвесить все последствия отказа в участии в Соборе и приехать, понять сложно. Гордыня и жадность в принципе не совместимы с монашеством, а заподозрить себя недальновидности его Святейшество никогда ранее поводов не давал.

Варфоломей — главный выгодоприобретатель от Собора на Крите. Это его триумф. Впервые 1200 лет вместе собрались почти все православные иерархи.** И уже не важно, будут ли решения Собора хоть сколь-нибудь судьбоносными. Судьбоносен сам факт его проведения под председательством Вселенского патриарха.

Игнорировать Всеправославный собор Москве было невыгодно ещё и потому, что это означало маргинализацию самой себя. Во всей этой игре главное было — не разозлить Варфоломея, ибо у Фанара было против Москвы супероружие: признать независимость Украинской православной церкви. Что собственно Варфоломей не замедлил и организовать.

А какой ещё украинской реакции ждали в МП после того, как его Святейшество вместе со своей свитой разъезжал по обнищавшей стране на привезённых в спецвагоне бронированных внедорожниках Cadillac Escalade, каждый из которых стоит более 200 тысяч долларов?

В этой истории может возникнуть ещё одно пренеприятное для России последствие: Фанар может даровать автокефалию и белорусской церкви. И тут уж точно не стоило бы накалять обстановку разгневанными письмами с плохо скрытыми угрозами Варфоломею. Фанар устами архиепископа Тельмисского Иова подвёл итог в конфликте с Москвой. «Интересно подчеркнуть, что никогда не было дарования Православной Церкви в России Томоса об автокефалии! В 1589-1590 годах Вселенский Патриарх Иеремия просто нормализовал ситуацию, подняв эту кафедру на патриаршее достоинство, при том, что было разрешено Московском архиерею называться «патриархом», при условии, что он должен был поминать патриарха Вселенского и считать его «как своего главу и первого», как сказано в грамоте», — отметил представитель Константинопольского патриархата.

Однако отделение Украинской православной церкви от Русской православной церкви стоит расценивать как поражение России и с точки зрения геополитической диспозиции сторон. И ещё острее в этой связи встанет вопрос Крыма.

В то же время оценка может зависеть и от критериев победы или поражения. Если задача церкви — всё-таки помогать людям и облегчать их жизнь, тогда это событие можно рассматривать и индифферентно. Какая разница, какого патриарха будут упоминать в том или ином храме Украины? Нас же не оскорбляет, что болгары или сербы упоминают своего патриарха?! Мы приезжаем в эти страны и спокойно ходим в местные храмы.

Лично мне, живущей в России украинке по крови и рождению, бесконечно больно видеть страдания обоих родных мне народов, бессовестно обворовываемых властями как материально, так и духовно. И мечталось бы чувствовать себя в гостях, как дома, а получается, что дома, как в гостях. И сердце пополам.

Примечания:

* На территории Украины по данным 2017 года Московская Патриархия насчитывала 12069 приходов, 251 монастырь. По данным Украинской стороны УПЦ по состоянию на 10 декабря 2018 года насчитывала 12092 прихода и 258 монастырей. По мнению украинской стороны в ближайшее время к УПЦ примкнут не менее половины приходов Московской Патриархии.

** Православная церковь ныне признаёт семь Вселенских соборов, последний из которых состоялся в VIII веке (Второй Никейский).

0 комментариев