Берлин и Варшава – крепкая недружба

Germania_Polska_3

С нарастанием экономической и политической нестабильности в мире начинает так же нарастать напряжённость внутри ещё вчера монолитных международных объединений и альянсов. Вскрываются старые шрамы, вспоминаются старые обиды, прибавляются новые обстоятельства и над всем этим нависают экономические вопросы. И вспыхивает внутреннее геополитическое соперничество.

В этом смысле происходящее внутри Евросоюза крайне показательно. И особенно накапливающееся внутри него напряжение заметно во взаимоотношениях Германии и Польши. Берлина и Варшавы. Назревающий конфликт между которыми пока что мало заметен снаружи. Но он уже весьма активно оказывает влияние на очень многие аспекты взаимоотношений внутри объединённой Европы.

Публицист Павел Кухмиров разбирает причины нарастания напряжения между Германией и Польшей
Во взаимоотношениях Германии и Польши накапливается заметное напряжение

Противоречие

На протяжении всей истории польско-германские отношения носили напряжённый характер. Драмы завоеваний и зверства Второй мировой войны были преодолены очень медленно, сначала путём «примирения через сближение» (новой восточной политики Вилли Брандта), затем символическими объятиями в Кшижове, заявлениями о «польско-германской общности интересов» и другими шагами к нормализации.

Германия и Польша еще больше сблизились после вступления последней в ЕС в 2004 году, причём экономические связи стали важным элементом взаимоотношений. Например, в 2018 году товарооборот между Германией и Польшей составил 118 миллиардов евро. Причём Германия была основной страной экспорта для Польши, а Польша – наравне с Великобританией – шестым по величине торговым партнёром Германии. Эта интенсивная геоэкономическая связь дополняется тесной межличностной: польские мигранты и граждане с польским происхождением являются второй по величине диаспорой в Германии, вносящей свой вклад в мультикультурный ландшафт страны, выгодно отличаясь от мигрантов с Ближнего Востока и африканского континента.

Тем не менее, несмотря на беспрецедентный успех в примирении, польско-германские отношения кажутся весьма двойственными, особенно если сравнивать их с франко-германским тандемом. Около половины немцев и французов заявляют о высокой оценке своего соседа, а около двух третей считают эти отношения стабильными.

С другой стороны, существует явное расхождение в восприятии польско-германских отношений: 56% поляков и только 29% немцев испытывают симпатию к соседней стране. Более того, 64% поляков воспринимают германо-польские отношения как хорошие, тогда как среди немцев их только 31%.

Конечно, эти народные настроения также подвержены влиянию политической динамики. К примеру, у нынешнего президента Пятой республики Эммануэля Макрона были большие надежды на обновление франко-германского сотрудничества, прежде чем он столкнулся с канцлером Ангелой Меркель по поводу НАТО или не нашёл поддержки для своего видения дальнейшей экономической интеграции ЕС, особенно в рамках еврозоны. Но даже если взаимопонимание между немецкими и французскими лидерами в настоящий момент не особенно хорошо, оно не может превзойти тот ледниковый период, что существует в польско-германских отношениях.

Польская перезагрузка

С 1989 года Польшу часто представляли как образец для демонстрации переходного периода в Восточной Европе: её экономическое чудо, успешные политические преобразования и отношения с соседями, пусть и часто запятнанные сложной историей, были названы выдающимися. Кульминацией этого успеха стало вступление страны в ЕС в 2004 году, выход на новый путь развития и утверждение её новой роли в Европе.

Под семилетним руководством премьер-министра Дональда Туска (ныне президента Европейской народной партии) Польша стала значимым игроком в Брюсселе, сидя за одним столом с другими европейскими звездами, такими как Германия, Франция и Италия. Победа национал-консервативной партии «Права и справедливости» (ПиС) в октябре 2015 года стала шоком для европейского сообщества. Которое до сих пор не вполне понимает истинную природу польской политики.

Новое же правительство взяло курс на явное столкновение с ЕС, главным образом в вопросе верховенства национального права над европейским и независимости судебной системы, а также развернуло жёсткую евроскептическую риторику и трансформировало дискурс суверенитета: от пространства свободы и демократии к сохранению национальной идентичности. И кроме этого, правящая партия также демонстрирует сильные антигерманские настроения. В частности через политические коммуникации партийных законодателей и контролируемые правительством общественные СМИ транслируются повторяющиеся требования о новых репарациях за Вторую мировую войну. А этот вопрос воспринимается Германией крайне болезненно.

Такая риторика Польши хорошо резонирует с её электоратом и используется главным образом для достижения внутриполитических целей. Но тем не менее она отражает и более широкую повестку дня. Нынешние власти в Варшаве не только видят польские интересы иными, чем их предшественники, но и применяют принципиально иной подход (и стиль) к их реализации. Лидер ПиС Ярослав Качиньский открыто заявляет о своём недоверии к западному соседу, считая, что интересы Германии противоречат целям и амбициям Польши.

Попытки стать противовесом предполагаемой германской гегемонии в ЕС привели Польшу под руководством ПиС к выстраиванию более тесных отношений с США, в частности, в сфере политики безопасности. И администрация Дональда Трампа, рассматриваемая многими европейскими партнёрами как непредсказуемая, если не как откровенная угроза, радостно предоставляет польскому руководству возможность укрепить собственный вес через американское военное присутствие в Польше. Разумеется, в пику Германии в первую очередь.

Активизация американо-польских двусторонних отношений (параллельно структурам НАТО и вне концепции «европейского суверенитета») представляет собой яркое проявление позиции нынешнего правительства относительно объединённой Европы и курса ЕС на автономию в вопросах обороны. У них немецкая и французская идея построения «европейской оборонной автономии» независимо от США вызывает имманентную тревогу и боязнь нового немецкого господства в Европе. Что, разумеется, умножается на постоянно подстёгиваемый страх перед Россией. Прямое соседство с которой является традиционным поводом для алармизма польских правых. В результате остаётся мало места для маневра, чтобы найти беспроигрышное решение, особенно когда оно сопровождается антинемецкими и антиевропейскими заявлениями президента США.

Польская альтернатива для ЕС

Нынешний тупик в диалоге между Польшей и Германией не перерастает в театральные драки в соцсетях, а скорее проявляется в холодной вежливости и ритуализированных жестах.

Тем не менее, глубокое недоверие Германии к нынешней политической элите в Польше (в сочетании с её новой геополитической ориентацией) не только нанесёт ущерб польско-германским отношениям в долгосрочной перспективе, но и практически наверняка повлияет на европейскую политику. Нынешнее польское правительство склоняется к альтернативному видению ЕС, отдавая предпочтение некоему «союзу экономических выгод» для национальных государств с куда меньшим федеративным началом. Что в корне подрывает всю политику Германии в данном направлении.

В то же время Польша стала в ЕС откровенным маргиналом и воспринимается многими как американская пятая колонна. В поисках альтернативных союзников, таких как США, польское правительство создаёт напряжённость внутри НАТО, способствуя кризисным настроениям в и без того переживающем непростые времена альянсе. С точки же зрения Германии поворот Польши — это, прежде всего, большое разочарование. Так как именно Германия сделала больше всего, чтобы помочь восточному соседу проложить себе путь в ЕС. Сегодняшняя морозная атмосфера между Варшавой и Берлином только углубляет разрыв и изоляцию Польши в Европе. С партией ПиС и её младшими партнёрами по коалиции в правительстве, эта ситуация вряд ли изменится в ближайшее время.

Впрочем, в самой Польше всё не так уж однозначно. В мае 2020 года там пройдут президентские выборы. При том, что в октябре 2019 года неожиданная победа оппозиции в Сенате, верхней палате польского парламента, делает их результат не таким уж и предопределённым. Как верховный правитель польского государства, президент играет особую роль на международной арене. Если переизбрания действующего президента Анджея Дуды, поддержанного партией ПиС, не произойдёт, это может означать корректировку польской внешней политики и возможность для возобновления польско-германских отношений. Кандидат от объединённых левых Роберт Бедронь уже заявил в своей предвыборной речи, что приложит все усилия, чтобы положить конец вражде с Германией и оживить т. н. «Веймарский треугольник» трёх европейских лидеров.

Тем не менее, радикальной смены курса даже в случае его победы вряд ли можно ожидать. Потому что нынешняя польская политика вызвана не амбициями отдельных лидеров, а объективными геополитическими интересами. Которые у набравшей вес и влияние Польши вряд ли сообразуются признанием континентальной гегемонии Берлина. А значит столкновение двух центров влияние неизбежно. И вопрос лишь в том, когда именно оно произойдёт.

(с) Павел Кухмиров

Поделиться ссылкой: